Отпусти меня, мама!
А может быть, его любви хватит на двоих?..
Когда за ней начал ухаживать Тимур, Рита удивилась чрезвычайно. Проявление мужского внимания было для нее редкостью, и она ужасно смутилась, когда он подарил ей цветы.
Увидев впечатление, которое произвело на девушку его подношение, Тимур «поднажал» и принялся заваливать Риту букетами и коробочками конфет.
Наличие молодого человека никак не смущало Тимура. Выведав адрес у школьного секретаря, Тимур под предлогом того, что купил детям еще подарков, пришел в один из выходных к Рите домой. Он произвел самое приятное впечатление на Эльвиру Борисовну.
– Ну вот видишь, Ритонька, стоит только женщине засобираться замуж, как тут же вокруг нее начинают кружиться ухажеры, – довольно сказала она Рите. – Надеюсь, ты сообщила ему, что между вами не может быть ничего общего, потому что ты уже сосватана?
– Мама! Я не сосватана, я ничего не обещала Славе! – возмутилась Рита. – А Тимур просто очень любит детей – своих-то у него нет. Посмотри, он купил им конфеты и книги. Говорит, что еще в детский дом отправляет каждый год подарки.
Но проницательная мама только покачала головой, удивляясь про себя наивности дочери. И еще целую неделю приставала к Рите с нравоучениями, что говорить и делать, если Тимур придет еще раз.
– Мама, ну сколько можно, хватит! – не выдержала Рита. – Давай поговорим о чем-нибудь другом! Что тебе подарить на Новый год, скажи?
– Новость о том, что ты согласилась стать женой Славочки! – ответила мать, подражая тону Риты. – Тогда и умереть смогу спокойно в следующем году.
– Опять! Опять эти похоронные разговоры! Сколько можно! – схватилась за голову Рита. – Можно подумать, ты живешь на свете только для того, чтобы выдать меня замуж!
– Так и есть! – назидательно сказала Эльвира Борисовна. – И не морочь мне голову всякими глупостями о подарках, у меня все есть. Лучше на зарплату себе новые туфли купи – на старые смотреть страшно. И телефон возьми – слышишь, как надрывается?
«Папа Софии», – высветилось на дисплее.
У Риты захолонуло сердце. Кто знает, отчего этот абонент вызывал в ней такое смущение – и в то же время восторженную радость, к которой примешивалась грустная нотка? Наверное, ей было очень жаль его, отца-одиночку? Судьбы таких мужчин не могут не трогать за живое.
– Рита… Вилевна… Я не поздно звоню? – услышала она в трубке знакомый голос. – Простите, что беспокою в такое время. Хотел сказать пару слов о… Тимуре. Он очень нехороший человек, Рита Вилевна, вы не должны ему доверять! Просто поверьте мне на слово, он…
– Я думаю, вы клевещете на очень хорошего человека! – перебила его Рита. – Зачем вы это делаете?
– Я его давно знаю, Рита… Рита Вилевна. Я знаю, о чем говорю, это опасный тип, который пользуется беззащитностью и доверчивостью женщин.
– О чем вы?! Ничем он не пользуется, у него и в мыслях не было ничего дурного! – возмутилась Рита, чувствуя приступ злости: слова Аркадия до ужаса напоминали ей мамины слова о приличиях, безопасности, излишней доверчивости. – И вообще, извините, конечно, что говорю это, но вы вынуждаете меня это сказать. Вы сейчас лезете не в свое дело и клевещете на очень хорошего человека! Между прочим, он привез нашим детям подарки! И еще часть приготовил для детского дома!
– Хорошо… – Аркадий, явно обескураженный таким красноречием, немного помолчал, собираясь с мыслями. – Рита Вилевна, у моей дочери послезавтра день рождения. Она сейчас остро переживает из-за матери, и… В общем, я приглашаю много ее школьных друзей, родню, знакомых, чтобы она не чувствовала себя брошенной. Так, ну чего я хожу вокруг да около, как… Короче, я был бы счастлив, если бы вы тоже пришли! Вы сможете?
– Да, конечно, – ответила без раздумий Рита. – Я обязательно приду.
Глава 6
– Я устал от ее постоянных истерик, понимаешь? Сколько можно, в конце концов! Живу как на пороховой бочке – неизвестно, когда рванет.
Серега сидел на кухне у Жанны и рассказывал ей о своей жизни. Многое в его судьбе изменилось за последнее время. Однако неизменным оставалось тихое внимательное участие его первой супруги к нему и его проблемам.
Жанна участливо слушала, кивала, подливала еще чая, поддакивала. Серега в последнее время приходил к ней часто, и они подолгу сидели вдвоем на кухне и просто разговаривали обо всем. Жанна рассказывала об успехах дочери, своих неурядицах на работе, о мужчине, к которому она неравнодушна. Серега жаловался на жизнь в целом и женщин в его судьбе в частности.
Жанна знала и про предстоящий развод с Любой, и про поспешный отъезд матери со скандалом («Сказала мне, чтобы я не был дураком и квартиру на Любку не переписывал, ну я и не выдержал…»), и о выкрутасах Алены.
– Ты понимаешь, она изменилась, Жан. Она раньше не была такой расчетливой, жадной до всего. То есть она всегда любила красиво и модно одеться, прикупить дорогой косметики, но сейчас стала одержимая просто! «Дай, купи, принеси», – больше я от нее ничего не слышу. И знаешь, что меня сильнее всего пугает? Она теперь не зовет меня папой!
– А как она отнеслась к тому, что вы с Эвой скоро поженитесь?
– Да никак! Мне кажется, ей на это глубоко пофиг. Пожала плечами, сказала: «Ладно», а потом говорит, что ей нужно купить новое платье. Ну и «дай денег», конечно.
– А Эва? Она готова делить тебя с дочерями? – спросила Жанна у растерянного Сереги.
– Не знаю. – Серега нахмурился и тяжело вздохнул. – Сама понимаешь, у нее настроение переменчивое. Вроде сама готовилась к церемонии, выбирала ресторан. А потом я на нее не так посмотрел, не то сказал… Да это ерунда, отойдет через пару дней. В первый раз, что ли…
– Ну да, – покачала головой Жанна. – Отойдет, куда денется. Ей повезло с таким всепрощающим мужчиной, хотя… Иногда мне тоже кажется, что ты зависим от этих ее эмоциональных качелей. Значит, они обслуживают какие-то твои потребности. Вот только какие?
– Ты намекаешь, что у нас с ней нездоровые отношения? – нахмурился Серега.
– Не знаю, Сереж, тебе виднее, – нашлась Жанна. – Слушай, чего сказать-то хотела… Ленка в Италию собирается на стажировку. Не подкинешь немного деньжат, чтобы она там первое время не нуждалась?
– Да, конечно. – Серега рассеянно похлопал себя по карманам и вытащил мобильный. – Переведу сколько скажешь. Как она вообще?..
Выйдя из дома Жанны на заснеженную, стремительно темнеющую улицу, Серега, вместо того чтобы мчать в цветочный магазин, сел в машину и, обняв руками руль, крепко призадумался.
На улице уже чувствовалось приближение Нового года. Витрины магазинов украсились разноцветными гирляндами, у дома Жанны ребятня устроила катание с горки. Чуть поодаль ветер гонял по переулку пустой пакет.
«А ведь я тоже похож на этот пакет, – подумал вдруг с болью Серега. – Пустой, ненужный, ничем не наполненный пакет, которым все с удовольствием пользовались, пока он был полным… По сути, Люба – единственная, кто приняла бы меня любым, даже без денег. И что, если Жанна права насчет Эвелины? Что, если это простая зависимость, от которой можно легко избавиться и навсегда перевернуть мучительную, болезненную страницу своей жизни?»
Серега решительно вытащил мобильный телефон и набрал в поисковике знакомую фамилию: «Эвелина Убийконь, гештальт-терапевт». Конечно, их первую встречу не назовешь самой приятной, но вдруг она уже забыла об этом инциденте?
– Добрый вечер, Эвелина. Хотел бы записаться на личную консультацию в ближайшее время. Какого рода проблема? Да так с первого раза и не объяснишь…
* * *В день выписки мамы я сайгаком носилась по курсу «дом – работа – магазин – дом». Наготовила салатов, испекла огромный курник. С горячим очень выручили подготовленные пельмени и манты.
Аркаша накануне привез маме специальную кровать с поднимающимся изголовьем и кресло-качалку. Конечно, маме рекомендуют больше двигаться после операции, но так хочется сделать ее жизнь комфортной.