Корона лжи (ЛП)

— Повтори-ка?
Ее улыбка сверкнула в темноте.
— Воспоминания туманны. Неопределенны. Честно говоря, я не уверена, что этот образ поддельный, но я… боги, это чертовски страшно.
— Расскажи мне, что произошло. Не упускай важных деталей. Почему ты сказала полиции, что нападавший ударил тебя ножом?
— Потому что я не могла сказать им правду! Никто бы мне не поверил. Никто.
  
Нейт мягко сказал:
— Расскажи с самого начала, Сид.
Она хмыкнула.
— Думаю, что это был кто-то из этой дурацкой мафиозной банды. Думаю, они подмешивали в наркотики всякую дрянь, которая портила нам настроение и заставляла видеть всякую дрянь. Это был мой третий месяц, как я употребляла. Третий. И даже не на постоянной основе! Я выпивала таблетку, когда приближался тест и нужно было готовиться. Неважно.
— В то утро, когда у меня случился приступ, я приняла немного больше обычного. У меня был стресс, понимаешь? Больше, чем обычно. Бенджамин вел себя странно. Постоянно говорил, что я близка к тому, чтобы попасть в беду или что-то в этом роде. Что я должна думать о своих действиях.
Ага. Значит, она тоже покупала наркотики у золотого мальчика.
Она поднесла затушенную сигарету к носу, затянувшись долго и глубоко. Выпустив облако, она сказала:
— Я ушла с вечеринки. Последнее, что помню, это как я шла в сторону общежития, а потом… — она щелкнула пальцами — …ничего. Я очнулась привязанной к чертову стулу. Мои руки были прикованы к кинжалу какой-то магической силой. Мое тело было практически приклеено к стулу, причем ничем. Ни скотча, ни веревки, ничего. Я не могла пошевелиться, кроме рук. — ее голос задрожал. Она сделала еще одну затяжку.
Нейт положил руку ей на плечо, но она от него отмахнулась.
— Я в порядке, — прохрипела она, закашлявшись. — Просто дайте мне секунду. Я ненавижу говорить об этом.
После нескольких долгих мгновений она сказала.
— Из меня вышло… нечто.
Холод проник в мою душу.
— Что это было?
— Оно выглядело как чистое зло. Толстая кожа. Ноги как у паука, с острыми как бритва ступнями. Рот был чертовски отвратительным и огромным.
— И это вышло из тебя? — уточнила я, с каждой секундой все больше беспокоясь.
— Оно вырывалось из моего живота. Оно вцепилось в меня когтями. Резало меня. Оно собиралось убить меня, я…
Еще одна затяжка, а затем:
— Единственное, что я могла сделать, это заколоть его. Проткнуть его мерзкую, отвратительную голову. — ее смех был горьким, как жженый кофе. — И тогда иллюзия исчезла.
— Ты сама себя зарезала. Не монстр, — предположила я. Даже в отчете говорилось, что Сидни получила почти смертельные раны.
— Да. Затем то, что сдерживало мои руки, исчезло. Зло исчезло. Осталась только рукоять, торчащая из моего живота. Я могла убрать руку с лезвия, но все еще была прикована к стулу. — она откинула капюшон и встряхнула темными волосами. — Я не знаю точно, сколько времени я пробыла в той комнате. Мне показалось, что целую вечность. Я все ждала, что умру, но этого не происходило. Когда они нашли меня — ты будешь очень смеяться — они стащили меня со стула, как будто ничего не было. Как будто меня ничего не сковывало. Врачи все время говорили, как странно, что я так долго просидела.
— Я и не думала, что иллюзии могут быть такими реальными, — сказала я.
— Не могут, — огрызнулась она с еще большей силой. — Иллюзии так не работают, идиотка. Это невозможно. Мы это изучали.
— Не обязательно быть такой засранкой из-за того, что ты тоже об этом думала, — проворчала я.
Она рванулась вперед.
— Когда я рассказала родителям о случившемся, даже они мне не поверили. Я все пыталась и пыталась объяснить им, и через некоторое время наш адвокат заставил меня прекратить говорить об этом. Он сказал, что если я буду продолжать, то испорчу имидж семьи. Не стоит и упоминать о том, что университет получил отредактированную версию моей истории. Только когда Нейт спросил меня, так ли все было на самом деле, я решилась рассказать.
Он сказал:
— Тот факт, что обе наши истории были запутанными и туманными, заставил нас задуматься о том, что же на самом деле было в этих наркотиках и почему это случилось с нами.
— Но если это был эффект от лекарств, — сказала я, — почему оба приступа начались первого числа месяца? И почему для этого потребовалось так много времени? — отсюда и мой комментарий об иллюзии. То, что Сидни видела монстра, то, что Нейт видел свою машину в огне и спутал бензин с водой…
Факты были подозрительнее, чем в гнилом пруду.
Сидни ухмыльнулась.
— Я ни черта не знаю о наркотиках. И единственное, что я знаю об иллюзиях, — это основные принципы, которые мы все должны были изучить. Клэйв не учил нас продвинутым техникам, а, если бы что-то подобное и существовало, сомневаюсь, что он стал бы объяснять это своим студентам.
— Все так верят в этого засранца, — пожаловалась я. — А никто не задумывался, что, возможно, он именно тот человек, который обладает такими знаниями, чтобы провернуть нечто подобное? Или есть кто-то еще с подобными знаниями, — отступила я. Черт бы побрал все это. Я и мой длинный язык.
Нейт замялся.
— Ты хочешь сказать, что Клэйв работал с Бенджамином? Но даже если и так, то на кой черт ему понадобилось устраивать такое? Какая у него мотивация?
Интуиция зашевелилась во мне, когда я подумал о Клэйве.
— Кто знает? Я просто размышляю вслух. Не надо накручивать себя.
Сидни впервые посмотрела мне в лицо.
— Ты здесь, чтобы разгадать загадку и выяснить, кто напал на нас и убил Бенджамина, не так ли?
Удивленная, я уставилась на нее широко раскрытыми глазами.
— Э-э…
Она сделала затяжку, выглядя самодовольной.
— Так я и подумала.
— Я не собираюсь подтверждать или опровергать это, когда ты явно считаешь, что у тебя есть ответы на все вопросы, — уклонилась я. — Думай, что хочешь. Но расскажи мне, как ты покупала наркотики у Бенджамина. Ты платила ему сразу?
Чего я никак не ожидала, так это того, что студенты напрягутся и отведут глаза. Какого хрена?
— Думаю, наша встреча окончена, — внезапно сказала Сидни, поднимаясь на ноги.
Глаза Нейта пылали яростью.
— Останавливаться уже поздно. Не для меня, по крайней мере.
— Нейт…
— Бенджамин просил не только деньги. Он хотел от нас кое-что еще.
— Нейт, нет!
Его решимость только укрепилась.
— Если ты позвала ее сюда, чтобы говорить полуправду, значит, ты напугана больше меня. — он посмотрел мне в глаза. — Бенджамин не просил денег. Мы должны были заплатить секретами.
Глава 42
— Ах, — вздохнула я. — Значит, золотой мальчик все-таки не такой уж идеальный.
Сидни зашипела:
— Ты, мерзавец.
Нейт вдруг стал выглядеть усталым и немного постаревшим.
— Лучше быть мерзавцем, чем трусом. Сядь, Сид. Пожалуйста. Давай закончим это.
К моему удивлению, она послушалась. Ее губы сжались. Мышцы на челюсти напряглись.
— Тебе следует взять новую сигарету, — предложила я. — Похоже, она тебе нужна. Что это были за секреты, и понимали ли вы, что это шантаж?
Сидни пробормотала что-то очень угрожающее, но у нее хватило мудрости оставить это при себе. Учитывая, что я была очень близка к тому, чтобы устроить ей тайм-аут за раздражение.
Нейт ответил:
— Семейные секреты. И да, это меня насторожило. Секреты — это образ жизни для нашего вида.
Имея в виду архангелов и могущественных людей.
Он посмотрел на мое лицо и резко сказал:
— Ты понимаешь, о чем я. Или нет.
— У меня неплохое воображение. Не стесняйся выражать свою точку зрения.
— Да, верно. Бенджамин был моим другом, так что изначально у меня не было причин думать, что у него есть какие-то плохие намерения…
  
— Потому что ты слишком доверчив, черт возьми, — вмешалась Сидни, но ее голос был почти ласковым. — И именно поэтому я присматриваю за тобой.
Холодное выражение лица Нейта смягчилось, когда она толкнула его ботинком.