Зверские убийства в Тенистой Лощине
Но Вера не успела дойти до угла, где работала колибри. Она услышала, как Глэдис стрекочет без остановки, и решила подслушать.
– Меня всю затрясло, мурашки побежали по позвоночнику, вверх и вниз, затем я увидела, как несчастный старый Отто плавает там… О, когда я только проснулась сегодня утром, то почувствовала, что день будет плохой! – трещала Глэдис, сообщая новость. Похоже, она полностью восстановила душевное равновесие после пережитого ужаса. Вера обратила внимание, что Глэдис успела приукрасить свой рассказ, добавив намеки на злой рок, который не упомянула, когда рассказывала об увиденном Вере.
Лиса покачала головой и побежала из редакции, чтобы первой добраться до полиции, пока никто не успел ее остановить.
В отделении стояла тишина, но дверь была распахнута, поэтому Вера вошла, не удосужившись постучаться. Мида на месте еще не было, поэтому Вера сообщила об увиденном его заместителю Орвиллу Брауну. Как и его начальник, Орвилл был крупным медведем, хотя и бурым, и гораздо лучше соображающим.
Он заявил Вере, что немедленно отправится к пруду, чтобы заняться расследованием и забрать тело для проведения похорон подобающим образом. Он знал, что начальника не будет еще в лучшем случае пару часов, и Мид не станет спешить даже из-за чего‑то такого серьезного, как смерть. Однако Орвилл любил приходить на работу и начинать свой день спокойно, задолго до появления начальника. Таким образом ему удавалось решать ежедневные проблемы, связанные с охраной правопорядка в Тенистой Лощине. Сидя в одиночестве в отделении, Орвилл мог предаваться своим грандиозным мечтам, в которых сам становился начальником полиции, надевал новую фуражку и блестящий жетон полицейского, пользовался уважением и вызывал восхищение у всего городка.
Может, его преданность делу сейчас сыграет ему на руку. Он займется печальным делом о смерти Отто Зумпфа до обеда, а эта лиса-журналистка напишет про его компетентность и стойкость во время этого тяжкого испытания. Да, на самом деле звучит неплохо.
Вернувшись к реальности, Орвилл предупредил Веру, чтобы она никому не рассказывала о случившемся, пока он со всем не разберется.
– К сожалению, скрыть информацию не получится. Я узнала о случившемся от Глэдис Ханисакл, – сообщила Вера.
Медведь закатил глаза.
– Ну, ладно. Не получится скрыть, значит, не получится.
Заместитель начальника отделения полиции Орвилл собрал все необходимое полицейскому для выполнения своих обязанностей – фуражку, наручники, – нахмурился, принял угрожающий вид и направился к пруду. Вера шагала рядом. Она не спрашивала разрешения к нему присоединиться, но Орвилл еще полностью не проснулся. В любом случае у него не было оснований не допускать лису на место происшествия. Он знал репутацию Веры, знал, какая она журналистка. Она в любом случае оказалась бы там.
– Мне придется где‑то реквизировать лодку, – проворчал Орвилл по пути к пруду. – Начальник забрал лодку полиции, чтобы отправиться в рыболовную экспедицию.
– И что он надеется найти во время этой экспедиции? – с любопытством поинтересовалась Вера.
– Думаю, рыбу. – Орвилл в непонимании уставился на лису. – А что еще можно?
Она подозрительно посмотрела на бурого медведя.
– Это буквально рыболовная экспедиция? Не сбор каких‑то сведений?
– Конечно.
Вера прищурилась, затем вздохнула.
– Не важно. Я знаю, что в здании суда Тенистой Лощины вы оба бываете нечасто.
– Почти не бываем, – улыбнулся Орвилл, демонстрируя огромные зубы. – Большинство сразу же признается.
– Да уж, – выдохнула Вера. Орвилл мог наводить ужас, если хотел.
Он осматривал берег, пока они шли.
– Значит, теперь мне придется искать другую лодку.
– На лесопильном заводе есть несколько, – сообщила Вера. – На тот случай, если лес упадет с баржи.
– Пойдет, – буркнул медведь.
Они дошли до того места, с которого Вера чуть раньше делала фотографии. Она сказала, что посторожит тут, пока Орвилл ходит за лодкой, и затем наблюдала, как огромный медведь спешит к лесопилке и становится все меньше и меньше, удаляясь от нее.
Вера ждала. Через четверть часа она увидела, как лодка отходит от причала у завода и направляется к плавающему телу Отто. Несколько горожан заметили, что что‑то явно не так, и начали собираться вдоль берега, чтобы посмотреть, что же происходит.
Когда Орвилл добрался до тела, Вера услышала, как он удивленно вскрикнул, и на мгновение подумала, что Отто, возможно, все еще дышит. Но медведь не торопился, а это означало, что спешить уже некуда. Он привязал тело к лодке веревкой и начал медленно грести к берегу, к тому месту, где стояла Вера.
Недалеко от берега Орвилл выпрыгнул в воду, подняв огромный фонтан брызг, и вытащил лодку на сушу. Он увидел собравшуюся толпу и заорал:
– Назад! Все назад! Освободите место! Имейте уважение!
Все испугались при виде разъяренного бурого медведя и отступили назад… за исключением Веры. Она знала, что что‑то не так.
– Мне помочь его вытащить? – предложила она.
– Незачем.
Орвилл подошел к телу и аккуратно его поднял, словно это был детеныш, а не труп. Абсолютно спокойно он донес Отто до берега и осторожно опустил на холодную грязную землю мордой вниз. Огромный медведь содрогнулся лишь раз, не от отвращения или холода, а от ярости.
Вера поняла почему, когда присмотрелась получше.
В дополнение к тому, что Отто лежал мордой вниз и не двигался, из тела струилась темная струйка крови. Больше всего пугала рукоятка ножа, торчавшая из его спины.
Вера отступила назад, ее скрутило.
В Тенистой Лощине почти не совершалось преступлений и, насколько знала Вера, убийств не совершалось никогда. Может, Отто и был сварливым и неприветливым, но он был одним из горожан и на протяжении многих лет жил рядом с прудом у лесопильного завода.
– Кто мог это сделать? – прошептала Вера.
Орвилл встал в полный рост, отряхиваясь и разбрызгивая воду.
– Не знаю, но обязательно выясню.
Если заместитель и помнил, что он работал под началом Мида, ему, похоже, на это было плевать. Он мог собрать доказательства, все сфотографировать, связаться с похоронным бюро «Мирная лощина» на Тисовой улице, чтобы те забрали тело Отто до того, как начальник полиции вылезет из кровати. Орвилл любил свою работу и знал, что у него хорошо получается выполнять свои обязанности. Его волновало, что он выполнял бóльшую часть работы, а все заслуги забирал его начальник, но жаловаться Орвилл не хотел, это казалось слишком мелочным. В конце‑то концов, кого на самом деле волнует, который из медведей раскроет дело о краже ледяной скульптуры?
Но сейчас он думал по-другому. Мелкие преступления были частью жизни городка, но убийство – это оскорбление, нанесенное цивилизованному обществу. Может, Отто и не был самым милым соседом, но никто не заслуживал такого конца. Несмотря на положение дел, Орвилл чувствовал волнение. Может, именно по этой причине он пошел по этой стезе? Защищать Отто было слишком поздно, но Орвилл точно мог по справедливости наказать виновного в смерти жабы.
Со своей стороны Вера также знала, что это открытие меняет дело. Меняет все! Она оставила Орвилла выполнять его работу и понеслась назад в редакцию. Хотя бы один раз ей удалось опередить Глэдис и первой узнать сенсационную новость. К несчастью, это была трагедия.
Но это также мог быть и ее шанс.
Глава 3
В то время как горожане собрались у пруда и в ужасе наблюдали за тем, как Орвилл вытаскивал из воды труп, а Глэдис неустанно трещала, повторяя историю, которая утратила свою свежесть, до тех пор, пока у нее не пересохло в горле, в кафе «За кружечкой у Джо» все шло своим чередом. Там все еще пребывали в блаженном неведении.
Джо работал, выполняя обычные утренние обязанности. Он наслаждался своим любимым временем дня – подготовкой к наплыву посетителей на завтрак. Он сварил кофе, потом выставил в витрине различные кексы и булочки. Их испекли предыдущим вечером, теперь они остыли и восхитительно пахли. Он поставил салфетки в салфетницы (но не заполнил их до предела) и вытер столы до блеска. Джо гордился тем, как успешно вел дела. У него было отличное заведение! Если у него появлялась свободная минутка, то он обязательно проводил тряпкой по стойке и перекладывал булочки, чтобы в первом ряду оказались самые свежие с яблочной начинкой. Он мог поспорить, что к обеду они все закончатся.