"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Иринка отбегает подальше и тихо всхлипывает от смеха, Поля хмурится, а я, добравшись до кровати, — мы в Полинкиной комнате, — нагло плюхаюсь на неё, раскинув руки. В полнейшем расстройстве чувств.
Полинка, слегка осерчав, стаскивает меня с кровати. Покладисто падаю рядом. Короче, весело время проводим. Перед уходом домой даю гарантии:
— Увижу твоего хахаля живьём, недолго он живым будет. Так и передай.
— Ой-ой-ой! — Полинка строит козью морду и показывает язык.
— Хочешь тайну открою, — как купить девочку с потрохами? Очень просто — заинтригуйте её.
— Но учтите, это тайна следствия, поэтому, девочки, никому ни слова, — понижаю тон до шёпота, заговорщицки оглядываюсь. — Помните, серийный маньяк в городе орудовал? Я даже за вас боялся. Помните?
Расчёт оправдывается полностью. Никто не знает, а они сейчас узнают. Замирают, как сторожевые сурикаты.
— Девочки… — ещё раз оглядываюсь и шёпотом, — это я его зарезал. Выследил и зарезал.
Всем лицом делаю предостерегающий вид: только никому, девочки. Прикладываю палец к губам и опять шёпотом:
— Труп закопал. Поэтому полиция его до сих пор не нашла.
Девочки всё глубже погружаются в страшную интригу, мой вид ещё более заговорщицкий. Всем лицом приглашаю участвовать в тайном знании жуткой тайны, которая навсегда войдёт в апокрифы нашего маленького, но древнего городка.
— Да ну тебя, Витька! — Первой очухивается Полинка. — Вечно всякую ерунду насочиняешь…
— Чего это сочиняю⁉ — Почти натурально обижаюсь. — Не верите? Ну, и не верьте. Тогда ничего вам про Чёрную Руку не расскажу.
С тем и ухожу, оставляя их за порогом, смеющихся.
Как сказать правду так, чтобы тебе не поверили? Да просто! Всего-то выпучить «честно» глаза и сделать таинственный вид. В наш испорченный век все тут же начинают ржать. Даже не знаю, почему…
31 декабря, время 16.05
У дома Колчина.
Собираемся в кучу. Все одноклассники, Зина с Катей, Димон и Сверчок (почти одноклассник) и я — бывший одноклассник. Дружной гурьбой идём к Полине. Традиционно.
— Сегодня праздник у ребят! — Громко объявляю на полквартала. — Сегодня будут танцы!
Не пропускаем ни одну накатанную ледяную дорожку. На улице оживлённо. Особенно у магазинов клубятся толпы. Входящие с пустыми руками и сумками и выходящие с набитыми доверху.
— А мы всё купили? — Озабочиваюсь я. Катя принимается звонить Полине, накидывать список недостающего.
Присоединяемся к страждущим отовариться, и вот уже мы идём с набитыми пакетами.
— И-э-э-х! А фейерверки-то я забыл купить! — Не были руки заняты, хлопнул бы себя по лбу.
— Мы взяли несколько штучек, — успокаивает Димон. — Они уже там, на месте.
— Вот для этого и нужны друзья! — Объявляю громко. — Сам не упомнишь, друзья подстрахуют.
Во дворе Полинки тусуются аборигены. И наши подходят. Девчонкам пакеты с припасами, сами с гиканьем в бой, который местные охотно принимают. Игра в снежки, что может быть лучше… бам-м-м! Отдаётся звоном в голове удачный удар увесистого снежка. Откуда⁈ Как⁈ Где моя ловкость?
Падаю навзничь, раскинув руки под торжествующие вопли врага. Надо мной склоняется обеспокоенный Рогов.
— Я тяжело ранен прямо в лицо. Несите меня в тыл…
Смеющийся Лёня волочит меня в подъезд. Наши издают воинственные вопли типа «Ни забудим — отомстим!».
Долго не задерживаются, только разделся, — девчонки тут же заставляют разделывать мясо и птицу, — минут через пять вваливает возбуждённая, раскрасневшаяся толпа. Становится шумно и весело. Девочки организуют лёгкий полдник. Чай, кисель, кофе с пирожками и бутербродами.
— Жалко, что ты от нас ушёл, — вздыхает Катя, остальные девочки соглашаются.
— Я не просто так ушёл, — запиваю киселём горячий пирожок с мясом. — Я ушёл захватывать плацдарм. Вы закончите школу, затем получите образование, и я начну вас к себе перетаскивать. В свою организацию. Тех, кто не против, конечно. И тем, кто придёт, обещаю твёрдо: вы все побываете в космосе. А может и на Луне.
Странно все воспринимают мои слова. На много долгих секунд все замолкают. Они что, думали, я шутил, когда говорил об этом? А говорил много раз.
— Прям на Луну нас отправишь? — Слегка недоверчиво вопрошает Димон. И выводит всех остальных из ступора.
— Селенитами станем, — подтверждает Эдик. И привычно ловко уворачивается от лёгкого подзатыльника Рогова.
— Гарантировать не могу. Мало ли что может случиться. Риск ядерной войны, например, есть. Но получится, то лет через пятнадцать нам даже ядерная война будет не страшна. Мы уже там будем, — показываю глазами наверх.
— Офигеть! — Выражает общее мнение Паша Цапанов.
— Слушай, Вить, а какой он? — Непонятный вопрос задаёт Оля Кононова, русоволосая с приятно мягкими формами девочка.
Это я не понимаю, и мальчишки смотрят вопросительно: кто — он? Девочки почему-то сразу догадываются.
— Она про Президента спрашивает, — объясняет фрейлина Иринка.
— Да как я могу судить? — Пожимаю плечами и вздыхаю, обнаружив, что мои любимые пирожки закнчились. — За полминуты общения? Показался доброжелательным, рукопожатие крепкое. С чувством юмора всё в порядке. Нормальный мужик, короче.
На последнюю фразу девочки слегка фыркают. Мальчишки воспринимают с пониманием.
— Откуда ты знаешь, что с чувством юмора всё в порядке? — Никифоров, субтильный очкарик и штатный математик в классе, проявляет свойственную ему дотошность.
— Видишь ли, Викеша, он искренне смеялся, когда я сказал… попросил его поставить меня руководить Роскосмосом. Ну, потом… Воспринял, как шутку. С одной стороны. А с другой, оба понимали, что это не совсем шутка.
— А это была шутка? — Въедливо уточняет Викеша. Рогов грозит ему кулаком, чтоб не надоедал приличным людям.
— Я ж сказал! Это была именно шутка. Но не совсем. Как говорится, в каждой шутке есть только доля шутки.
— Он мне тоже нравится, — вздыхает Оля за президента. — За него буду голосовать…
— У тебя голосовалка ещё не выросла! — Под общий смех заявляет Димон и ловит затылком шлепок от Кати.
— У девочек не голосовалка, а голосовалкИ, — уточняю я и получаю подзатыльник от Полинки. Народ ржёт, девочки слегка смущённо.
— Прекратить солдатский юмор! — Катя вспоминает про свои королевские полномочия.
Постепенно народ из-за стола рассасывается. Девочки уходят заниматься горячим, мальчишки дробятся на группки по интересам. К нам с Викешой подходят часто и тут же отпрыгивают, заслышав страшные слова: аппроксимация, экстраполяция, аксиомы… закрываю белые пятна у Викентия по линии математики и физики.
Рассчитываю на него тоже. Мне все нужны. Свои люди нужны по любой специальности.
Расчёт может не оправдаться? Запросто. Не все ко мне придут. Но кто-то придёт обязательно. Надо только постараться. И я стараюсь.
Новый год проводим весело. Сразу после полуночи вываливаемся на улицу. Фейерверки взлетают, и не только наши. Девчонки визжат, парни свистят… не знаю, чувствует ли кто-то то же, что и я. Наше детство кончилось. У меня — точно. Остальные на пороге взрослой жизни. И я, гад такой, безжалостно выталкиваю их за этот порог.
Спать Полинка ожидаемо затаскивает меня к себе. За ней рядом лежит Иринка. Никто не раздет, разумеется. Только что босы и рубашки-блузки на две пуговицы расстёгнуты. Лениво потягиваюсь, хорошо дома. В расширенном смысле этого слова, весь город — мой дом. Вслед за мной просыпается Полинка.
— Скажи, Вить, много там рядом с тобой девчонок?
— С добрым утром. Ты, бабушка-ягушка, сначала поприветствуй, потом накорми, обогрей и только потом с разговорами подкатывай, — безмятежно заявляю подружке. Гляжу на часы, время десять часов. Уже два часа мой искин должен с хрустом размалывать какую-нибудь проблему. Ничего. Будем считать, у него выходной.
Чувства похмелья у нас отсутствует, как класс. Мы пили по паре бокалов шампанского. Девочки этим и ограничились, парни побаловали себя лёгким винишком. Чтут мой завет: в приличном обществе — приличное вино. И тоже не усердствовали. Нам для веселья алкоголь не нужен, нам и так хорошо.