Крепче виски. Слаще колы (СИ)

Но волшебство вечера, витавшее в воздухе, уже давно испарилось, и больше тянуть время не было никакого смысла.
«Завтра в 12:00, Малахитовая 15, этаж 10, кв 335. Буду ждать ;)»
Я громко выдохнула, давая себе время остыть и не грубить. Сразу.
«Что это за адрес?»
«Моя квартира»
«Завтра выходной и я собираюсь насладиться им сполна»
Ну уж нет… Заявляться в логово к самому дьяволу равнялось, как минимум, расшатанной психикой, как максимум он все же рискует получить от меня кулаком в лицо.
Пока пальцы набирали гневное сообщение, в котором я красочно описывала, что я о нем думаю, от Марка пришло следующее смс.
«Я знаю, что сегодня состоялся ваш урок. Ты должна будешь про него мне рассказать. Иначе о ваших приключениях узнают все. Твой Марк =*»
Спокойно, Василиса. Ты - будущий филолог. У тебя богатый словарный запас, которым ты можешь выразить свое полнейшее негодование, не прибегая к ненормативной лексике или каким-либо видам ругательств. Но все же…
Какого черта?!
  
Глава 15
 
Чувство дежавю нахлынуло, заставив остановиться перед дверью с цифрами 335. Не то, чтобы я бывала здесь ранее, но еще вчера я была в похожей ситуации. Только разница была в том, что то, что ждало меня за дверью отеля, вызывало приятный трепет и волнение, но сейчас злость и раздражение.
Собравшись, наконец, с духом, я постучала костяшками пальцев по двери, ожидая ответа. Но... его не последовало.
Я чувствовала себя настоящей идиоткой, колотящей по чужой двери. Надо бы развернуться и уйти, но, возбуждённая хамством и невежеством со стороны хозяина квартиры, я хотела расцарапать ему лицу, прежде чем отправлюсь назад домой.
Но вдруг дверь распахнулась, когда я уже занесла кулак над головой, готовясь ударить по ней со всей силой.
Передо мной стоял Марк с привычно счастливой улыбкой на лице и непривычно голый.
Вдох возмущения застрял где-то посредине горла. И просто бесконтрольно потеряла дар речи от вида красивого, обращённого и молодого тела передо мной.
Стыдно признаться, но в этот самый момент я поняла, почему некоторые девушки до какого-то маниакального помешательства караулят спортсменов нашего университета около раздевалки, надеясь хотя бы одним глазком увидеть это...
А посмотреть было на что.
Я пыталась сконцентрироваться на своей злости, но внимание то и дело приковывали капельки воды, скатывающиеся с мокрых блондинистых волос на рельефную грудь. За одной или, может быть, двумя… Хорошо, их было три - я проследила взглядом, как они плавно скользнули по кубикам пресса и утонула в махровом чёрном полотенце, повязанном так низко бёдрам, что я отчётливо видела проработанные косые мышцы живота.
И я очень надеюсь, что это узел от полотенца так призывно выпирает, иначе...
Святые котики...
Резкий прилив крови ошпарил щеки, заливая их очевидным румянцем.
— Нравится? — спросил обладатель наглого голоса, прекрасно осознавая своё совершенство, то есть превосходство над ситуацией.
Чем определенно не могла похвастаться я.
— Не бери на себя слишком многое. Было бы на что смотреть, — фыркнув, да еще и закатив глаза для правдоподобности, произнесла я.
— Да брось, — не поверив, протянул Марк. — Это всем нравится, — он изобразил позу, подобной той, что принимают бодибилдеры на соревнованиях: одну руку согнул, демонстрируя бицепс, а другую вытянул в сторону, подняв чуть выше головы, хвастаясь проработанными мышцами.
Но все пропало в тот момент, стоило мне посмотреть на его кисти рук. Изящные… Родиться с такими пальцами и не стать музыкантом или врачом было сродни преступлению! Но они действительно были красивые: пальцы, сухожилия, особенно хороши были отчетливо выделяющиеся вены на запястье, которые меняли свою плотность по мере того, как этот позер сейчас сжимал и разжимал кулак.
— Самолюбие, между прочим, тоже является грехом.
— Грех – это держать обнаженного меня на сквозняке после душа. Смотри, уже и сосочки встали, — он поиграл грудными мышцами, привлекая внимание к его проблеме.
 
Цокнув языком, я переступила через порог, закрывая за собой дверь. Квартира, как и все элитки в этом районе, была раем для тех, кто не любит загроможденность, а предпочитает много света, простора и воздуха. Высокие потолки, панорамные окна и огромная кухня-гостиная в шоколадных тонах вызывали зависть при воспоминании о собственных трущобах.
Оглядев сие великолепие еще раз взглядом, я перевела его на Марка: беспощадный и полный решимости.
— Ты сам назначил время и прекрасно знал, что я приду. Почему ты позволяешь себе встречать меня в таком виде? — на эмоциях я тыкнула в его грудь указательным пальцем, но быстро отдернула руку, как ошпаренная, чем вызвала мужской смешок.
Марк, не глядя на меня, пошел по коридору, и я не придумала ничего лучше, чем направиться за ним.
Его комната… Ну конечно.
Если при входе в квартиру меня буквально ослепило от её блеска, чистоты и минимализма, то здесь же взорвался сам хаос. И дело было не в многовековой пыли и разбросанной одежде – с этим был порядок. Но в небольшом пространстве, ограниченным четырьмя стенами, передо мной была вся жизнь человека, с которым у нас обоюдная ненависть с первых молочных зубов.
Многочисленные стеллажи с дисками, плакаты рок-групп, на полках книги всех времен и народов, и даже нашлось парочку экземпляров по психологии. Но больше всего привлекала внимания красавица гитара на стойке в самом углу.
— Ты все-таки играешь! — вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить.
Марк кивнул и добавил:
— Это электро.
Все время, что я нагло бродила по его личному пространству, он не торопил меня, позволяя с любопытством рассматривать все, из чего складывалась его жизнь и интересы. Чем он дышал.
Но тут я вспомнила главный вопрос, который меня волновал и не давал спокойно спать.
— Откуда ты узнал про вчерашний урок?
— У меня свои источники, — пожав плечами, ответил Марк, садясь на кровать.
— И, по-видимому, делиться ими так же, как и деваться, ты не собираешься?
—Не-а, — произнес он, улыбнувшись своими идеально ровными зубами.
Он оперся руками об кровать, откидываясь немного назад, чуть раздвинув ноги. Я подавляла в себе желание, что росло с каждой минутой, сделать пару шагов назад и убежать прочь из квартиры.
Дайте мне сил…
— Помнишь, ты должна рассказать о нем? И твое время пребывание здесь зависит от того, как быстро ты справишься со своим заданием.
— Зачем это тебе? — спросила я, сощурив глаза.
— Я тебе уже говорил.
— И все же? — не унималась я, даже не стараясь унять свое любопытство.
— Личные цели, — ответил он, чуть подумав над ответом.
— Хорошо, — на выдохе произнесла, опуская глаза в пол. — Мы говорили о моих желаниях и предпочтениях.
— Интересно, — протянул он и, не дождавшись моего дальнейшего рассказа, поддался чуть вперед, призывая на него посмотреть, — Василиса, у меня нет цели высмеять тебя. Поэтому продолжай.
Был ли сейчас оправдан риск? Скорее да, чем нет. Марк обещал мне эмоциональную встряску, и я её получаю сполна. Теперь я могу представить, что будет чувствовать моя героиня, если ей придется стоять перед красивым обнаженным мужчиной. Стеснения и интерес напрашиваются сюда, само собой. Но из-за явной и неприкрытой ненависти к друг другу появляется еще доля авантюризма с капелькой женской любознательности узнать, изучить запретный плод, что поистине всегда сладок.
— Я сидела напротив в кресле, — неторопливо рассказывала я, наблюдая, как темнеет взгляд напротив. — Павел завязал мне глаза лентой, чтобы мне было легче отвечать на вопросы.
— И что ты сделала?
— В каком смысле? Согласилась и… — все еще пытаясь контролировать дрожащий голос, пояснила я.
— М-м подчинение. Это можно причислить к еще одному твоему фетишу?