Разводимся! Моя на тридцать дней

– К подруге, – заявляю твердо.
Не понимаю, почему продолжаю провоцировать его? Почему с удовлетворением слежу, как он чернеет от гнева?
– Слышала, что Костя… – закашливается. – Что Константин Юрьевич сказал? Никаких «подружек», – выплевывает ядовито. – Домой! Мне не нужны лишние проблемы.
– Наберешь меня в случае проверки. Соврешь им что-нибудь, тебе не привыкать, – язвлю, вынуждая его стиснуть губы и скрипнуть зубами.
  
– Ты едешь со мной, – распахивает дверь мерса.
– Прекрати командовать, я не твоя жена, – наступаю ему на ногу каблуком. Мэт кривится, но не отпускает меня.
– Моя… – нагло заталкивает меня в машину, – на тридцать дней.
 
Глава 1
 
Три дня назад 
Матвей 
– От тебя духами пахнет? – вкрадчивый голосок, наполненный сомнениями, заставляет меня улыбнуться.
Ксюша выглядывает в коридор, как только я открываю дверь и переступаю порог. Встречает меня, морщит аккуратный, вздернутый носик, который я тут же целую.
– Бешамель номер пять, – смеюсь, бросая на тумбу влажный после дождя пиджак. Притягиваю к себе вредную жену, зарываюсь носом в ее волосы. – Мне опять пришлось полдня на кухне возиться с этими бездарями. Так что у меня эксклюзивная туалетная вода с нотками говядины Веллингтон, сгоревшей к хренам, и крема Муслин из свернувшегося, мать его, молока.
– Как я понимаю, собеседование на должность шеф-повара сегодня никто не прошел, и эту роль опять исполнял ты сам, – расслабившись в моих руках, приглушенно хихикает Ксюша, а потом запрокидывает голову и чмокает меня в подбородок. – Мне иногда кажется, что ты не владелец ресторана, а кухонный рабочий.
– Издержки бизнеса. Я не могу пустить все на самотек, – наклоняюсь, чтобы поймать ее пухлые губы и накрыть поцелуем.
– М-м-м, – сладко постанывает на выдохе, ведет ладошками по торсу, обвивает талию, плотно прижимаясь ко мне. Откликается молниеносно, отвечает с пылом и безудержной страстью.
У нас с ней один способ примирения в любой ситуации, но сегодня придется обойтись без него…
Остро реагирую на каждый ее вздох и каждое прикосновение. Как голодающий, перед носом которого поставили блюдо с ароматной курочкой только из духовки. Готов сожрать Ксюшу на месте, не отходя от двери. Именно поэтому заставляю себя оборвать опасный поцелуй. Сдерживаюсь из последних сил, которые уже на исходе. Третий день…
Жена стреляет в меня затуманенным взглядом, закусывает губу, хмурится. Молча обнимаю ее и покачиваю в руках, успокаиваясь.
– Если честно, я задолбался шефа искать, – выдыхаю после паузы ей в макушку. – Повара со звездами Мишлен не согласятся на мою зарплату, а новички так и норовят спалить кухню к чертям. Мне бы найти золотую середину. Подающего надежды специалиста, которого я дальше бы научил всему, что сам умею… – пока я говорю, Ксюша машинально кивает, а сама утыкается носом в мое плечо. – Хватит меня обнюхивать, – бережно отстраняю жену от себя и прохожу вглубь квартиры. – Кстати, я ведь переоделся перед выходом. У меня уже запасные рубашки в кабинете закончились.
– Иди-ка ты в душ, а одежду в корзину кидай, – командует она, уперев руки в бока.
– Поможешь? – демонстративно дергаю ворот рубашки, расстегивая верхние пуговицы.
Мазохист обыкновенный, иначе не нарывался бы на ее гнев. Но я бросаю вызов фурии, мучаю себя, будоражу наши эмоции.
– Иначе меня тоже уволишь, как своего шеф-повара, и пойдешь искать замену? – спрашивает в шутку, но таким морозным тоном, что мне ни капли не смешно.
Шах и мат. Кто кого переиграл?
– Предыдущий шеф сам ушел, потому что решил вернуться в родной город. А ты прекрасно знаешь, что никуда от меня не денешься, – произношу с холодком. – Ты, кстати, почему не в спортцентре? Мы так редко с тобой на обеде пересекаемся. Непривычно видеть тебя дома.
Ксюша – детский фитнес-тренер в «Царь-спорте». Я был категорически против, чтобы она в принципе работала, но после того, как в меня запустили пару тарелок и назвали тираном и абьюзером, пришлось согласиться. Правда, место искал я ей лично – и устроил в клуб моего друга Царева, чтобы под каким-никаким присмотром была. Попросил его держать мою жену подальше от мужиков. Не то чтобы я ей не доверяю… но рисковать и провоцировать не хочу.
Разумеется, Ксюша не в курсе. Уверена, что всего добилась сама, и счастлива работать с малышней. Видимо, находит в чужих детях своеобразную отдушину, потому что своих у нас нет.
– Занятие с младшей группой отменила – там несколько деток с вирусом слегли. Вынужденный карантин, – все-таки поднимает руки ко мне, борется с пуговицами, царапая ноготками грудь. – А старшие у меня вечером, после школы. Так что я освободилась на несколько часов и решила с тобой встретиться. Ты же обмолвился, что заедешь на обеде, – зыркает на меня исподлобья. Выпускает огненные стрелы. – Не рад?
– Странный вопрос, – выгибаю бровь, изучая ее напряженное личико.
Понурив голову, продолжает раздевать меня, не обронив больше ни слова. Ведет себя подозрительно, чем дико меня раздражает. Не свожу с нее глаз, а она гипнотизирует мою шею.
– Что это? – кивает на воротник и, подцепив его край пальчиками, оттягивает в сторону. – На помаду похоже.
Покосившись к плечу, с трудом идентифицирую слабый розовый след на светло-голубой ткани.
– Хрен знает, последнюю чистую из шкафа достал, – снимаю рубашку, размазываю пятно пальцем, но стереть не могу. Плюнув на это бесполезное дело, обращаю внимание на задумчивую Ксюшу. – Валькирия, я что-то не понял, ты меня ревнуешь? – усмехаюсь.
– Думаю, чем отстирывать, – натянуто улыбается в ответ, выхватывает испачканную вещь и небрежно сминает.
Толкнув дверь в ванную комнату, запускает туда комок ткани, а потом любезно приглашает меня. С такой ехидной ухмылкой, будто мысленно пинками заталкивает мою тушу следом. Если бы смогла, воплотила бы фантазии в реальность.
– Ксю, ты чего? – укоризненно качаю головой.
Короткий сигнал ее телефона заставляет нас обоих повернуться к тумбе. Успеваю заметить входящее сообщение – и жена тут же забирает гаджет. Мажет пальцем по дисплею.
– Кто там? – моя очередь принять боевую стойку и навострить все органы чувств.
– Спам, – глухо бубнит и тут же удаляет СМС.
Знаю, что врет. Ее ложь я по запаху чую.
Сталкиваемся вспыхнувшими взглядами, объявляем друг другу невидимую войну. Из любящих супругов мы по щелчку пальцев превращаемся в дуэлянтов. Вместо однозарядного пистолета у каждого – автомат с полным магазином патронов. Нам не хватает секундантов, впрочем, мы бы и их расстреляли.
Так ничего и не сказав друг другу, отворачиваемся.
Я ухожу в ванную, а она – на кухню. И только это спасает дом от ядерного взрыва.
Что ж… Наш обычный день.
* * *
Стоит мне выйти из душа и сделать глубокий вдох, как в ноздри проникает запах еды. Среди какофонии ароматов рецепторы различают фарш, если не ошибаюсь, свиной, расплавленный пармезан и спагетти. Все свежее, горячее, пышет жаром. И даже ничего не пригорело, что для Ксюши уже победа. Готовит жена неважно, а может, я в силу профессии слишком придирчивый, но тем не менее… мне дико нравится, когда она старается для меня. Есть в этом что-то интимное. Как и в совместных обедах. Такие, казалось бы, привычные моменты очень сближают.
Убежден, что в каждое блюдо кулинар вкладывает частичку сердца. Еда впитывает энергетику и передает ее тому, кто пробует. Равнодушие или тепло, ярость или добро, ненависть или любовь. Именно поэтому я стараюсь не есть из чужих рук. Однако от Ксюши готов принять даже чашу яда.
  
– Что на обед, Ксю? – зову ее ласково, прощупывая почву, однако не приближаюсь.
Опершись на косяк двери, с улыбкой наблюдаю, как она суетится возле плиты. Ласкаю взглядом подтянутую фигурку жены, задерживаюсь на попке, облаченной тугие спортивные штаны. Ничего не прикрывают, наоборот, подчеркивают формы, как вторая кожа. Надеюсь, Ксюша не в этом в спортцентре щеголяет?