Нэнси Дрю и тайна фокусника

– Звучит правдоподобно, – признала я. – Во всяком случае, эта идея мне нравится больше, чем разговоры о чудесном исчезновении.
– Мне тоже, – решительно заявила Джордж. – Всегда всему есть объяснение. – Она протянула мне кассету. – Полиция этого не заметила. В шкафчике имеется запасное оборудование. И с ним поработали: поставили не на воспроизведение, а на запись.
С разрешения Кэнди мы осмотрели оборудование и быстро убедились, что Джордж права. На пленке было лишь отражение мирного вечера. Таким образом, Джордж выявила наиболее существенный на данный момент след. После того как Кэнди ушла на свое свидание, в помещение кто-то пробрался.
  
– Как именно ему или им удалось войти, сказать трудно, – сказала Джордж уже на пороге. – Эта дверь была заперта, входная тоже, задняя…
– Тьфу ты! – Бесс, чертыхаясь, быстро перебирала ногами. – В жвачку вляпалась.
– В жвачку? – переспросила Кэнди. – В магазин запрещается проносить что-либо подобное. Я сама три раза в день хожу в кофейню – в десять, двенадцать и три. Никакой еды. Никаких напитков. И уж тем более никакой жвачки. – Она протянула Бесс салфетку. – Кого-то придется уволить!
– Целая упаковка, – пожаловалась Бесс, отрывая жвачку от подошвы. – Только этого мне и не хватало.
– Это не просто жвачка. – Джордж взяла у нее салфетку и пристально вгляделась в нее. – То есть, да, конечно, жвачка, но не только. Это элемент преступного деяния. – Она замолчала, продолжая разглядывать салфетку. – Возможно, вор нарочно бросил ее на пол. Хотя не думаю, что ее использовали в ходе самого ограбления. Я осмотрела двери – никаких следов жвачки на замках нет.
Кэнди выглядела подавленной.
– В первый раз за столько лет кто-то меня провел. – Она скрестила руки на груди. – Сейчас же позвоню в полицию. Пусть еще раз проверят замки и повторно опросят служащих.
– Тот, кто это сделал – профессионал высокого класса, – сказала я. – Жвачка, записи с видеокамеры, драгоценности. Скорее всего, ваши работники здесь ни при чем.
Не успели мы выйти, как Кэнди уже говорила по телефону с людьми из страховой компании насчет установки новейшей системы защиты.
– Хорошая работа! – поздравила я своих подруг. – Мы явно продвинулась вперед.
– Ну да. – Бесс вздохнула. – Осталось всего ничего – выяснить, чьих рук это дело и где сейчас драгоценности.
– Ну, это не проблема, – со смехом заверила ее я. – Надеюсь, на следующем этапе мы будем знать намного больше.
Было уже больше десяти вечера, когда я заехала на парковку гостиницы «Ривервью». В темноте она казалась еще более обшарпанной и неприглядной, чем при свете дня. Я надеялась, что близнецы еще не легли спать. Нам надо было поговорить с ними.
– Знаешь, – поморщилась Бесс, – если это девушки украли камни, то какую-то часть вырученных денег они могли бы потратить на то, чтобы переехать в гостиницу поприличнее.
– Вряд ли драгоценности уже продали, – сказала Джордж. – Сначала вору, кем бы он ни оказался, надо смыться отсюда.
– Но даже если это дело рук близнецов, все равно они могли застрять здесь. Гуго говорит, что такие представления – дело дорогое. – Я открыла дверь и пропустила подруг вперед. – Наверное, поэтому персонал и живет в местах подешевле, ну а уж сам фокусник позволяет себе роскошь.
– Но даже если он просто укрывается от каких-то чокнутых фанатов, все равно сестрам вряд ли должно понравиться, что папочка оставляет их одних в такой дыре, – сказала Джордж. – Мне бы, например, не понравилось.
– Если и так, то они и слова про это не сказали. – Я быстро прокрутила в голове все свои разговоры с Аэлой и Арианой. Начать с того, что они и словом не обмолвились, что Лоунстар их отец, тем более не жаловались, что сам он перебрался в нору поудобнее, а их оставил с Гуго.
В гостиничном вестибюле было тихо. Лишь присутствие дежурного администратора в регистратуре свидетельствовало о том, что жизнь здесь продолжается. Это была молодая женщина, и, судя по виду, ей было очень скучно, хотелось оказаться где-нибудь в другом месте. Прядь длинных каштановых волос слегка прикрывала угольно-черные глаза. При нашем приближении она откинула ее и посмотрела на меня:
– Здравствуйте! Чем могу быть полезна?
Бесс подошла поближе и ослепительно улыбнулась:
– Добрый вечер! Нам хотелось бы поговорить с ассистентками Дрейка Лоунстара. Не подскажете, в каком они номере остановись?
Дежурная покрутила в руках карандаш.
– Я не уполномочена предоставлять информацию о наших гостях.
Чуть ли не впервые в жизни обаяние Бесс не оказало должного воздействия.
Джордж сочувственно улыбнулась ей.
Сломить Бесс было не так просто, и она пошла на новый заход:
– Понимаете, Аэла и Ариана наши хорошие знакомые. Мы должны были встретиться, – она посмотрела на часы, – уже двадцать минут назад. – Бесс осуждающе посмотрела через плечо на Джордж, как если бы это она виновата в нашем опоздании. – Так что, пожалуйста… – Никогда я не слышала, чтобы Бесс говорила таким сладким голосом.
– Ну-у… – Дежурная снова принялась крутить карандаш в пальцах. – Ладно. – Она нацарапала на листке бумаги номер комнаты. – Валяйте. И пусть меня уволят. Ненавижу эту работу.
Отходя от регистратуры, Бесс с ухмылкой повернулась к Джордж и тихо сказала:
– Семейное обаяние никогда меня не подводит.
Джордж театрально закатила глаза.
Лифт быстро поднял нас на четвертый этаж, и я постучала в комнату 406.
Дверь открыла Аэла.
– Вы! Привет, заходите. – Она была само гостеприимство.
Это был крошечный номер. Все пространство занимали две кровати и раскладушка на колесиках. Даже встать толком было негде. Я заглянула в ванную – то, что архитектор умудрился разместить на столь маленькой площади душ, туалет и раковину, следовало считать настоящим чудом.
Из-за багровых обоев, покрывшихся от старости пятнами и отслаивающихся от стен, в комнате было так темно, что мне пришлось прищуриться, чтобы увидеть сидящего на кровати рядом с Арианой ее отца – Дрейка Лоунстара.
– А я все ждал, когда ты наконец появишься, – сказал он.
Я не ответила, хотя мне вовсе не хотелось показаться грубиянкой, просто язык к небу прилип. Над головой Дрейка, над раскладушкой, прислоненной в вертикальном положении к стене, виднелись дырки. Множество маленьких дырок.
– Дартс! – только что не выкрикнула я, разглядывая пол. – Смотри-ка! Вон, валяется рядом с ночным столиком. – Я схватила эту штуковину и высоко подняла ее, как добытый в бою трофей. Это важная улика.
Джордж повернулась к Лоунстару.
– Выходит, вы уже были в Ривер-Хайтс, когда решили дать представление здесь!
– Слушай, Джордж, ты что же, хочешь сказать, что видео, на котором Лоунстар бросает дротики в географическую карту – фальшивка? – спросила Бесс.
– Это все – хорошо продуманный и умелый монтаж, – сказала Джордж, не сводя глаз с Лоунстара. – Мне давно это надо было понять! Из всего мною прочитанного следует, что видеозаписи часто используются в иллюзионах, как раз потому, что их легко монтировать, то есть если все сделано, как надо, картинка кажется снятой в натуре. Дрейк знал, что он едет в Ривер-Хайтс.
– Не надо смотреть на меня такими печальными глазами, – сказал Лоунстар. – Просто здание вашего суда идеально подходило для моих целей.
– Это ложь! – выпалила Джордж. – На самом деле вы смонтировали видео про то, как вы «выбрали» Ривер-Хайтс при помощи одного-единственного броска дротика. – Она посмотрела на усеянную дырами стену. – А ведь ясно, что бросков было куда больше.
  
Лоунстар рассмеялся:
– Гуго – потрясающий кинооператор. Я потратил кучу времени на тренировки с этими самыми дротиками, а ему хватило одной записи.
Дрейк попросил меня взять колоду карт, лежавшую на ночном столике.
– Освоив броски в мишень-карту, я взялся за другие трюки. Сейчас покажу. – Он взял колоду, перетасовал ее и веером развернул карты передо мной. – Выбери какую-то одну. Мне не показывай. – Дрейк встал с кровати и передал мне перо. – Напиши на ней свое имя.