Шабаш для верховной

– Маленький подарок на удачу, – произнёс прямо в мои губы.
Кусочек его магии пульсировал внутри, как единственное тёплое пятно во всём моём новом ледяном теле.
– Спасибо, – отчуждённо поблагодарила инкуба.
Он отпустил меня и отвернулся к стене.
– Иди, Алиса… Я не могу больше… смотреть на тебя.
Я вышла на крыльцо, где серебрилась моя метла. Взлетела и даже не обернулась.
  
 
Глава 3. Пустота и любовь
 
Утро было прекрасным и прохладным. Я проснулась первая, и удивилась тому, как ясно стало в голове, ни единой лишней мысли. Тишина внутри была такая абсолютная, что эхом отдавалась в ушах. Ни кошмаров о Мирославе, ни воспоминаний о вчерашнем Алексее. Тело отдохнувшее, движения спокойные и плавные. В зеркале – пустые серые глаза, как зимнее озеро, без игривого отблеска и без слёз. И мне… мне это нравилось. Чёрт, как же нравилось! Страх просто испарился, оставив после себя только трезвый рассудок. Я превратила себя в оружие для этой войны. Всё стало проще.
Алексей проснулся, когда я уже стояла с кружкой кофе в руках, глядя в то самое окно на сад, где ели качались под ветром. Он вышел босиком, волосы взъерошены, остановился в дверях, и я увидела, как его лицо меняется: от сонной нежности к чему-то разбитому.
– Алиса… – начал он хрипло, голос полный той самой немощной боли, которую я выжгла из себя.
Шагнул ближе, протянул руку, но замер, словно замерзая в моём пространстве.
Я медленно и спокойно повернулась к нему. Даже призрачная улыбка не шевельнула мои губы. Кофе в кружке был горьким, как слова, которые я собиралась выплеснуть ему в лицо.
– Всё в порядке, – плоско и бесцветно произнесла я. – Я всё понимаю и не злюсь. Ты можешь просто собрать вещи и уйти. Я тебя не люблю. Вообще ничего к тебе не испытываю. Ни злости, ни обиды, ни… тепла. Ничего.
Его лицо исказилось, глаза расширились, и я увидела, как в них плещется неверие.
– Прости меня, – с надрывом выдохнул он. – За вчера. За всё. Я сорвался, я… я не хочу уходить. Это я сломал нас. Своей агрессией, своей ревностью…
Я поставила кружку на стеклянный стол с резким звуком, и встретилась его честным испуганным взглядом.
– Нельзя сломать то, что не было построено, – каждое моё слово падало, как камень в бездонный колодец. – У нас не было отношений. Была иллюзия. Удобная, тёплая, но… иллюзия. И она закончилась. Наше время подошло к концу. Уходи.
– Алиса…
– Это не обсуждается. Я больше не хочу. Ничего не хочу.
– А ты? Я отвезу тебя домой. Там ты придёшь в себя и…– он попытался продлить свои мучения, но я не садистка.
– Я остаюсь тут. С Мирославом. Он меня не отпускал.
– Что? В каком смысле, Алиса? Ты уходишь от меня к Мирославу? Я не понимаю…
– Спроси у него сам, даже интересно, что он ответит. Входило ли это в его планы… или я немного вышла за рамки сценария, – задумалась я и хитро, еле заметно улыбнулась. – Прощайте, Алексей Юрьевич. И ещё одно: я больше у вас не работаю, загляну за документами в отдел кадров позже.
Я повернулась к нему спиной и пошла к лестнице, ведущей на второй этаж. Слышала, как он стоит, как тяжело дышит, как будто задыхается. Слышала, как он всё-таки сделал шаг за мной и остановился.
Алексей ушёл через час, тихо прикрыв за собой дверь. Я смотрела, как его машина исчезает за поворотом, а внутри меня ни следа сожаления. Только холодное понимание: больше никто не отвлекает. Теперь твоя очередь, верховный. Я не твоя жрица – я твой противник. Игра началась по-настоящему.
Я спустилась в подвал особняка по каменным неопрятным ступенькам. Внизу пахло сыростью, кровью и магией. Тяжёлая дверь из чёрного дуба, обитая железом и покрытая рунами, преградила мой путь. Вот, значит, где ты прячешь самое интересное: источник силы этого места. Я чувствовала его даже сквозь стены: густой, вязкий и осязаемый.
Положила руки на дверь и мощь ударила в ответ – охранные заклятия, переплетённые между собой в сплошной крепкий барьер. Попробовала пробить сгустком силы – руны вспыхнули ярче, но не дрогнули. Только лёгкая рябь прошла по поверхности, оставив едва заметную царапину. Недобро усмехнулась. По-хорошему не получится.
Я вытянула руку вперёд и тихо, ласково позвала:
– Ко мне.
Тени в углах подвала зашевелились, нехотя выползая из стен, пола и потолка. Призрачные глазастые сгустки нечисти Мирослава. Когда-то они пытались меня убить, а теперь они дрожали.
Без лишних церемоний я выбрала троих самых сильных и наглых, которые успели потрепать мне нервы. Потянула к себе невидимые поводки, предусмотрительно оставленные мной после воспитательной работы. Они заскулили и задёргались, как собаки на цепи, а я безжалостно втянула их в себя, саму их суть. Такие вот мистические пирожные, даже вкусно. Их грязная, но невероятно мощная сила заструилась во мне, вены на висках запульсировали. Конечно, не мой метод взаимодействия с упрямой нежитью, но обстоятельства вынуждают.
Остальные замерли в ужасе, а потом попытались отпрыгнуть, скрыться в стенах. Я подняла руку – и поводки щёлкнули, впиваясь им в глотки.
– Ни с места.
Они выли, корчились, но подползли ближе.
– Откройте дверь, я знаю, что вы можете, – сказала я. – Или будете следующими.
Тени бросились к замку, десятки призрачных пальцев вцепились в руны, в железо, в дерево. Нечисть кряхтела, выгибалась, но работала. Щит трещал, руны гасли одна за другой, металл покрывался копотью. Через несколько минут дверь отворилась, и я шагнула внутрь.
Посреди небольшой комнаты на каменном постаменте стоял крупный серый кристалл оникса – сердце дома. Жеоды внутри него переливались, трепетали и дышали чёрной силой. Он знал, что я пришла, почуял меня. Подошла ближе и положила ладонь на горячий камень.
– Привет, – прошептала я. – Мы с тобой подружимся.
Кристалл вспыхнул ярче, будто рассмеялся, а я улыбнулась в ответ. Ты ошибся, Мирослав, ты думал, что я приду слабой, но я пришла пустой. А пустота пожирает всё.
И я начала тянуть, не своей ведьмовской силой, не эмоциями, а голодной опустошённостью. Сердце дома вздрогнуло, обречённо отдавая мне часть своей мощи, не имея возможности сопротивляться той зияющей бездне внутри меня. Оно хотело жить, молило, а потом признало во мне новую хозяйку, и я сжалилась, отпустила. Именно на это я и рассчитывала.
Панорамное окно разлетелось в дребезги, осколки градом посыпались на пол. В гостиную ворвался огромный чёрный ворон, рассекая воздух с такой силой, что шторы взвились. Я даже не содрогнулась, продолжая сидеть на диване и с интересом наблюдать за этим представлением. Равнодушно шевельнула пальцами, и осколки замерли в воздухе, зависли на миг, а потом, повинуясь моему жесту, собрались обратно, сливаясь в целое стекло.
Ворон приземлился на ковёр и начал меняться: перья втянулись, крылья превратились в руки, тело вытянулось, стало высоким, мускулистым. Бронзовая кожа, смольные волосы, ниспадающие на плечи, а глаза – нечеловеческие, полупрозрачные, но сейчас они горели яростью, как два осколка под солнцем.
– Добро пожаловать в мой дом, – насмешливо поприветствовала колдуна, откидываясь на спинку дивана.
– Как ты посмела, ведьма, – прорычал он, словно раскат грома над головой. – Смерти ищешь?!
– Смерть не самое страшное, Мирослав, – усмехнулась злорадно. – Лучше она, чем жизнь в чужих руках. Особенно в руках извращенца вроде тебя. Ты рассчитывал на что-то другое? Что я буду стонать под тобой и благодарить за каждый приказ?
  
Его глаза вспыхнули ярче, он шагнул вперёд, и я почувствовала, как его мощь наваливается на меня, сковывая незримыми цепями. Мои мышцы застыли, тело окаменело, я не могла пошевелить даже пальцем. Он парализовал меня одним взглядом, одним усилием воли.
Тени в углах комнаты зашевелились, выскальзывая из щелей сруба один за другим. Его собственная нечисть зашипела на него и напала, царапаясь, впиваясь зубами в тело и ауру. Теперь они были моими, покорными и верными новой хозяйке.