Агент тёмных чар (ЛП)

Я смотрела в окно на тёмные улицы Западного Лондона. Я была практически уверена, что впереди нас ждала долгая поездка через весь город до района, называемого «Сити». Это старая секция Лондона, которую римляне почти две тысячи лет назад обнесли стеной. Стена пала, но древняя Квадратная Миля [3] по-прежнему имела свои административные органы, отдельные от остального Лондона. У Квадратной Мили даже имелась своя полиция Сити.
Телефон завибрировал в моём кармане, и я вытащила его. Желудок совершил кульбит, пока я смотрела, как на экране медленной бегущей строкой прокручивается имя: Ни При Каких Обстоятельствах Не Отвечай На Звонок Этой Мошонки.
Это мой бывший бойфренд.
Видите? Не только британцы умеют креативно ругаться.
Обычно я не склонна психовать, но когда я пришла домой и увидела, что мой бойфренд оставил на моём компьютере открытым сайт знакомств (никнейм: Виргинский Жеребец), ругательства сами собой посыпались с языка.
Согласно результатам поиска в гугле, Виргинский Жеребец был довольно занят, раздавая амурные советы на форумах бодибилдеров. Оказывается, если носить хорошо скроенный костюм, это привлечёт внимание дамочек, а день Святого Валентина может быть настоящим кошмаром, если ты «на регулярной основе трахаешь трёх цыпочек». Чего я только не узнала за последние две недели.
Вы, наверное, ожидали, что я буду более осторожна, впуская мужчин в свою жизнь. Ну, урок на будущее выучен.
Нахмурившись, я засунула телефон обратно в карман.
Водитель глянул на меня.
— Вы приехали из Америки или Канады?
— Штаты. Я здесь в первый раз, — я прикусила губу. — Вы когда-нибудь сталкивались с выражением «сонная кобыла»?
— Кто-то назвал так вас, мисс?
— Судя по контексту, я предполагаю, что это не было комплиментом.
— Я бы на вашем месте не обращал внимания, милая, — он вырулил на шоссе. — Вы работаете с полицией в Бишопсгейте? Не представляю, чтобы вы приехали аж из Америки, чтобы сообщить о преступлении.
— Просто выполняю кое-какую консультационную работу, — сказала я. — Дела, связанные с обменом внутренней информацией в Сити. Конторские штуки.
Достаточно скучная ложь, чтобы он не продолжил расспрашивать. После нескольких лет работы в Бюро я неплохо наловчилась лгать, хотя до Виргинского Жеребца мне всё ещё далеко.
— Ясно, — сказал он. — Финансовый район. Если хотите знать моё мнение, половина этих людей должна сидеть в тюрьме. Морочат голову своим рынком акций и всем таким. Портят жизнь нормальным людям.
— Полностью согласна.
Моя ложь даже на меня саму нагоняла скуку, но я не собиралась раскрывать тот факт, что я здесь для того, чтобы составить психологический портрет самого знаменитого лондонского серийного убийцы со времён Джека Потрошителя. К тому же, люди начинали нервничать, когда я говорила, что я специальный агент ФБР. И они особенно сильно пугались, если узнавали, что я работала в Отделе Анализа Поведения психологом, который составлял психологические портреты преступников. Люди сразу становились дёргаными, будто я узнаю их самые тёмные секреты, просто посмотрев им в глаза.
Мы погрузились в молчание, пока такси ехало по шоссе М4. По мере того, как мы проезжали по городу, я начала ощущать изменения в своём теле — покалывание, словно все мои чувства обострились. Здесь, в центре Сити, фонари как будто горели ярче, купая улицы в белом свете. На улице под названием Чансери-лейн мы проехали мимо зданий, внешне напоминавших эпоху Тюдоров, и разноцветные огни магазинов на нижних этажах ярко отражались от луж на тротуарах. В такой час никто не задерживался на улицах, но на мгновение мне показалось, что я услышала гул толпы людей; затем всё снова стихло где-то вдалеке.
По моему телу прокатилась дрожь. Я никогда не бывала в Лондоне, и всё же здесь у меня возникало странное ощущение дежавю. «Соберись, Кассандра».
Водитель повернулся ко мне.
— Вы слышали о новых убийствах Потрошителя в Сити? — спросил он.
 
— Я слышала о них. Это меня перепугало. Едва не отменила поездку, — соврала я. — У вас же здесь обычно не так много убийств, верно?
— Не так много, как у вас. У нас нет оружия. Но эти убийства… На вашем месте я бы не стал ходить по улицам ночью. Насколько я слышал, самое худшее даже не рассказали в газетах. Девушки, которых нашли, были… — он прочистил горло. — Ну, я не хочу вас пугать.
— Я непременно буду осторожна.
Мне и не нужно было слышать детали от него — я обдумывала их на протяжении всего полёта, а также до этого, в моём офисе ОАП [4] в Куантико. Я чуть ли не наизусть заучила длину каждой резаной раны. И тем не менее, беспокойство водителя было милым, и я его оценила. Моя теория о «вежливых» британцах стремительно возвращалась к жизни.
Несколько дней назад полиция Лондонского Сити уговорила меня прилететь в Великобританию. Представительство ФБР в Лондоне было по уши загружено другой работой, атташе разбирались с расследованиями дел о терроризме и вмешательстве в выборы. Ни у кого из них не было времени на серийного убийцу, а я построила карьеру на таких делах. Я годами исследовала серийных убийц для Бюро. Странные детали этого дела разожгли интерес начальника моего отдела до такой степени, что он даже оплатил все расходы. А полиция Сити хотела встретиться со мной сразу же после моего прибытия — детектив-констебль Стюарт ждал меня даже в такой поздний час.
Я покопалась в сумке, отыскивая кое-какую косметику и пудреницу с зеркальцем. Я достала розовую губную помаду и добавила немного румянца на свои бледные щёки. При этом в моих голубых радужках что-то промелькнуло — проблеск льющейся воды, похожей на струящуюся реку.
Я захлопнула пудреницу. «Я схожу с ума». Мне явно нужно поспать, попить воды, а может, даже несколько коктейлей «Манхэттен».
Я потёрла лоб. Я должна была направиться прямиком в участок, чтобы быстро встретиться с детективом, и детали дела не давали покоя моему мозгу.
Водитель обернулся на меня через плечо.
— Подозреваю, что вам приходится много работать с бумагами. В такой сфере работы.
— О, вы себе даже не представляете. На самом деле, мне лучше прямо сейчас просмотреть кое-какие цифры, — снова сунув руку в сумку, я достала отчёты, которые полиция прислала ранее на этой неделе. Я пролистала их, старательно заслоняя шокирующие фото от водителя.
За последний месяц в Лондоне нашли трупы трёх женщин. Убийца перерезал им горла и вспорол животы. Как и Джек Потрошитель, он забрал с собой чудовищные трофеи: у одной жертвы матку, у второй почку и сердце. У третьей жертвы он вырезал печень.
Подражал ли этот убийца Потрошителю? Газеты явно так считали. Таблоиды Великобритании уже восторженно трубили «Потрошитель Вернулся!».
Я не была уверена, что мы имеем дело с тем же менталитетом. Убийца определённо вдохновлялся Потрошителем, но он убивал в более быстром темпе.
Уставившись на фото с места преступления, я покачала головой. Я никогда не понимала, почему Джек Потрошитель получил такую популярность. Он едва ли был худшим убийцей по численности или методологии. Возможно, именно его прозвище послужило вдохновением для бесконечных историй ужасов. Или отсутствие разгадки дало плодотворную почву для безумных теорий заговоров. Какова бы ни была причина, про него так и не забыли.
Мой телефон завибрировал в кармане, и я заворчала себе под нос. Но когда я вытащила его и взглянула на экран, там было написано «Неизвестный Номер».
 
Я неуверенно провела пальцем по экрану.
— Алло?
— Агент Лидделл? — это оказался мужчина-британец с низким голосом. И с лёгким лондонским акцентом, как мне померещилось.
— Это я.
— Я детектив-констебль Габриэль Стюарт. Я старший детектив по делам серийного убийцы.
— Точно. Приветствую. Я прямо сейчас еду на встречу с вами, — Габриэль должен быть моим контактным лицом.