Холодный ветер

– Чем занимаетесь в полиции, Бет?
Ее хмурый вид подчеркивало множество морщин на покрасневшем от холода лице. Кристин была в серой непромокаемой шляпе, хотя дождь и не шел. Если ей об этом сказать, она наверняка ответит: «Рано или поздно пойдет».
Я поправила шапку. Просто чтобы потянуть время.
– Бет проверяет наши документы. Лучший редактор в полиции, – ответил Грил.
  
Изо всех сил я старалась не выглядеть слишком неуместно.
– Редактор? – переспросила Кристин. – Никогда про такое не слышала, но допустим. Смотрите, я буду исследовать тело, но сначала хочу, чтобы отработали вы и мои криминалисты. Постарайтесь не касаться тела. Когда будет нужно, я сама все сделаю. Соберите все необходимое, но тело не трогайте. Спорю на дюжину пончиков, что смогу назвать причину смерти, как только его увижу.
– Тело по-прежнему на месте, – негромко сказал Доннер с видимым облегчением.
– Ровно как на твоей фотографии, – отозвался Грил. – Думаю, здесь ничего не трогали.
– Вот дерьмо! – воскликнула Кристин. – Могли и трогать. Вы про это не говорили. Я-то считала, шеф, что вы все это время ждали нас здесь.
– Что вы, Кристин. Здесь телефон не ловит. Сначала приехал Доннер. Потом я связался с вами и приехал из аэропорта на полицейской машине – вдруг понадобится водитель или лишний автомобиль.
– А вы за каким чертом сюда поперлись? – спросила у Доннера Кристин. – Вам сообщили, что здесь труп?
– Нет. Мужчина из местных, – Доннер кивком указал в условном направлении дома Рэнди, – слышал ночью странные звуки. Утром он первым делом связался со мной, и я приехал осмотреться. В эту сторону поехал, потому что оползень сильно изменил пейзаж. Потом обнаружил дорогу и поехал уже по ней. Так далеко я ни разу не забирался.
– Вы разобрались, откуда были звуки? – продолжала Кристин.
– Нет, мэм, – ответил он.
О девочках никто не проронил ни слова. Я сама не знала отчего, но заводить о них разговор я тоже не собиралась.
– Что ж, я почти уверена, что шумела не умершая. Я скажу, если обнаружится, что прошлой ночью она могла быть живой и вопить во все горло. – Кристин посмотрела на криминалистов, стоявших снаружи. – Идите внутрь и хорошенько все исследуйте, ясно?
Оба кивнули, и она повернулась к Грилу.
– Вы тоже идите, сейчас самое время.
Грил взглянул на меня.
– Бет, подожди здесь минутку.
Я кивнула. Вся ситуация вдруг стала меня тяготить. Я засомневалась, что справлюсь с видом мертвого тела, но не хотела, чтобы остальные это поняли.
– Да, сэр, – ответила я.
Посмотрев на меня, Кристин шмыгнула носом и вытерлась тыльной стороной ладони.
– Если вас затошнит, отходите подальше от места преступления, понятно?
Я кивнула в ответ, но Кристин уже отвернулась и пошла к домику вслед за Доннером и Грилом. Она не стала заходить, но посмотрела внутрь через проем, где когда-то была дверь.
Теперь двери не было. Проем был изогнут так, будто ее выдавило снегом и ветром. Само строение было вчетверо меньше того, где находилась «Петиция», и наклонено в ту же сторону, что и проем. Собранное из старых деревянных досок, оно выглядело еще более хрупким, чем служивший мне офисом жестяной домик. Искривленные и гнилые доски настолько разошлись, что сооружение продувалось насквозь.
Маленькая печная труба на косой крыше стояла строго вертикально, и я подумала, что наверняка под наклоном должна была идти труба, но потом, когда все строение покосилось, она стала выглядеть прямой.
Пейзаж вокруг очень походил на то, что я привыкла видеть на Аляске – сплошные высокие ели, – разве что в этом лесу деревьев было поменьше, и вокруг домика все было вырублено на добрый акр. Из припорошенной снежком земли торчало множество пней, а вдали, на краю вырубки, я заметила что-то вроде миниатюрного Стоунхенджа. Мне захотелось посмотреть поближе, но я оставалась на месте и ждала разрешения сдвинуться с места.
– Бог ты мой, – сказала Кристин, все еще стоя в проеме. – Что это за хрень?
Изнутри что-то крикнули в ответ, и я смогла разобрать только «одежда».
Кристин обернулась ко мне.
– Можете зайти.
– Хорошо.
– Но только если вас не стошнит.
– Нет, что вы. – Я надеялась, что и вправду не стошнит.
Подходя к строению, я старалась идти по следам других. Кристин, казалось, издала какой-то звук, но я не разобрала, был ли это смешок или раздраженное хмыканье.
– Она лежит вниз лицом, – сказала Кристин. – Внутри полный бардак, так что пройдет пара минут, пока все соберут, что нужно. Вы труп когда-нибудь видели?
– Видела.
И даже присутствовала при трех вскрытиях. Собирала материал для романа. Сначала был полный ужас, потом грустно, а потом интересно – и предмет интереса предугадать я не могла. Я тогда придвинулась поближе к столам и всматривалась в мускулы, органы, кости, которые мне показывали и описывали. В итоге я ушла с последнего вскрытия совершенно околдованная и только потом задумалась, что по идее должна была бы быть в шоке.
– Ладно, – ответила Кристин. – Взгляните.
Я встала рядом с ней.
Удивительно, что среди всего остального я не сразу заметила тело. Четверым мужчинам было тесно внутри, и они очень осторожно двигались. Я поразилась, что им не пришло в голову заходить по одному. Строение оказалось не жилым домом, а чем-то вроде склада, сарая. Вдоль стен почти все место занимали коробки, частично раскрытые. Фонари, детские игрушки, книги, журналы, сломанная меловая доска, на которой еще виднелся призрачный силуэт неумело нарисованного цыпленка.
– Это все капканы? – спросила я, показывая на какие-то штуки, висевшие на стене и валявшиеся грудой в углу.
– В точку, – ответила Кристин. – Самые всевозможные. В основном на волка и медведя.
Понемногу я изучала помещение, и взгляд остановился на груде шкур. Медвежьи, подумала я.
Затем собралась с силами и сосредоточилась на теле.
Мертвая женщина лежала на животе у самой стены, конечности неестественно изогнуты. Она была обнажена, и белая кожа с синеватым оттенком, очевидно, окоченела – по крайней мере так выглядело. Никаких примет с этой стороны тела не было видно, ни синяков, ни пулевых отверстий, но на фоне синевы наверняка различить что-то было сложно.
– Боже, – пробормотала я. Нечасто мне требовалось что-то посложнее одноразового телефона, и теперь как раз настал такой случай. – Вы же фотографируете?
– Разумеется. Ее бросили вот сюда, – заметила Кристин. – Скорее всего, недавно, иначе она бы оттаяла значительно сильнее. В смысле сейчас холодно, но еще не такой мороз, чтобы здесь тело оказалось в таком виде.
– Отсюда можно определить, как давно ее заморозили? – спросила я, глядя на длинные каштановые волосы, спутанные и смятые, словно гигантское птичье гнездо. Я старалась запомнить, как расположены предметы. Но помещение было настолько крошечное и так набито всяким барахлом, что моя способность «пространственного» видения особо не помогала.
– Нет пока.
– А что обнаружено? – задала я вопрос всем.
Ответила Кристин:
– Куча барахла, но больше всего меня заботит коробка с детской одеждой, которую Бен нашел вон там. Где же ребенок, для которого она предназначалась?
– Вот вопрос на миллион, – заметил Грил.
– Это сарай траппера, – добавил Доннер.
– И живет он где-то неподалеку, – продолжил Грил. – Я знаю парочку таких парней, но не встречал никого, кто обосновался в этом направлении. Я и не думал, что здесь что-то или кто-то есть, – что не очень проницательно с моей стороны. На Аляске люди и везде, и нигде.
– Точно, – согласилась Кристин.
– Надо снять отпечатки с тела и еще поискать их вокруг сарая, – сказал Грил криминалистам и Доннеру. – Их может не быть вообще, а может быть целая куча. Найдите что-нибудь. Потом мы с Кристин посмотрим, что можно сделать.
  
Грил обошел весь бардак и вышел наружу.
– Мне нужно поискать дом. Бет, здесь твои знания не нужны. Поедешь со мной?