Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)

— Видимо, вас ждем, — заявила одна из них, длинноногая блондинка с фингалом под синим глазом. Потрясающе, но даже в тряпье она умудрялась держаться как королева. — Красавчик сказал, что кто-то придет и нас заберет.
— Какой он молодец, — усмехнулся дядя Миша. — Скинул балласт и свалил.
Мы подошли к костру. Другие девушки отодвинулись и боязливо сбились в кучку. У меня сердце сжалось. Все в обносках, побитые, с колтунами в нечесаных волосах. А главное глаза — как у помойных котят. Даже думать не хотелось, что с ними делали. Только эта блондинка держалась раскованно. Новенькая или иная причина?
  
— Это от вас будет зависеть, что мы с вами сделаем. Знаете, кто мы и откуда? — спросил я и сел у костра. Над ним кипятилась вода.
Лена попыталась подойти ближе к испуганным женщинам, но я остановил.
— Лучше накормить, — прошептал я. — Их явно оставили без припасов, а добывать еду они не умеют.
Она кивнула и достала из рюкзака крупу и мясо, кинула в закипевшую воду. И я сразу увидел, как девушки дружно сглотнули, а глаза их остановились на котелке.
Дядя Миша и Илья пошли осматривать землянки.
— Вы не в камуфляже, так что не из города. Но одеты нормально. Смогли как-то устроиться? — усмехнулась девица.
— Да. Про деревню не слышали? — спросил я. И тут с удивлением заметил у нее на пальце перстень. А в перстне сапфир. Как интересно, но об этом позже.
— А, вот оно что. Да, Бурый говорил что-то про деревню. Что туда пошел. Ворчал, что неохота по лесу в такую погоду гулять, но с Чалым разве поспоришь.
Я скривился от кличек. Что за манера? В чем проблема называться по именам? Никогда не понимал таких людей.
— Они мертвы. Сколько тут было мужчин, пока их не забрал Красавчик?
— Мертвы? — насторожилась она. — Не врешь?
Я покачал головой.
— Четверо их было. Одна дуреха думала, что сумеет сбежать, но…
— Мы видели. Расскажи о вас. Кто вы, за что изгнаны, когда, как с ними оказались, — потребовал я. — От этого зависит, возьмем мы вас с собой или присоединитесь к той дурехе.
Я намеренно говорил жестко. И не врал. Далеко не всех изгнали из городов по прихоти правителей, как Лену или Марию Степанову. Вышвыривали за ворота и настоящих преступниц.
У них оказались все одинаково: встретили в лесу, направили оружие и привели в лагерь.
— Тут объяснили наши обязанности, без всяких прав, и все — вари кашу, убирай землянку и раздвигай ноги. Помалкивай и будешь жива. Да, иногда и боксерской грушей приходится служить, когда мужик в плохом настроении, — цинично рассказала красотка с подбитым глазом. Видимо, за время ожидания она стала их лидером. Или просто самая смелая и стойкая. — Ну а за что выгнали? Так каждую за свое. Меня вот за любвеобильность.
— Врет она, — вдруг осмелела другая девушка, шатенка со сломанным носом. — Ты ее камушек видел? Баронская дочка она.
— Это не значит, что я не люблю покувыркаться, — ничуть не смутилась блондинка.
Тут вернулись дядя Миша и Илья. Они вели еще с десяток женщин. Эти оказались постарше, еще более оборванные, но от всех пахло мылом. Еще бы, с содроганием осознал я, чистых женщин насиловать приятнее, чем грязных.
Лена рядом вздрогнула, тоже осознав, какой участи избежала в свое время.
— Понятно. Тогда давайте поедите и расскажете о себе.
— А я за остальными схожу, — сказал дядя Миша.
При появлении Артема большинство женщин помрачнели. Но им объяснили ситуацию и в процессе общения все снова расслабились, насколько это возможно в таких обстоятельствах. Игнис вообще навел панику, пока не поверили, что он ручной. А потом Артем помог при опросе — те, кого он знал, не могли соврать о себе, а знал он всех, кроме блондинки.
В итоге маньяков и убийц среди них не оказалось. А воровкам, мошенницам и прочим неблагонадежным доступно объяснили их судьбу, если не будут соблюдать правила деревни.
Осталось решить, что делать с теми, кто поймал нервный срыв. Их тоже взяли с собой и решили попросить помощи у Кирилла.
Что среди них могут быть шпионы Протасова, мы тоже опасались. Но женщины сидели в землянках, их никуда не выпускали, так что такая вероятность оставалась минимальной. Но мы все равно решили не спускать с них глаз. О том, чтобы не возиться и оставить кого-то здесь, никто не заикнулся — либо мы строим сообщество и рискуем, либо можно сразу забиться под ближайший куст и подозрительно хлопать оттуда глазами.
За Красавчиком решили не бегать. Их осталось пятеро — уже не такая грозная сила, тем более без магов. Если снова наберет людей, Марат сообщит, тогда и будем решать.
И мы отправились в обратный путь. За реагентами для изменения берега придется идти в другой раз.
* * *
Никита шел рядом с провожатым и то косился на него, то стрелял глазами по сторонам. Его вели по самым безлюдным улицам Орла к тайному выходу. И почему ему нельзя остаться? Шрамов на руках нет, почему его гонят, за что?
Он уже понял, что этот Образцов, которого недобрым словом поминал граф Протасов, намерен перебить всю банду, а значит, и его отца. Чалого ему было не жаль, а вот по Красавчику Никита будет скучать.
Но как бы вырваться из хватки этого бугая? Тогда он сможет затеряться на этих темных улицах, забьется в какую-нибудь дыру, пересидит, а потом найдет способ выжить в этом каменном лесу. Бесполезно — рука железными клещами лежала на плече.
— О, Федор! — Вдруг окликнула какая-то красивая женщина его провожатого. — А что это за красавчик с тобой, м?
— А? Марина? — вздрогнул он и обернулся.
Его хватка на секунду ослабла. И Никита решил не терять шанс. Он вырвался и побежал. Города он не знал, только вот этот маршрут. Пугали звуки с соседней улицы, где непрерывным потоком едут, как ему казалось, колонны боевых машин в обе стороны. Но Никита все равно бежал, вилял в проулки. Сзади слышался крик Федора, топот его ног.
А потом Никита вдруг врезался в кого-то. Он поднял голову и обомлел.
— Красавчик? Но… как ты… — начал он.
  
Глава 4
 
И тут Никита понял свою ошибку.
Полумрак подворотни сбил с толку. У мужчины перед ним был шрам и на той же щеке, только не от ожога. Никита отступил, но незнакомец оказался быстрее. Молниеносным движением схватил его за шкирку и затащил в какое-то темное помещение.
— Ни звука, — предупредил он.
Рот ему не закрывали, но Никита все равно не рискнул кричать. Тем более на плече у него лежала очень тяжелая рука.
— Вот и отлично, — сказал мужчина, когда шаги Федора стихли. — Ты Никита, да?
Мужчина зажег свет на ладони. Маг! Никита заморгал и осмотрелся. Они стояли на небольшой площадке перед лестницей наверх. Мужчина ждал ответа и Никита поднял на него глаза. На секунду взгляд задержался на перстне с каким-то коричневым в полоску камнем и поднялся к лицу. Да, шрам у него не от ожога, а от огромных когтей. И в остальном он похож на Красавчика только ростом и мускулами. Никита открыл рот, чтобы соврать, но не смог произнести ни слова под пронизывающим взглядом серых глаз и только кивнул.
— Меня зовут Кирилл Румянцев. Граф Румянцев. И ты только что подтвердил, что не живешь в городе, — сказал он очень спокойно.
— Но я бы хотел остаться, — едва слышно пролепетал Никита.
— Я понимаю, — мягко ответил страшный граф.
— Мне некуда идти, мой дом уничтожен. Почти наверняка уничтожен…
— Ты знаешь о деревне Корсунь?
— Они мой дом и… — начал было он, но осекся. Только теперь пришло полное осознание, что возвращаться ему некуда. Как не было понимания, как выживать дальше в большом страшном лесу.
  
— Ты говоришь только о доме, — подметил граф. — Но не об отце.
Никита вздрогнул. Страх вдруг прошел и нахлынуло облегчение.
— Я рад, что он мертв, — выдохнул он. — Вы не знаете, что это был за человек. Некоторые монстры безобиднее его.
Никита понял, что этот человек со шрамом знает все о нем и банде. И вообще много чего знает. А может и мысли читает. Так какой смысл скрывать что-то?