Взлетай и падай

– Послушайте, ребята. Я правда пыталась уговорить Пенелопу забрать вас обоих. К моему огромному сожалению, она не может себе позволить двоих детей. Но мы с ней договорились, что вы будете видеться. Я могу раз в неделю возить Картера к вам, а Пенелопа как минимум раз в неделю будет привозить тебя, чтобы вы могли поиграть.
С этими словами Хизер сползла на пол, встала перед нами на колени и заправила Скай за ухо светлую кудряшку, отчего Скай еще крепче прижалась лицом ко мне. Мне хотелось зарыдать. Зареветь. Топать ногами. Не дать им отобрать у меня Скай. Но я понимал, что дать волю эмоциям можно будет только тогда, когда Скай сядет в машину к той женщине. А до этого надо держать себя в руках и быть ей старшим братом.
  
– Я обещаю вам, что не допущу, чтобы вас что-то разлучило. Никогда.
– Честно? – жалобно спросила Скай.
Вместо ответа Хизер ласково кивнула, по ее щекам текли слезы, прямо как у Скай, чьи слезы насквозь промочили мою футболку. Она пахла клубникой, как обычно. Уже через час она уедет, и от аромата останется лишь бледная тень. Я покрепче обхватил Скай руками и положил подбородок ей на макушку. Ее светлые волосы щекотали лицо, но мне было не до смеха.
– Скайлер. Картер. Я отдам жизнь за вас, можете мне поверить. – Хизер со вздохом поднялась, утерла слезы и махнула рукой на дверь. – Я ненадолго оставлю вас наедине.
Только когда она вышла из комнаты, я сумел выпустить Скай из объятий. Словно опасность миновала. Временно. Я схватил дрожащую руку Скай и просто держал ее.
– Думаешь, она серьезно? – поинтересовалась Скай спустя какое-то время, пока мы просто сидели рядом и молчали.
Больше всего я буду скучать по ее смеху. Он всегда наполнял светом всю комнату. Весь дом.
– Думаю, да.
– Мне нравится эта тетя и ее собака. Но тебя я люблю!
Скай подняла на меня большие голубые глаза, и я почувствовал, как сердце обливается кровью от осознания того, что я был причиной ее грусти. Ведь этот день должен был стать лучшим за два года!
– Кажется, она добрая, – я пытаюсь подбодрить Скай. – И собака по имени Монти – это круто! Будешь обучать его разным трюкам.
Скай кивнула, ее нижняя губа дрожала.
– А когда встретимся в следующий раз, покажешь, что он умеет! Как тебе идея, Скай?
– Звучит здорово. – Она утерла слезы тыльной стороной ладони. – Мы же останемся друзьями?
Я судорожно начал искать способ доказать, что в нашей дружбе ничего не изменится. Когда у меня наконец возникла идея, я вскочил с кровати и бросился к ящику с игрушками. Я рылся в куклах, машинках и конструкторе, пока не нашел черный маркер. Вооружившись им, я вернулся к кровати, встал на колени и взял руку Скай. Она дрожала. Я аккуратно разместил руку у нее на коленях.
– Что ты делаешь? – спросила Скай, и мне очень понравилось любопытство в ее голосе.
Я снял с маркера колпачок, зажал его в зубах и направил кончик маркера к запястью Скай. Потом я нарисовал на ее бледной коже точку с запятой. Закончив с рукой Скай, я нарисовал такой же значок на своем левом предплечье.
– А что это значит? – Теперь ее голос звучал почти воодушевленно, она провела пальчиком по символу и слегка стерла черную краску.
Я закрыл маркер колпачком и убрал. Потом взял Скай за руку и улыбнулся, увидев одинаковые символы.
– Это называется «семиколон». Чарльз объяснил пару дней назад. Писатели используют такой знак, когда не хотят заканчивать предложение. Это такая история, которую еще не рассказали до конца.
Чем больше я об этом думал, тем больше точка с запятой подходила мне и Скай.
Моей и ее истории.
– Скай, наша история не заканчивается, – уверил я ее. – У тебя будет замечательная семья. Собака. И тебе больше не придется ждать, пока мама тебя заберет. У тебя все будет хорошо.
Какое-то время Скай молча разглядывала точку с запятой, и когда подняла на меня глаза, в них уже высохли слезы.
Она выглядела почти счастливой.
– Мне нравится, – тихо прошептала Скай и прижала к груди маленькие коленки.
– Мне тоже. Каждый раз, как вспомнишь обо мне, рисуй на запястье этот значок.
Скай быстро закивала, и когда я увидел у нее на лице улыбку, мой мир пришел в норму. На время. Потому что вскоре она уехала, и у меня от нее осталась лишь точка с запятой.
* * *
– Ну что ты, малышка. Обещаю, через пару дней мы приедем сюда в гости. Мы будем навещать твоего друга так часто, как захочешь, хорошо?
Женщина, которая приехала за Скай, была действительно очень доброй. У нее были светлые волнистые волосы, а улыбка напоминала Хизер. Та стояла рядом со мной, пока Чарльз относил маленький розовый чемодан Скай в черную машину женщины. Машина была гигантская, и мне хотелось туда залезть и поехать с ними.
Скай стояла перед женщиной, опустив глаза, и носком сандалии обрисовывала контуры плиток на мощеной дорожке. Какое-то время все молчали, и чем ближе было прощание, тем сложнее мне было не зареветь. Хизер положила руку мне на плечо и нежно его сжала.
– Я позвоню, как доберемся. Спасибо вам, Хизер! И вам, Чарльз.
Женщина в бежевом пальто супергероини помахала нам, взяла Скайлер за руку и повела в машину.
Нет. Нет. Нет.
С каждым шагом сандалий на ремешках мое сердце тяжелело. Почему так произошло? Почему ее у меня отняли? Потому что она заслужила семью. Настоящую. Я это понимал, но легче от этого не было. Скайлер становилась все меньше, и, прежде чем залезть на заднее сиденье, она еще раз повернулась ко мне. Я не мог разглядеть ее лицо, но понимал, какая каша у нее в голове из-за желания совместить обе вещи: остаться со мной и сесть в машину. Я почувствовал это, как и пульсацию в запястье.
Мой взгляд упал на точку с запятой. В тот день было жарко, и я понимал, что цвет долго не продержится. Хизер и Чарльз махали отъезжающей машине. Меня охватила паника, и я сорвался с места. Ей нельзя уезжать!
– Картер, постой! – Чарльз хотел меня удержать, но Хизер остановила его и сказала, что мне это нужно.
Я со всех ног бежал за черным автомобилем, но был слишком медленным. Когда машина выехала за ворота, у меня заболели легкие.
Хоть я и понимал, что не догоню автомобиль, я побежал дальше. Стал быстрее. Еще быстрее. И когда я приблизился к машине настолько, чтобы увидеть Скай через заднее стекло, я поднял руку и поцеловал точку с запятой на коже. Она поняла, что я хотел ей сказать. Вместо ответа она подняла свою маленькую ручку и поцеловала запястье. Мы были разделены, но понимали, что связаны. Навсегда.
 
6 Скайлер
 
Здание, в котором два раза в неделю проходит физиотерапия, находится в двадцати минутах езды от кампуса, поэтому день терапии для меня – это не только два часа ползать по коврику и делать упражнения, но и поиск подходящего такси, чтобы вовремя приехать. После аварии на любое действие у меня уходит вдвое больше времени. Просто провести субботний вечер в клубе? Вот уж нет. Сначала надо найти место, подходящее для инвалидов, а потом следить за тем, чтобы не выпить слишком много. Ни за что не буду ставить катетер в грязном сортире клуба. Лучше описаться или умереть от воспаления мочевого пузыря. Сегодняшняя тренировка была особенно сложной, и я чувствую, как по спине течет пот.
– Отлично поработала сегодня!
Камилла не просто физиотерапевт, она еще и психолог по образованию, специализируется на восстановлении после серьезных травм. Я с помощью Камиллы забираюсь на Холли, ставлю ноги в кресле и утираю пот со лба. На плечах у меня лежит платок, но я слишком измождена, чтобы им пользоваться. Мышцы болят, потому что последние два часа я выходила за грань своих физических возможностей.
  
– Спасибо. Кажется, у меня понемногу начинает получаться, – гордо говорю я.
Я усвоила жизненный урок: нельзя дать себя сломить. Да, судьба отняла у меня ноги, но мой оптимизм она не получит!
– Я заметила. Видно, что ты много занимаешься дома. Пойдем, Скай, нам еще нужно зайти в кабинет.