Инструктор по обмену (СИ)

 – Этъер, – прошептал я. – Называй меня по имени, когда мы одни.
– Ты планируешь наши частые встречи наедине, Этъер? – поинтересовалась она, приподняв красивую бровь.
– Нет, - сказал я так быстро, что губы Дарины изогнулись в дразнящей улыбке. У меня пересохло во рту, когда позволил себе представить, каковы на вкус её губы.
– Очень жаль, - Дарина дёрнула плечом и отлепилась от стены, приблизилась ко мне, проведя пальцем по центру форменной куртки.
  
Поднос закачался у меня в руках, и я чуть не уронил его, но вовремя поймал и осторожно поставил на каменный пол. А Дарина уже медленно направилась прочь по коридору, так что её бёдра покачивались в такт движению. Кажется, семестр обещает стать настоящей пыткой для меня.
  
ГЛАВА 16
 
Дарина
Небо над головой было серым и хмурым, а ветер холодным и беспощадным. Кадеты цепочкой тянулись за мной, сгибаясь под силой ветра.
– Что мы здесь делаем, капитан? – кадет Ровит был единственным, у кого хватило смелости прокричать вопрос сквозь завывание ветра.
– Вы спрашивали, когда вы будете летать, кадет, - я указала на чёрные истребители предпоследней модели, оказавшиеся перед нами. - Ответ - сейчас.
– Мы полетим сейчас? – самоуверенный кадет уставился на меня с лёгким недоумением. – А как же погодные условия?
– Это вы полетите, кадет Ровит. А погодные условия идеальные для обучения пилотированию и навигации. Вам же всего даётся семестр, чтобы обучиться азам. Так что приступаем!
Кадет Ровит обвёл взглядом остальных первогодков, которые смотрели на меня, словно я сошла с ума.
– Я собираюсь показать вам, на что способен один из этих бойцов. Если вы думаете, что способны на большее, я хочу, чтобы вы доказали мне это, - я ткнула пальцем в хмурое небо. - Там, наверху.
Я подняла ногу и зацепилась носком ботинка за практически невидимую выемку над крылом, подтянулась, перебралась через крыло и запрыгнула в кабину. Моё сердце бешено колотилось, отчасти от предвкушения полёта, а отчасти потому, что до этого летала на истребителя всего один раз.
– Это как езда на велосипеде, – прошептала себе под нос, опуская стекло кабины, пристёгиваясь и просматривая панель управления. – И все велосипеды в принципе одинаковы.
Несмотря на технологические достижения арракианцев, их космические корабли практически не сильно отличались от наших. По мере того, как я включала двигатели, кадеты отступали от истребителя, с напряжёнными лицами наблюдая за мной.
Затем я заметил лейтенант Вольтера, который вылез из другого истребителя, и теперь прикрыв глаза рукой, пытаясь разглядеть, что происходит.
Я не стала дожидаться, когда он обнаружит, что совершаю несанкционированный полёт, ухватилась за рычаг и потянула на себя, чувствуя, как “Небус” понёсся по короткой взлётно-посадочной полосе и взмыл в воздух.
После неуверенности первых нескольких дней в чужом мире, оказавшись в кабине пилота, я снова почувствовала себя собой.
Я резко накренила истребитель, подныривая под облачный покров, чтобы кадеты на земле могли увидеть, как резко останавливаю и переворачиваю истребитель на нос, зависая на мгновение полностью вертикально.
Всё происходило так естественно, что моё дыхание синхронизировалось с движениями, как будто я была единым целым с истребителем.
Только когда я посадила “Небус” перед Академией, забеспокоилась, заметив гневный взгляд лейтенанта Вольтера, который стоял во главе группки кадетов, скрестив руки на груди.
Он же не доложит адмиралу?
У меня не было официального разрешения на полёты, особенно с кадетами. И всё же, видя выражение восхищения и уважения на их лицах, стоило того. Надеюсь, теперь не только кадеты не будут сомневаться во мне, как в инструкторе, но и лейтенант Вольтер поймёт, что я могу сама позаботиться о себе.
Ладно, перед смертью не надышишься. Я решительно пошла к группе кадетов, игнорирую гневный взгляд лейтенанта Вольтера.
– Свободны, кадеты! – прокричала я, заглушая шум ветра. – К завтра подготовить полную техническую характеристику “Небуса” и доклад об особенностях пилотирования в условия сильного ветра.
Кадеты развернулись и побрели в сторону Академии, то и дело оборачиваясь. Только арракианец не сдвинулся с места, сверля меня взглядом голубых глаз. Красивый, когда злой. Неужели он никогда не нарушал правила?
– Какие-то проблемы, лейтенант Вольтер?
– Вы вылетели без разрешения, капитан, - отчеканил он.
– Вы видели, как я демонстрировала технику пилотирования на своём занятии, Этъер.
– Вы так это называете? – его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева.
– Ладно, может быть, я показывала кадетам, что у меня есть навыки, чтобы сгладить неудобную ситуацию с кадетом Ровит. И напомню, что если бы вы не унизили меня своей защитой, то мне не пришлось бы прибегать к таким радикальным методам, - резко ответила я. – Хотя мне понравилось, скорость невероятная!
Арракианец резко сократил расстояние между нами, так что я могла почувствовать его тёплое дыхание на своей щеке.
– Ты хочешь сказать, что из-за меня совершила несанкционированный полёт и выполняла опасные манёвры на глазах у группы впечатлительных первокурсников?
– Я знаю, как летать, – мне пришлось запрокинуть голову, чтобы выдержать его взгляд. Теперь я начинала злиться.
– Ты не знаешь, что могло бы случиться…
– Так ты просто переживаешь за меня?! Я думала, что ясно дала понять, что мне не нужен защитник, – возможно, арракианец прав, но никогда этого не признаю. – Что мне действительно нужно, так это чтобы именно ты перестал указывать мне, что я должна делать!
– Я? А что во мне так?
– В тебе? Много зазнайства!
Этъер тяжело задышал, явно беря себя в руки. Он по-прежнему возвышаясь надо мной и не спускал пронзительного взгляда.
– Если не поймёшь, насколько опасны арракианцы и Академия, ты можешь не пережить семестра, - его взгляд переместился на мои губы, и он резко втянул в себя воздух. - Несмотря на то, как сильно ты сопротивляешься, я не позволю тебе пострадать.
У меня не было возможности огрызнуться в ответ, что мне не нужно, чтобы кто-то присматривал за мной, но мужчина на скорости истребителя пошёл прочь, оставив меня стоять в центре непогоды, под завывание ветра.
Почему при каждой встрече с этим арракианцем я разрывалась между желанием швырнуть его на маты или поцеловать?
  
ГЛАВА 17
 
Дарина
Я застыла в дверях кабинета ректора Академии, на мгновение задумавшись, зачем он пригласил меня и Алевтину. Доложил ли лейтенант Вольтер о моей вольности?!
В кабинете никого не было. Одинокий чёрный стол занимал большую часть пространства, а слева открывался прекрасный вид на заснеженные пики гор.
– Мы пришли слишком рано? – прошептала, обычно смелая Алевтина, неуютно поёжившись рядом.
– Если ты не пришёл рано, значит, ты опоздал, – я, не задумываясь, повторила слова отца.
– Вы в нужном месте, – я вздрогнула, услышав голос позади нас, и обернулась, когда Даллан Ал'карид, ректор Академии и бывший адмирал военного флота Аррака прошёл мимо нас к столу.
Его чёрная униформа выглядела безупречно, несмотря на то, что пряди волос ниспадали на воротник. Арракианский военный этикет не требовал, чтобы воины коротко стригли волосы или гладко выбриты, о чём свидетельствовала щетина на щеках адмирала.
Он направился к своему столу, а его помощник, который больше походил на земных военных: короткая стрижка, отсутствие щетины, застыл у дверей.
– Располагайтесь, пожалуйста. Сейчас подтянуться остальные, и мы начнём.
Прежде чем мы успели выдвинуть стулья, в кабинет вошли еще несколько арракианцев и начали рассаживаться за столом. В отличие от нас, они не перешёптывались и, казалось, не испытывали благоговейного страха перед впечатляющим видом адмирала.