Сломанный меч (ЛП)

Воины пили за здоровье Катуальды!
Она задрожала от волнения. Здесь творится что-то неладное. Нужно убедиться.
Отважная девушка ползла все ближе и ближе, так что могла расслышать, о чем они говорят.
Лучше бы ей этого не слышать!
Словно кто-то вонзил ей нож в сердце — так сразило ее замечание одного из воинов, что они подстерегают здесь... Маробода!
С губ ее сорвался стон.
  
Бела побледнела, сжалась и, прижав ладонь к губам, поспешила прочь. Нужно немедленно все рассказать Ванеку — речь идет о жизни короля!
Быть может, ее стон или шорох в кустах привлек внимание воинов, хоть они и были пьяны. Они прыгнули в чащу и заметили убегающую девушку.
Бела продиралась сквозь кусты, не щадя ни рук, ни головы, не заботясь, не выхлестнет ли ветка глаз.
Они ее настигли!
Грубый воин схватил Белу за руку и потащил обратно в овраг. Добрая Мокошь, защити бедную девушку!
Предводитель отряда при тревоге мигом протрезвел и теперь сурово допрашивал девушку.
— Что вам сделал Маробод? — возмущенно кричала Бела. — Разве он не ваш король?
— Свяжите ее! — приказал командир. — А если пикнет, заколите!
— Она может нас выдать, — говорили воины.
— Нужно немедленно от нее избавиться! — повелел командир. — Бросайте ее в воду!
Пьяные воины поволокли девушку по берегу к Влтаве и, не мешкая, сбросили ее в глубокий поток.
Вода сомкнулась над Белой.
Воины поглядели немного, и когда уже ничего не было видно, вернулись в укрытие.
Никто не видел их ужасного злодеяния.
Король Маробод едет с несколькими спутниками по Летне. Направляется к влтавскому броду.
Течение уносит связанную девушку.
Бела чувствует, что задыхается. Вода попала в нос. Нельзя открывать рот. Она судорожно дернулась, чтобы вырваться от водяного, который тянет ее ко дну.
Оттолкнувшись ногами, она сумела вынырнуть головой на поверхность, и через мгновение ей снова удалось движением ног и рывком тела поднять голову вверх. Она снова вдохнула. Ах, верно, речные русалки помогают ей, чтобы она не утонула...
Она почувствовала, что ноги стянуты не слишком туго. Ремни на коленях ослабли. Это ей изрядно помогло. Она могла вполне сносно плыть на спине.
Она приближалась к берегу.
Еще несколько раз гребанула ногами и ударилась спиной о песчаную отмель, где почти полностью освободила ноги от пут. Однако руки были связаны так крепко, что ими она не могла и пошевелить.
Бела испугалась при мысли, что здесь ее могут заметить головорезы Катуальды. Поэтому она волочилась по мелководью, пока не подползла под размытый берег. Теперь она была надежно укрыта. Передохнула немного. Сердце колотилось, грудь ходила ходуном, в голове гудело.
Она потеряла сознание.
Разбудило ее конское ржание.
Она открыла глаза, приподняла голову и увидела посреди реки нескольких всадников. Кони погружены в воду по самые спины.
Маробод здесь!
Бела силилась встать. Не хватало сил. Всадники приближались... Несчастная девушка беспомощно извивалась. Она должна спасти Маробода — даже если придется расстаться с жизнью!
Бела, шатаясь, брела по берегу, укрытая густым кустарником.
Прислонилась к дереву.
Тяжелая голова падала на грудь, но все же она видела, как неподалеку крадутся вооруженные люди Катуальды.
Они поджидают здесь Маробода! Он угодит в их ловушку!
Король первым выбирается на берег. Конь стряхнул воду и резво зашагал. Следом за ним из воды выезжают пять всадников.
В горле у Белы захрипело, и раздался голос: «Стой, король! Назад!»
Но Маробод не слышит ее слабого голоса.
Воины Катуальды уже всего в нескольких шагах — вот они выскакивают и, пользуясь численным превосходством, бросаются на всадников.
Бела забывает о своей слабости и, словно укрепленная неведомыми чарами, бросается наперерез коню Маробода с криком:
— Король, назад!
Конь взвился на дыбы. Маробод оборачивается — видит, что окружен.
— Ха — измена! — вскричал он и с обнаженным мечом мужественно изготовился к схватке.
Что это? Воины Катуальды вдруг пятятся перед жутким призраком... Перед королем стоит утопленница!
Этого мгновения ужаса и замешательства хватило Марободу для решительного действия.
Он наклонился, подхватил оцепеневшую девушку и усадил к себе на коня. Пустил его в галоп и с мечом над головой помчался по берегу.
Дружина за ним.
Прежде чем воины опомнились, беглецы уже скрылись меж деревьев.
— За ними! — командовал теперь разочарованный предводитель отряда, но где им угнаться за быстрыми всадниками!
— Проиграли дело, — говаривали воины, кисло ухмыляясь.
— Это наверняка было какое-то колдовство.
— Ну, теперь к Катуальде! — угрюмо понукал их командир. — Небось, не погладит по головке. Налакались, орава!
Отъехав на порядочное расстояние, Маробод оглянулся на преследователей, но никого не увидел.
Он перешел с рыси на шаг.
Девушка дрожала в его объятиях. Он разрезал кинжалом путы на ее руках. Мокрая одежда холодила. Он сорвал плащ с плеч и закутал ее. Вскоре он почувствовал, как ее снедает жар.
Ох, нужно немедленно что-то предпринять. Белу бьет лихорадка... Маробод вспомнил, что здесь, у брода, должна быть хижина паромщика.
Он останавливает коня.
Приказывает двоим всадникам вернуться и осмотреть берег и окрестности хижины паромщика, безопасно ли там.
Тем временем он положил Белу на траву. Бедняжка, снова лишилась чувств. Как бы он хотел помочь девушке! Она жизнью рисковала ради него... Но кто связал ей руки и почему она вымокла, словно упала в воду? Здесь, видно, стряслось что-то недоброе. А засада, приготовленная для него, — это, несомненно, дело рук Катуальды!
Оба всадника вернулись и издали подали знак, что путь свободен.
Маробод снова сел в седло, дружинники подали ему Белу, и все поехали обратно.
Ванек был весьма удивлен, услышав топот копыт и узнав среди всадников короля Маробода.
Но он испугался, когда король с коня передал ему безжизненную Белу.
— Немедленно уложи ее! — приказал Маробод. Дружине он дал знак зорко стеречь окрестности.
Ванек нес Белу, как пушинку. Уложил ее в горнице, и Столата с Зораной тотчас принялись за ней ухаживать. Принесли сухую одежду и сварили целебный отвар из девяти трав.
Девушка оправилась настолько, что смогла выпить отвар. Ей и впрямь полегчало.
Маробод присел к Беле и попытался выведать, что же с ней стряслось.
С трудом, прерываясь, она все рассказала.
Оба мужчины пришли в ужас от жестокости воинов Катуальды.
«Как только Катуальда мог прознать, что я сегодня поеду здесь?» — спрашивал себя король. «Чую измену. Не был ли гонец Виторада сообщником Катуальды?» — мелькнуло в голове Маробода. «Но тогда Катуальда знает и о кладе во владычном дворе. О ужас! Виторад тоже в опасности!»
Маробод быстро сговорился с Ванеком. Нет сомнений, что Катуальда поблизости и нужно предупредить Виторада.
Король встал. Он поедет предостеречь старого владыку, пока есть время. Однако Ванек удержал его: нельзя подвергать себя такой опасности. К Витораду поедет он сам.
  
Маробод согласился, но дал Ванеку с собой всех пятерых всадников своей дружины.
— Они тебе понадобятся! — крикнул он ему вслед.
Ванек вмиг облачился в доспехи, и вот уже послышался топот удаляющихся коней.
Всадники гонят их во весь опор, Ванек все время впереди. Дорог каждый миг.
В хижине паромщика остался Маробод у ложа Белы.
Солнце уже клонится к закату.
На коньке крыши владычного двора переминаются голуби. Они чем-то встревожены. В вышине на неподвижных крыльях кружит ястреб. Он приближается со стороны скалистого Вышеграда.