Мозаика (СИ)

— Здесь нам ловить нечего. Ждём разведку и уходим… к Империи. — после долгих раздумий высказался Кот. — Отсюда до них всего два средних прыжка. Пока мы еще были «дома», я не слышал, чтобы имперцев слишком уж жали. Ни в одной общей сводке такого не было. В основном на Федерацию навалились. Так что, будем надеяться, что проскочим.
Такие мысли уже посещали Кота, заставляя задумываться заранее, но до этого момента он их гнал от себя. Но это совещание заставило принять непростое решение.
  
— Но, командир! У нас же… война! — высказал общее мнение Минош.
— А нам больше некуда деться. — криво усмехнулся Кот. — Либо имперцы, либо жуки. Но имперцы хотя бы люди, есть надежда на спасение. А жуки просто сожрут.
52
Санто Эйн, торговец, был в недоумении. И это еще мягко сказано! С него, уважаемого «локального торговца», имевшего четыре транспортных корабля и торговые точки аж на семи станциях, нагло требовали… взятку⁈
Ну, а как еще назвать остановку его корабля в транзитной системе, конвоирование к ближайшей, малоинтересной, станции, проверку груза и выставленный счет «за транзит». Только взяткой! Ведь в Федеральных законах был прописан свободный и беспошлинный провоз любых легитимных грузов по всему внутреннему пространству Федерации, с уплатой только налоговых сборов после продажи товара! Нет, были, конечно, и «стыковочные», и «стояночные», и «разгрузочные»… Но это всё мелочи, небольшие суммы, отданные государством на откуп владельцам станций. Причем мелочи, суммы которых стремительно менялись в зависимости от заинтересованности в тебе и твоем бизнесе станционного руководства. Чем больше в тебе заинтересованы, тем меньше выплачиваемые тобой «сборы»! Всё логично, и не преступает законов. А тут…
Наглость! Наглое вымогательство, заслуживающее только лишь пространной и обстоятельной жалобы в компетентные службы!!!
Вот и, после таких размышлений, недоумение торговца плавно переросло в ничем не прикрытое, праведное, возмущение. И в кабинет к начальнику станции Санто ворвался, буквально кипя от злости. Да, в кабинет. Пришлось топать ногами, потому что системные учётные записи администрации не принимали ни удалённых запросов, ни даже текстовых обращений.
— Что вы себе позволяете⁈ — буквально возопил он с порога. — Я буду жаловаться! Действия вашей администрации противоречат…
Тут он невольно сбавил тон, рассмотрев того, кто, в свою очередь, рассматривал его из другого конца кабинета. Здоровенный, черный, как сама пустота, громила нагло пялился из-за огромного стола, оценивая внешность торговца.
Это было, так сказать, непривычно. Санто привык видеть подобных громил в охране, на доковых или, реже, технических работах, иногда даже мелкие чиновники или владельцы небольших оружейных лавок попадались, но вот во главе станционной администрации…
Выбитый из колеи, торговец невольно притих и, по инерции, добрался до самого стола.
— Сядь! — пророкотал-потребовал громила, сверля его злым взглядом.
Санто, поддавшись гипнозу это животной мощи, безвольно плюхнулся на стул, едва не промахнувшись мимо сиденья.
— Чем ты не доволен, торговец? — спросил глава администрации.
— Я плачу все налоги! И все сборы! — вспомнив, зачем пришел, начал снова заводиться Санто. — И ни в одном Федеральном законе…
— Мин-на-анн-на-Матарр! — вдруг заорал здоровяк, страшно пуча свои, и так навыкате, глаза.
С каждым слогом своего крика глава администрации все выше поднимался из-за стола и наклонялся вперед, пока не навис над испуганным Санто, опираясь своими кулачищами о край стола.
— Что? — только и вякнул торговец, подавшись назад.
Понявший, почему на станции было так жарко. Глава администрации вместо приличной одежды был обряжен лишь в какие-то ремешки, в районе пояса буквально увешанные клипсами с разнообразным оружием.
— Слушай сюда, торгаш. — медленно, как и вставал, опустился назад здоровяк. — Я обеспечиваю безопасность в этой системе, а это требует денег. Корабли требуют обслуживания, люди хотят кушать и получать выплаты. Ты не торгуешь на моей станции, поэтому за проход будешь платить пошлину. Пошлину будешь платить в кредитах. Если будешь торговать, то пошлина за товар, не предназначенный мне, будет меньше. Теперь будет только так. Ты меня понял, торгаш?
— Но-о-о… — деньги заставили Санто попытаться хоть как-то возразить.
— Я всё сказал. — величественно повёл рукой здоровяк, не слушая жалобного блеяния. — Список товаров, требуемых мне и моим людям, получишь на выходе. Иди!
— Но я… — около самых дверей обернулся торговец.
— Пошёл! Прочь!! — нож, пущенный сильной рукой, вспорол обшивку дивана, стоявшего у выхода.
Санто сам не понял, как он выскочил из кабинета и остановился лишь у места отсутствующего секретаря, остановленный сильной рукой одного из громил, сопровождавшего его к начальству.
— Список прими. — прогудел такой же чёрный, как и… хозяин станции, здоровяк.
Да, именно хозяин. Не глава администрации, не член совета директоров, не исполнительный директор. Хозяин. Это-то уж Санто понял без дополнительных объяснений.
— Да, конечно. — сдавленно пискнул торговец, принимая файл.
— Теперь пошёл прочь! Великий Муамба больше не желает тебя видеть. — здоровяк повернул торговца лицом к выходу и сильно толкнул в спину. — Отведите в доки!
Санто, едва не разбившего лоб об едва успевшую убраться в сторону дверь, подхватили под локти еще двое бойцов. Таких же чернокожих, только немного светлее.
— Шагай. — приказал один из них, поняв, что торговец больше не собирается падать.
И только сейчас Санто понял, что большинство персонала и жителей станции, встретившихся ему до этого по пути — чёрные. Не такие иссиня-чёрные, как этот Муамба и его помощники, а посветлее, кто-то больше, кто-то меньше, но — посветлее. Но — чёрные.
И Санто пошел, перебирая ногами, внезапно ставшими вялыми. Побрёл печально, расставаясь с мечтами о том, чтобы стать не «локальным», а «малым федеральным» торговцем, имевшим торговые представительства в трёх и более секторах. Горестно раздумывая о том, что как бы не потерять ему и звание «локальный», ибо от двух торговых точек придется отказаться: летать самому или отправлять свои корабли через эту, ключевую, систему, он больше не собирался. Жалобу он, конечно, подаст, но что-то ему говорило, что останется эта жалоба без ответа, ведь недаром он рванулся сам, на самом своем большом транспорте к этим двум, уже, видимо, потерянным, торговым точкам, сигнализировавшим об острой нехватке различных товаров. Значит, остановили не только его. Значит, останавливают уже какое-то время. Даже достаточно долгое время, потому что исчерпать складские запасы станций до «острой нехватки» не так-то просто.
И если до сих пор нет карающего Федерального Флота, на корню пресекающего подобное безобразие, значит, этого флота и не будет.
— А что такое «Мин-на-анн-Матарр!»? — поинтересовался он у сопровождающих… даже, скорее, конвоирующих его бойцах.
— Во славу Великого Матара. — неприязненно буркнул более светлый.
53
Эскадра выскочила в пространство в расчетной точке выхода. Да и немудрено: сам прыжок, что старт, что время, что выход, считали ИскИны на основе постоянно обновляемых данных, поставляемых откуда-то из Центральных миров. Неточности если и были, то вполне в рамках погрешности, рассчитываемой, конечно же, там же, в ЦМ.
Это был уже третий прыжок по пространству Империи, но предыдущие две системы были разорены. Видимо, сводки, на которые опирался Кот при принятии решения, устарели… ну, или были изначально не точны. Разведка ведь «выдергивала» сведения из общего потока данных, еще больше обобщая их, что неизбежно приводило к различным казусам.
  
В этой, третьей по счёту «имперской» системе, корабли вышли из прыжка внезапно для всех: и для оборонявшихся из последних сил имперцев, и для самих жуков, основная масса которых сейчас додавливала уже дышавшую на ладан оборону. Выскочила эскадра на окраине, куда обычно и выводили «звёздные трассы», внезапно, уже для себя, оказавшись в тылу неторопливо двигавшейся каменюки — улья арахнидов. Конечно же! Архи всегда начинали давить с окраин системы, по ходу своего движения. А Кот, получается, со своим отчаянным прорывом вывел корабли именно туда, откуда жуки и начали захват.