Без обмана 2 (СИ)

Для чего вообще мне дразнить корпорацию, уходящую истоками в секту Небесной Гармонии? Захотелось. А интуицию стоит слушаться, она мне постоянно помогает.
Наконец, после перерыва, объявили мою очередь “Ниида Макото из корпорации Окане Групп с темой ‘Шаблонизатор для аналитической отчетности’”.
Когда поднялся на сцену, был встречен неожиданными овациями. Мои вчерашние карточные соперники постарались. А учитывая, что они почти все оказались людьми, в айтишной среде уважаемыми, и остальной зал подтянулся. Ведь если семпай кому-то хлопает, надо старшего поддержать, знаешь ты, что это за толстяк в оранжевом галстуке или нет.
Публичных выступлений я больше не страшусь. Хорошо, как мне кажется, выступил. Говорил без бумажки, по памяти, с уверенностью и свойственной моему мистеру Хайду харизмой. Слайды переключал, которые с собой на ноутбуке привез.
Нашарил взглядом в зале представителей Тэнтёвадо, но никаких особых реакций на приколотый к петлице пиджака цветок не увидел. Одна только Ануша-тян и удивилась тому, зачем я с хризантемой и маркером возился. Вероятнее всего, айтишники вообще не в курсе истории основания компании, где они работают и в принесенной мной хризантеме никакого символизма не видят. Ну или дело в расстоянии и со зрительных мест цветные лепестки плохо заметны. Да и ключевые слова я не сказал. Это же просто шутка и шалость, я не собираюсь захватывать власть в гигантской корпорации, ни к чему она мне.
По окончанию моей речи настала очередь вопросов из зала и они меня несколько удивили.
– Скажите, Ниида-сан, а ваша корпорация не рассматривает вопрос продажи лицензии на ваш продукт? – спросила одна из женщин, которая была вчера на покере. Кажется, Кобаяши ее фамилия. Вчера всех представлялили, но два десятка человек есть два десятка. Могу путаться.
– Рассматривает, но вопрос в стадии обсуждения и ценовая политика пока не сформирована, – соврал я. Ни одна нормальная коммерческая компания так просто не откажется от денег, которые ей предлагают. Так что я действую исключительно в интересах работодателя. Ну а если Окане Групп вдруг не захочет продавать свой софт, простор, чтобы сдать назад, остается. – Если вы заинтересованы, давайте запишу вас, ваши потребности и попрошу с вами связаться наш коммерческий отдел.
Предложение купить наш софт оказалось не единственным. Кроме Кобаяши-сан я записал к себе в блокнотик еще четверых заинтересовавшихся клиентов. Вот и славно. Авось премию получу.
Вечером мы с Анушей отправились таки погулять по городу. Побывать в Хиросиме и не посетить мемориальный парк было бы огромным неуважением к десяткам тысяч погибших от бомбардировки. Сходили, постояли, помолчали, поклонились. Ну а так – город и город. Кофу ничуть не хуже, хотя и меньше. У нас, между прочим, Фудзи-саму почти отовсюду видно, а тут нет. Дома лучше!
Как раз вернулись в отель и я собрался принять душ перед тем, как идти ужинать, как прозвонил телефон. номер незнакомый.
– Ахой! – взял я трубку, мысленно опасаясь, что это Ватанабе-сан снова решил завербовать меня для своего шоу. Нет, это я не на выдуманном языке пиратов поздоровался. Нормальное слово для чешского языка.
– Добрый вечер, Ниикава-сан, – узнал я голос самого молодого инспектора Японии. Ему-то что от меня нужно. – Скажите, та девушка-хакер, которая подставила вас в прошлый раз под бандитские пули, снова не объявлялась? Вы один из немногих, кто признался в контактах с ней.
– Приятно слышать вас, Кикучи-сан. Вы ведь знаете, что я ее очень боюсь, и потому не могу обсуждать так просто по телефону, который она может прослушивать. Готов явиться к вам дать показания, но не сегодня и не завтра. Я сейчас в командировке в другом городе, в Хиросиме.
– Не бойтесь, Ниито-сан, японская полиция вас защитит.
– И все же я не чувствую себя защищенным. Я очень уважаю нашу полицию и вас лично, но эта женщина очень пугающая.
– Хорошо, Ниишима-сан. Мы с вами поговорим позже, – как-то немного тревожно стало. Интуиция или просто понимание того, что Дайсуке-сан сегодня весь день давал показания о шантажировавшей его хакерше. Которая на самом деле я. Вот он мелочный, конечно. Кагешуго ему угнанную машину отыскать помогла, а он ее сдал. Человек без чести!
 
Вышел из номера, нашел Анушу-тян и отправился вместе с ней ужинать. Я ведь собирался попробовать хиросимские окономияки. Так чего сидеть в номере и бояться? Во время общения с воришкой Дайсуке я был предельно осторожен. Связать как-то меня и несуществующую женщину невозможно. Ну а звонок от инспектора – он всех возможных свидетелей обзванивает, любые ниточки ищет. Самообман с моей стороны? Не исключено.
Окономияки в хиросимской версии мне в целом понравились. Капустные лепешки, поверх которых начинка уложена слоями, а не вперемешку, как делают в Осаке. Я взял себе со свиной грудинкой и морепродуктами. Ануша от грудинки не отказалась, а вместо морской версии выбрала веганскую, с водорослями Нори. Хорошо сидели, мило общались, вспоминая сегодняшнее мое выступление, как я чуть не оторопел, увидев в дверях заведения инспектора Кикучи Юто. Откуда он тут? Зачем? И почему идет к нашему столику?
– Добрый вечер, Кагешуго-сан, – полицейский вежливо поклонился. Я чуть было посчитал, что все, раскрыт, и пора паниковать. Но обратился Юто-сан не ко мне, а к Гупте-тян. – Ниичи-сан, – поклон и в мою сторону.
– Простите? Вы, наверное обознались, – ничего не поняла девушка. – Мы с вами не знакомы. И меня зовут не так.
– Вас зовут Гупта Ануша, вы приехали из Индии, как талантливый программист и даже смогли получить гражданство. Позволите мне сесть? Говорить стоя, когда собеседник сидит неудобно, – уверен, он вполне себе разговаривает стоя с подозреваемыми на допросах.
– Гупта-сан не может быть Кагешуго, Кикучи-сан, – сказал я представителю закона – Присаживайтесь, если хотите. Тут отличные окономияки.
– Почему вы так считаете, Ниимото? Вот смотрите, она программист, а значит, умеет взламывать компьютеры. Она темнокожая, это объясняет “каге” в псевдониме. У нее были проблемы с преступностью дома, на ее семью давили, угрожая самой Гупте-сан. Она работает в Окане Групп, в сеть которой недавно проникла Кагешуго. Она переехала в Кофу всего за месяц до того, как объявилась эта преступница. Вам нужны еще совпадения, Ниидзока?
– Простите, я все еще не понимаю о чем вы говорите, – пролепетала Ануша-тян.
– Не все программисты умеют взламывать компьютеры, – сказал я.
– У вас что, стокгольмский синдром, Нииката? Умеют не все, но эта женщина как раз из их числа. Напомнить вам о взломе университетского сервера в Бангалоре, Кагешуго-сан? Там тоже была какая-то высокая цель. Ну как же, записи с камер, на которых декан домогался до вашей подруги.
– Не называйте меня так. Я не знаю ни вас, ни кого-то по имени Кагешуго.
– Гупта-сан, это Кикучи Юто, он работает в полиции. И его обвинения я считаю нелепыми.
– Даже так, Ниинобу-сан? А как вам тогда тот факт, что полиция отследила одно из сообщений, которыми Кагешуго шантажировала очередную жертву? И знаете, откуда оно было отправлено? Из того самого поезда, которым вы ехали из Токио в Хиросиму. Думаю, Кагешуго-сан не ожидала, что в японской полиции есть свои великолепные компьютерщики.
– Да, история в университете имела место, – призналась Гупта. – Но все остальное я не понимаю.
– Хакерша могла взломать мой телефон и отправлять сообщения через него, – предположил я. – Я ведь у нее давно на крючке.
– Макото, хоть ты мне расскажи, что это за хакер такая и почему полиция думает на меня. Клянусь, в Японии я никаких компьютеров не взламывала, – Соврала! Но довольно-таки убедительно. Интересно, инспектор тоже хорошо чувствует ложь?
– Это хакер, которая объявила войну преступности. Моя младшая сестра – ее фанатка, – объяснил я. – Я под давлением ей помогал обезвредить банду. Но всю работу в итоге сделал Кикучи-сан.
– В вашем досье нет никакой сестры, Нииноха, – вот это он запомнил, а фамилию мою нет. Так я и поверил.