Я устала быть сильной (СИ)

Вздохнув, разворачиваюсь обратно к дому, откуда уже ко мне навстречу спешит тот самый дядька, что ехал с нами.
– Простите, вам лучше побыть в доме. Гулять по территории в такое время не безопасно. – виновато басит он, жестом приглашая меня внутрь.
Молча киваю и иду в дом.
Перспектива сидеть неизвестно сколько времени до возвращения Рафаэля вместе с родственниками Дениса меня мало прельщает, но деваться некуда.
  
Скинув туфли у порога, оглядываюсь. Я вчера даже толком не разглядела интерьер – не до того было.
Дом Рафаэля огромный. Первый этаж – гостиная с камином и двумя лестницами, кухня-столовая и большая веранда.
Ни Жанну, ни ее дочь не вижу, к счастью.
– Сейчас я закажу вам ужин, – басит охранник, доставая телефон.
– Не нужно, – останавливаю его. – Я не голодна. Где мне можно отдохнуть?
– Пойдемте, я провожу. – кивает мужчина и поднимается вверх по лестнице, а я покорно направляюсь следом.
Когда мы останавливаемся возле двери, я начинаю подозревать неладное.
– Это же комната Рафаэля? – хмурюсь.
– Все верно. – соглашается охранник. – Здесь больше нет спален. Но, вы не переживайте, Рафаэль в курсе. Его до утра не будет. Располагайтесь.
– А… – растерянно смотрю на него. – Где ночуют другие гости?
– В домике для гостей, – пожимает он плечами.
Интересно. С чего мне оказано такое доверие?
– Я могу перемещаться по дому? – уточняю.
– Да, конечно, – кивает охранник. – Везде, где открыто. Если что-то потребуется, то в каждой комнате есть кнопка вызова персонала. Доброй ночи.
Когда он уходит, я остаюсь одна в огромном особняке. Снова окутывает странное ощущение сказки: чувствую себя Бэлль, попавшей в пустой замок, где потом она познакомилась с Чудовищем.
Усмехнувшись своей ассоциации, прикусываю губу и тяну за массивную ручку двери. На цыпочках захожу в спальню Рафаэля, где тут же загораются приглушенные бра. Вот ее-то я хорошо запомнила. И она еще вчера очень впечатлила меня, потому что единственный цвет, который в ней использован, – черный.
Массивная кровать из черного дерева с тяжелым балдахином, черные велюровые блэкаут шторы на окнах и прозрачная черная органза. Черное постельное белье из нежнейшего шелка. Черный пушистый ковер. Черный паркет, черный потолок, черные стены на которых бликует черный песок в штукатурке. Черный шкаф, черный комод, черные аксессуары на нем. Ароматические палочки тоже черные.
Кажется, даже у графа Дракулы интерьерчик повеселее. Там есть хотя бы красный цвет, а тут – сорок оттенков черного. К слову, телевизора тут нет.
Я спрашивала у Рафаэля, почему такой странный выбор сделал его дизайнер, на что он ответил, что спальню проектировал он сам. Но, почему она черная, не ответил. А я не ставила себе цель добиться ответа, хотя теперь понимаю, что это был первый звоночек. Какой нормальный человек сделает себе огромный гроб вместо спальни?
По иронии судьбы, я все-таки остаюсь сегодня на ночь у Рафаэля, пусть и без его присутствия. И, если честно, мне жутко любопытно, как живет этот мужчина. Потому что он абсолютно отличается от тех, кого я когда-то встречала.
Чувствую, как в душе вспыхивает азарт.
Распахнув створки шкафа, разглядываю ряд черных рубашек и ряд черных брюк.
Наверное, нужно выбрать себе какую-нибудь для сна: в платье спать неудобно, голой – неприлично.
Веду рукой по плечикам и останавливаюсь на ткани, которая кажется мне мягче и нежнее остальных.
– Посмотрим, что это у нас тут? – вытаскиваю вешалку и ищу бирку. – Ммм, ну надо же!
Бирки срезаны. Беру в руки еще одну вешалку – там тоже. Что за затейник мне попался?
Надеваю ту рубашку, которая показалась мне приятнее всего на ощупь, и выхожу из спальни. Снова попадаю в привычный классический интерьер. Оглядевшись, иду по широкому коридору вглубь здания. По ходу движения загораются светильники на стенах, создавая вокруг меня пятно света, а все остальное пространство погружая в темноту.
Слева по коридору – большие панорамные окна, за которыми великолепный вид на лунную ночь и черные облака, бегущие по небу. Справа – какие-то комнаты, но в какую бы дверь я ни дернулась, все закрыто. Заканчивается коридор тупиком с огромной двухстворчатой дверью. Почему-то туда мне хочется попасть больше всего, но и она не поддается. Наклоняюсь и, прищурившись, пытаюсь подсмотреть в замочную скважину.
Могу только понять, что это какое-то большое пространство, но темнота не дает разглядеть хорошенько.
Вздохнув, возвращаюсь обратно. Ощущение волшебства не покидает меня. Все кажется сказочным и нереальным. Я уже и забыла, что я когда-то была маленькой девочкой, которая верила в чудо.
А что, если я спущусь на кухню, а там живут заколдованные слуги и посуда начнет петь и разговаривать?
Усмехнувшись своим мыслям, не могу удержаться и прохожу мимо спальни. Спускаюсь по лестнице и заворачиваю в большую кухню. Тут свет автоматом не включается. Нащупываю рукой выключатель.
Кухня достаточно современная, в светлых тонах и деревом в интерьере. А я надеялась увидеть витрины с посудой, часы, метелку и что там еще было в сказке? Вот только подсвечник вижу точь-в-точь похожий: канделябр с тремя свечками.
Наливаю себе воду и пью, то и дело поглядывая на него.
Убрав стакан на место, все же беру канделябр в руки и разглядываю.
– Эй, ты живой? – шепчу, протирая золотую ножку, и усмехаюсь.
Если бы мне начали отвечать подсвечники, в пору было бы санитаров вызывать. Но, к счастью, он не отзывается.
Ставлю подсвечник обратно и ухожу из кухни.
Замираю в гостиной.
Свет не включаю, потому что из-за туч выглядывает луна и освещает все вокруг серебристым светом. Тут бы красавица и чудовище танцевали вальс. Делаю несколько плавных шагов, представляя себе это, но потом вздыхаю и останавливаюсь. Боюсь, моему чудовищу не понравилось бы, что я тут хозяйничаю. Да и вообще, что сейчас у них там происходит – не понятно. Лишь бы выбрались живыми.
Вернувшись в комнату, достаю из сумки телефон и снимаю блокировку с номера Рафаэля. Не думаю, что он мне будет сейчас звонить, но все же. Проверяю контакты – ни он, ни Денис не были в сети уже достаточно долго. Волнение, которое притупилось на время, вспыхивает с новой силой. Но единственное, что я могу, – просто ждать новостей.
Со вздохом расстилаю кровать и забираюсь под одеяло. Шелк приятно холодит кожу. Поворочавшись на подушке, не могу удобно улечься. Перебираюсь на вторую и она мне кажется куда более комфортной. А еще от нее исходит легкий приятный аромат. Уткнувшись носом, втягиваю запах и понимаю, что это запах духов Рафаэля.
Лежу и разглядываю потолок, то и дело сверяясь с телефоном.
Понимая, что не засну, решаю посмотреть тот мультфильм, который мне уже не первый раз приходит на ум. Включаю его и, оперев телефон на соседнюю подушку, смотрю добрую красивую сказку о любви и ненависти, о дружбе и предательстве, и так и засыпаю под пение волшебных чайников и усатых часов, а просыпаюсь от волны мурашек на коже и ощущения пристального взгляда.
  
19. Плохая примета
 
Медленно открываю глаза. В комнате светло и теперь я замечаю, как красиво играет черный цвет в ее интерьере благодаря разным оттенкам и фактурам. 
– Доброе утро, – раздается совсем рядом. 
Оборачиваюсь на голос, испуганно приподнимаясь.
Рафаэль лежит на второй половине кровати. Влажный и обнаженный после душа, с полотенцем на бедрах. Он держит в руках мой телефон и смотрит мультик, подложив подушку под спину. Замечаю на его рельефных плечах ссадины и грубокие царапины.
  
– Живой, – выдыхаю и сажусь на колени.
– Увы, да, не могу тебя обрадовать. – Рафаэль, будто нехотя, отрывается от экрана, но его заинтересованный взгляд тут же быстро соскальзывает по моему телу, к голым ногам. – Тебе идет Прада. 
– Спасибо, – усмехаюсь, прикрывая ладонями колени. – Что с Денисом?