Олимпиец. Том VI (СИ)

Стоило ей сделать шаг вперед, как души почтительно расступились и рухнули на колени. На голове матери тоже вспыхнул венок, оранжевый, как у меня, но гораздо менее яркий. Он мерно мерцал пурпуром и алым огнем, распространяя вокруг себя приятное тепло домашнего очага и уюта.
— Я — Персефона, Царица Подземного Мира, супруга Аида, Госпожа Мёртвых, — её голос набирал силу с каждым сказанным словом. — И я повторяю приказ. Схватить беглого титана Кроноса!
  
Она посмотрела титану прямо в глаза.
— Я больше не желаю терпеть эту шваль в своем доме.
Кронос среагировал мгновенно.
Титан развернулся на месте и метнулся от Персефоны прочь. Расстояние в сотню метров он преодолел за долю секунды, оставляя за собой только след из песка. Серп в его руке запел, рассекая воздух смертоносной дугой.
Не знаю, на что он рассчитывал. И этого никогда не узнаю. Из толпы душ, наперерез титану, вышел Ахилл и бронзовым копьем встретил серп. Во все стороны брызнули искры, на секунду осветив лицо учителя — и оно буквально лучилось от радости. Ахиллес ждал хорошей драки годами, и вот, наконец, дождался.
— Не сегодня, старик! — с жуткой ухмылкой прорычал Ахилл и мощным ударом отшвырнул титана обратно в круг. — От меня не сбежишь.
Кронос оглянулся и осознал, что его взяли в кольцо. Нет, кольцо из нескольких миллионов душ и так окружало его последние пару минут, но то были обычные, пусть и мертвые, люди. Он их и в грош не ставил. Теперь же вслед за Ахиллом из толпы выходили и другие герои древности. Гектор, Аякс, Парис… Среди воинов я заметил Одиссея с копьем наперевес. Мой бывший директор, заметив мой взгляд, кивнул себе за плечо, где стояли… Гордиан Лекс? И Семен? Мой бывший водитель ухмыльнулся и показал мне большой палец. Дескать, не волнуйся, босс. Все будет тип-топ.
— Вы слышали слова нашей Царицы⁈ — голос Ахилла разнесся по полям Элизиума. — Взять его!
Громогласное «Ура!» прорезало своды Подземного Мира. Сотни, тысячи воинов всех эпох и народов бросились на титана бесконечной лавиной. На секунду мне показалось, что Кроноса погребет под телами, но нет. Даже сейчас, Владыка Времени оставался безумно силен.
— Как вы посмели⁈ — взревел Кронос. — Вы знаете, кто я⁈ ПРОЧЬ С МОЕГО ПУТИ!
Чёрный песок взорвался вокруг фигуры титана, погребая под собой первую волну нападавших. Души, которых касался песок или серп, с криками исчезали, полупрозрачные тела рассыпались светом белоснежных частиц. Песок выл и кружился, все больше разрастаясь в размерах, словно был готов поглотить все поле и холм.
— Пора убираться отсюда, — пробормотал я, подхватывая Персефону под правую руку.
— Адри, я в порядке, — отмахнулась Персефона, но её бледное лицо говорило об обратном. — Ты зря беспокоишься.
— Ага, конечно. Аид, поможешь?
— Я тут, Перс.
Подбежавший Аид бережно поддержал жену слева и кивком показал, что готов. Так, вдвоем, мы оттащили слабо упирающуюся женщину на второй холмик, поменьше первого. Отсюда открывался прекрасный вид на разворачивающееся сражение, но при этом мы находились достаточно далеко, чтобы Кронос нас не достал. Хотя тот вовсю сосредоточился на массовом истреблении окруживших его душ и не обращал внимание ни на что другое.
Аид присел рядом с женой, осторожно поправляя складки её платья. Его обычно холодное лицо смягчилось, в глазах появилась удивительная нежность, которую я никогда раньше не видел.
— Перс, что ты тут делаешь? — тихо сказал он, убирая прядь волос с её лба. — Ты ещё слишком слаба. Бездна, Ахиллес не должен был тебя отпускать! Проклятая душа. Хоть раз бы меня послушал.
Персефона рассмеялась и погладила мужа по щеке.
— Мой грозный владыка беспокоится обо мне? Как мило.
— Перс…
— Тише, любимый. Не жалуйся, что я пришла, без меня бы вы проиграли. Лучше иди сюда. Я не видела тебя два года, — Аид попытался возразить, но Персефона притянула его к себе и страстно прижалась к губам.
Я поспешно отвернулся и отошел, давая им место. И, чего уж говоря, слегка смущенный, сел подальше и уставился на битву, которая только набирала обороты. Кронос двигался с невероятной скоростью, то тут, то там мелькая размытым пятном среди белесых призрачных тел греческих душ. Фигура титана то и дело выныривала в толпе, но, где бы он ни появлялся, — воины исчезали сотнями. Серп в руках Кроноса свистел и пел песню смерти, а души, то и дело замирая на месте от его колдовства, только чтобы спустя мгновение оказаться погребенными под черным песком.
Я сцепил зубы. Плохое начало.
Наконец до титана добрался первый из великанов. Гекатонхейр наклонился в попытке схватить титана руками, но тот играючи увернулся, только чтобы двумя быстрыми ударами разорвать великана на части.
Я услышал шаги позади.
— Ужасное зрелище, ты не находишь? Аид говорил, что когда-то его отец был более уравновешенным и спокойным. Заботливым даже.
Персефона вздохнула.
— Только скажу откровенно: смотря на этого монстра, мне достаточно сложно в это поверить. За что он сражается? За свои идеалы? За свою жизнь? Просто удовольствия ради? — Персефона отвернулась, чтобы не наблюдать за расправой, которую учинил титан, и положила руку мне на плечо. — Но что мы все о нем, да о нем. Как ты, сынок?
Из груди вырвался истерический смех. Боже, что за женщина. После всего, что произошло, после всего, что я сделал, в том числе с ней, первым делом она выражает заботу. И о ком? Обо мне⁈
— В порядке? Мам, ты сама-то как? Тогда… — начал я, но слова застряли в горле. Как извиниться за то, что я сделал? Я до сих пор помню ее рыдания, когда швырнул ее к ногам Кроноса. Отогнав воспоминание, я собрался с духом и произнес: — Я не хотел того, что произошло в храме. Это был не я и…
Персефона повернулась ко мне и мягко положила ладонь мне на щёку.
— Я знаю, милый. Это был Кронос. Ты бы никогда…
— Но я позволил ему, — тихо сказал я, не решаясь смотреть ей в глаза. — Я сам заключил контракт с мойрами, никто меня не принуждал. Сам отдал им время. А ведь Гермес предупреждал меня, что это может плохо закончиться.
— Тише, дорогой. Тише, все в порядке.
— Нет, не в порядке, мам! Не в порядке! То, что я сделал с тобой… Этому нет оправдания. Черт, может, если бы я лучше сопротивлялся Кроносу, то…
— Адриан, — её голос стал твёрже. — Посмотри на меня. Это. Был. Не. Ты. Понял? Все это в прошлом.
Я собрался и кивнул, больше, чтобы ее успокоить, нежели потому, что согласен. В глубине души я знал, что никогда не забуду той сцены. И никогда не смогу себя простить. Но все же, не желая продолжать разговор, я сделал вид, что снова заинтересовался битвой.
Кронос все еще сражался как одержимый. Он не выказывал усталости, а если какому-то копью или мечу удавалось достать его тела и оставить рваную рану, то та затягивалась мгновенно. На моих глазах великан удачным ударом отрубил Кроносу руку, только чтобы та полностью отросла из окровавленной культи.
Я аж крякнул.
— Эк, он старается! Как думаешь, у него есть шанс? — спросил я, когда Кронос новой песчаной волной растворил сразу две сотни душ. — Дайте ему года два-три в таком темпе, и он вычистит весь Подземный Мир.
Подошедший Аид покачал головой.
— Ты ошибаешься. Души уже мертвы, их нельзя уничтожить. Все, что он делает, так это просто отправляет их снова к Харону. Впрочем, это неважно. Видишь?
  
Я присмотрелся. Кронос сражался все яростнее, но… Мне показалось, или его движения стали чуть медленнее? Нет, не показалось! Еще пару минут назад он бы отбил удар великана и взмахом серпа раскроил бы тому голову. Но сейчас… Сейчас предпочел увернуться. Да и волны песка реагировали с небольшой задержкой.
Титан выдыхался.
— Он переоценил свои силы, — пояснила Персефона, как и я, пристально наблюдая за Кроносом. Отвернулась и опустила глаза. — Надменный глупец, да простит меня Олимп. Он плюнул в историю всей человеческой расы и теперь удивляется, когда та вернула плевок.