"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Андрюха тоже начинает улыбаться.
— Запомни, Андрей. Никогда не предупреждай противника конкретными угрозами. Только теми, которые ты применять не будешь. Богдашка считает, что он предупреждён, значит — вооружён. Хрена с два! Никакого суда не будет.
Немного жду, когда друзья и соратники отхихикаются, затем заключаю:
— Богдашка будет измотан бегом по пересечённой бюрократизмом местности, облегчит свой кошелёк, а по итогу не получит ничего.
  
— Почему «ничего»? Физику выучит! — Андрей чуть не валится со стула от смеха.
Наблюдаю за ним с удовольствием.
— Ещё расскажу об этом Бушуеву. У них наверняка какие-то общие тусовки есть, пустит эту историю среди своих. Богдашке потом неуютно станет учиться, когда руководство его вуза прознает о его художествах. Ещё один момент. Скоро мы сами очередную заявку в патентное бюро подадим. На общую схему равновесия космического аппарата, в которой ориентация в пространстве будет всего лишь элементом. Побочным. Система в целом обеспечит жёсткую стабилизацию центра тяжести.
— Ого! — восхищается Андрюха. — И как ты это сделаешь, интересно?
— Увидишь. В своё время. Я тебе статью покажу перед тем, как в бюро её отдать.
— Откроем всему миру этот секрет?
— Не знаю ещё. Посмотрим. А вот для тебя у меня особое задание. Очень секретное.
— Я допущен? — интересуется дядя Фёдор.
— Ограниченно. Не были бы совсем допущены, я бы при вас разговор не заводил.
Лекция о вреде самогона,
вредности заграничных соседей и пользе нейросетей
— Не хотел я этого, ох как не хотел! — тяжко вздыхаю перед длинным-длинным рассказом. — В край не хотел лезть или хоть как-то касаться политики, но приходится.
— Ты о Байконуре? — на лету включается Андрей.
— Иногда ты бываешь сообразителен, надо признать…
В ответ Андрей делает вид, что ищет что-то тяжёлое. Дядя Фёдор смотрит на наши тёрки со снисходительной усмешкой.
— Байконур, Андрюша, Байконур, — ещё раз тяжело вздыхаю. — Президент от этой идеи — вручить нам чемодан без ручки — отступаться не хочет. И мы не можем ему отказать. Одно его лёгкое недовольство нашим упрямством может нам кислород перекрыть. В России живём…
— Зачем ты тогда брыкаешься? Если всё равно нам деваться некуда?
Вознаграждаю его долгим удивлённым взглядом:
— А вот теперь твоя сообразительность отдыхает. Я не брыкаюсь, я торгуюсь. Если кому-то чего-то от меня надо, пусть заинтересует меня. Обязательная база для любого продуктивного разговора.
— Ваше поколение иногда удивляет меня, — комментирует дядя Фёдор. — По-хорошему удивляет. Мне в твоём возрасте, да и сейчас тоже, даже в голову не пришло бы так вопрос ставить.
— Потому что ваше начальство было умным и опытным. Если посылали вас на задание, то снабжали оружием, боеприпасами, экипировкой и прочим. Обеспечивали разведку и перевес сил. А современные «эффективные манагеры» очень любят отдавать приказы в стиле «пойди туда, не знаю куда». Поневоле о подстеленной заранее соломке позаботишься.
Дядя Фёдор задумчиво кивает.
— Итак. Политикой заниматься придётся, а навыков у нас нет. «Значит, долой», — скажете вы и будете не правы. Кое-что вытащил из сети по ближайшей истории государства Российского и прихожу к выводу, что быстренько достичь уровня нашего славного МИДа или даже превзойти, не такая уж и сложная задача.
Дядя Фёдор скептически хмыкает, у Андрея в глазах сомнение: «И как ты собираешься обскакать дипломатических зубров?»
— «Как?» — спросите вы, а я отвечу примером. Для начала изобразим собой юных и неопытных…
На этом месте дядя Фёдор открывает сначала рот, чтобы подтвердить, да, мы — неопытные, но тут же захлопывает. Умный он всё-таки. За всё время нашего сотрудничества ни разу меня на явной глупости не поймал. Неинформированность в сфере безопасности не в счёт, для этого я его и нанял.
— Нам это будет нетрудно, ведь мы такие и есть, — продолжаю мысль. — Наши оппоненты на переговорах начнут довольно потирать руки. Де, мы их сейчас разведём. На этом мы их и поймаем.
— Каким образом? — уже деловито вопрошает Андрей.
— На месте увидим. Главное вот в чём: я уже предсказал их реакцию, когда они нас увидят. И первый шаг, который предпримут. А это что? Это предсказуемость — первое условие для их будущего проигрыша. Если враг знает направление главного удара, он у вас не получится. Прошу заметить, это такой теоретический прогноз. Но давайте перейдём к конкретике.
— Давай, не тяни уже! — подбадривает Андрей.
— Что у нас происходит во взаимоотношениях с соседями, бывшими республиками СССР? Яркий пример — и не единственный — Украина. Сначала, как сказал наш президент, за двадцать лет в виде льготных кредитов, скидок, списанных долгов и прочего, Россия вбухала в Украину двести миллиардов долларов. И что взамен? В ответ получаем «Москаляку — на гиляку!» и войну с русскоязычным Донбассом. По итогу военные действия между Россией и Украиной. Военная стычка была с Грузией, стреляли в Молдавии.
Мои замы слегка мрачнеют.
— Отношения выстраиваются по какому-то извращённому сценарию. Наши соседи, чуть что, заявляют: «Россия должна нам помочь, мы — братские страны». Поддерживать нас политически частенько отказываются, основываясь на своём суверенитете, политике многовекторности и открытости всему миру. Иногда ставят подножку. Когда возникает нужда в их политической поддержке, они тут же протягивают руку: дай! Ждут вознаграждения и щедрых подарков за что-то невнятное или декоративно декларативное. Либо за обещания, которые затем легко забывают.
Со следующим тезисом дядя Фёдор соглашается с огромным чувством.
— Если говорить коротко, наши «друзья» по периметру границ охотно и радостно превратились в иждивенцев России. При этом считают, что они ничего ей не должны. Обязательства и долги — исключительная прерогатива России.
— Точно!!! Как же ты прав, Витя!
Вот в этом-то и состоит главная ошибка. Ладно, если диванные иксперды так реагируют и негодуют, но подозреваю, МИД недалеко от них ушёл. Судя по его действиям. Как часто это бывало, наши что-то предлагают и дают, а соседи охотно соглашаются, берут и кидают.
Ошибка в реакции. Попробую объяснить:
— Фёдору Дмитриевичу это не надо. Поэтому ты, Андрей, объясни, какие в этой ситуации выгоды для нас. Что из такой диспозиции можно выжать полезного?
Песков задумывается. Верю, что догадается. Завтра или через полчаса. Но мне что, дожидаться?
— Давай быстрее, некогда ждать!
— Говори сам, если не даёшь времени подумать! — обижается друг.
— Только что об этом упоминали. Предсказуемость, вот что важно. Мы заранее знаем, как они себя поведут. А значит, у нас есть хороший шанс обыграть их.
Андрей хлопает себя рукой по лбу, Фёдор Дмитриевич улыбается его реакции, но задумчиво. До него доходит медленнее.
— Теперь как обыгрывать. Наконец-то мы приходим к главной цели нашей беседы, — делаю паузу для концентрации внимания. — Андрей, нужно создать нейросеть, которая сможет имитировать поведение правительства Казахстана. Предсказывать его. Так чтобы свои шаги мы могли заранее прогонять в виртуальной игре.
Наступает молчание. Андрюха переваривает мою мощную идею. Дядя Фёдор уходит в аут. Нейросети для него — полнейшая терра инкогнита.
— Возможно, придётся обратиться к этнопсихологам или хватит обыкновенных. Если не получится, будем делать это вручную. Немножко, краем уха кое-что слышал. Есть, например, особые феномены среди поступков человека. Обычно любой поступок может совершаться по самым разным причинам. Но есть поступки-феномены, когда объяснить их можно только одним мотивом. Это особые маркеры, которые говорят о человеке очень многое.
  
Перевожу дыхание, требую от секретарши принести минералки. От долгих разговоров во рту пересохло.
— Надо очень внимательно изучить поведение казахских политиков заметного уровня. Лидеров общественного мнения не забыть. Их действия во взаимоотношениях с Россией и всем остальным миром. Составить для них модель поведения, составить стереотипы, шаблоны, стандартные реакции. Короче, всё как обычно. Прежде чем ввязаться в драку, надо узнать о противнике как можно больше.