Код красный: кислород (СИ)
Стоит двери закрыться за нашими спинами, я набрасываюсь на манящие губы, с которых красная помада вообще никогда почти не сходит. Целую-целую-целую. В груди тарахтеть начинает. Мы оба распаляемся. Язык уже у нее во рту хозяйничает. Кружу по ее губам, прикусываю их, навечно готов в таком состоянии остаться. Крис мычит в мой рот, прижимается сильнее и позволяет мне вообще все. Это охренеть как подстегивает.
А еще воспоминания о первом разе навевает. Мы что тогда сумасшедшими были, что сейчас такие же ненормальные. Друг другу навстречу несемся, влетаем на полной скорости. И так это правильно ощущается, что и мира остального не надо, только вместе до конца.
— Крис… — момент максимально подходящий. Меня внутренне подбрасывает от волнения, как будто первый раз это делаю, но тут страшно отказ получить. Хотел дождаться до дома, чтобы романтик, розы, свечи, даже пришлось закупиться набором, но не дотерплю. А в машине руку и сердце предлагать совсем нехорошо.
— Спасибо, Жень, — она мои плечи целует и обнимает. Ну что за женщина такая, лаской меня напрочь убивает. Как кошка: недоступная, пока сама внимание проявить не захочет. А я больше не хочу, чтобы прекращала. Мне все нужно, до последней капли. Жадный я очень в отношении Кристины и ее чувств, которых мне по крупицам достается. — Ты мне очень помог.
— Ты же знаешь, я только рад, — пожимаю плечами и глажу ее лопатки.
— Знаю, но я с тобой не расплачусь, — слышу, как улыбается. И я вместе с ней, потому что она сама мне помогает к себе прийти. Вот уже дорожку проложила.
— Расплатишься, — усмехаюсь.
— Как? — хмурится и голову поднимает. — Пошлость какую-нибудь придумал? — хихикает. Мда, репутацию я что надо заработал. Но мне не привыкать. Пусть пошляком считает, лишь бы все нравилось. А мне таким быть не привыкать, от себя самого в тридцать семь бежать поздно.
— Можно и так сказать, — чмокаю ее в губы. Не могу вообще от них оторваться. Манит меня красный цвет, он уже вместо кислорода. — Выходи за меня.
— Что? — удивляется Кристина, пока я ее выпускаю из рук и лезу в карман за кольцом. Там коробочка небольшая, но камень красивый, специально для Измайловой рубин выбирал. Обычно с бриллиантами принято, но это точно не наш случай. У нас все с пометкой: красно. Она со своими губами, в первый день меня заинтересовавшая. Я безумный, на все красное реагирующий. И она — королева с алыми ногтями и нарядами в тон.
— Хочу, чтобы ты стала моей женой, Кристина, — беру руку, пальцы у нее леденеют и дрожат. Измайлова ошарашена так, что не удивлюсь, если откажет. Я тогда, наверное, психану, на плечо ее закину и в ЗАГС потащу, но пока форсировать события не буду. Дам ей секунды три на подумать. Надеваю кольцо — вижу, выбор поразил. Я вообще сам себя поражаю. Никогда так быстро не решался ни на что. Но, видимо, мудрость наконец пришла и в мою голову, сказав, что нечего кота за причинное место тянуть, надо брать и делать, пока кто увертливей не сделал. — Ты выйдешь за меня?
Она растеряна. Смотрит то на меня, то на кольцо. Рот ее округляется в изумлении, но из горла ни звука не выходит. Я жду в пять раз дольше, чем обещал себе ждать. Заканчиваю считать на двадцати и уже собираюсь потребовать положительный ответ, как Крис улыбается мечтательно и хитро спрашивает:
— Тебе не кажется, что до предложения должно быть признание в любви.
— Нет сил терпеть. Не могу упустить такую перспективную красотку, — подхожу ближе. Ладони на ее плечи опускаю, большими пальцами подбородок поднимаю, глядя прямо в глаза, в которых слезы собираются слишком быстро. — Крис, я никого еще так сильно не любил, как тебя. Ты самая прекрасная женщина в мире, и я рад, что ты дала мне шанс быть с тобой. Но я не собираюсь тебя никому отдавать, поэтому соглашайся, пожалуйста, иначе я перейду к пыткам и шантажу.
— Я согласна, любимый, — произносит лучшие слова, которые мне доводилось когда-либо слышать, и меня наконец отпускает. Теперь все точно будет хорошо.