Сердце Отроч монастыря

– Он артефактор, – весомо напомнил Магнус. – Он просто знал, что в Отроч монастыре есть тайна. И этого достаточно. Узнать, что конкретно там спрятано, найти безопасный проход даже к неизвестному артефакту – это уже достаточный повод организовывать туда походы молодых Избранных.
– Все верно, – согласилась Ева. – Но пока продолжим наш основной сюжет. Кто-то из этих троих подсказал Хлудову, где взять документы. И очень скоро вор исчезает. Причем есть сведения, что он все-таки постригся в монахи. И уехал из Твери, вернее, бежал, и больше его никто не видел. И это стало подходящей основой для отвлечения внимания Кира от поисков документов и от тайны монастыря в целом. И вторым отвлекающим маневром стали мы с Марси.
  
– Но для этого точно нужно было знать, – напомнил Дан, – что вы являетесь племянницей Кира, как и то, что Марси – дочь Магнуса Скифа.
– А для этого нужно было быть рядом с самим Киром, – снова напомнила Ева. – Ведь вы с Магнусом дружите уже сколько лет?
– Около ста пятидесяти, – прикинул Скиф. – И Реставратор… Мы его знаем тоже давно. Лет сто точно.
– И мы оба тогда с ним общались, – нехотя добавил Кир. – Все сходится. И оба Хранителя… один из них священник, другой – Страж.
– Каждый из них мог помочь Хлудову бежать, – добавил Дан. – Как и старый артефактор. Если, конечно, Хлудов вообще покинул Тверь. А не был тихо убит где-то в паре километров от города, после того как все убедились в его отъезде.
Магнус усмехнулся и кивнул Стражу, соглашаясь с логичностью его предположения.
– Как бы там ни было, но поиск вора, а потом и спасение меня и Марси надолго отвлекли Кира от дел Либерии, – продолжила рассказ Ева. – И за это время убийца смог разработать хитрую схему, когда он может манипулировать нужными ему Избранными, возможно, даже не вступая с ними в прямой контакт.
– Что ты имеешь в виду? – чуть нахмурился Скиф.
– Вот ты-то, Магнус, должен был понять сразу! – хитро улыбнулась Ева. – Мы с тобой были однажды конкурентами в поиске. Помнишь? Значит, ты знаешь, как мы, артефакторы, ведем свои дела. Как проходит поиск.
Скиф еще некоторое время думал, потом вдруг весело хохотнул, гулко ударив ладонями по своим коленям.
– Карта подсказок! – с самодовольным видом заявил он.
– Для вас, Дан, и для тебя, Кир, я поясню на примере, – усмехнулась девушка. – Чьи клады легче всего искать?
– Пиратов? – подумав, ответил Страж.
– Конечно, – весело подмигнула ему Ева. – А почему?
– Так ведь карта есть, – как об очевидном, сообщил ее старший кузен. – Ты же читала «Остров сокровищ»?
– Лучше, – девушка смеялась. – Я посещала парочку таких же островов. И сама доставала сундуки с золотом и артефактами. Но вы поняли верно. Всегда есть карта. А почему? Да потому, что пираты были весьма дальновидными людьми. Они понимали, что могут закончить свою жизнь раньше, чем выпадет случай вернуться за сокровищем. А потому пираты оставляли подсказки, чтобы кто-то из команды или какой-то иной наследник смог все-таки найти клад. И такая же ситуация складывается с любым сокровищем или артефактом. Никто не прячет их так, чтобы потом не найти совсем. Чем ценнее наша тайна, тем больше подсказок, как найти клад. Вот именно поиском этих подсказок и занимаются артефакторы. Так мы ищем свои сокровища. И одна подсказка всегда приводит нас к другой. Как это было запланировано теми, кто прятал сокровище. Здесь, в Твери, тоже есть своя карта подсказок. И я могу это доказать.
– Архив и галерея, – сразу назвал Кир два места, где можно было найти небольшие намеки на Либерию и, возможно, на путь к ней. – Вы там были с Даном. И ты сразу обо всем догада– лась.
– Не сразу, – вынуждена была признать девушка. – Последней подсказкой стал портрет Елены Скуратовой и биография Константина Одиннадцатого. Причем именно в последней была настоящая подсказка к тайне не библиотеки, а лабиринта. А еще такие метки на карте Твери: это архив Стражи, где есть материалы бывшего архива НКВД, тайный отдел архива епархии и отдел редчайших свитков в областной библиотеке. Ты был сегодня во всех этих местах, Кир. Ты принес под– сказки?
– Да, – ворчливо отозвался ее старший кузен. – Особенно хорошо я смотрелся в библиотеке среди студентов, кто готовится к сессии.
Магнус рассмеялся. Ему нравилось немного подначивать старого друга.
– И что ты там нашел? – спросил он Кира.
– Несколько предметов быта из Отроч монастыря и приходские книги, – перечислил старший Куракин. – И да, одного этого достаточно, чтобы знать о Либерии и лабиринте. В архиве НКВД – список Избранных, кто жил в монастыре до его уничтожения. Там же список Избранных среди монахов за все пятьсот лет. И еще… дневники кое-кого из них. Никаких указаний точных там нет. Но если читать между строк… Можно понять многое. И архив епархии. Список трудов из библиотеки монастыря и еще кое-каких книг… Точнее, это древние рукописи Либерии, доступные смертным.
– Отлично! – Ева важно кивнула. – Чуть позже я попрошу тебя припомнить названия некоторых из этих трудов подробно. А сейчас… галерея, библиотека, епархия, Стража… И другой список: служители Закона магии, клирики, ученые и Главы Гильдий, кто имеет доступ в любой архив. Так выстраивался поиск. Просто в тот момент, когда убийца намечал себе очередного ничего не подозревающего помощника, этот избранник как бы случайно натыкался на одну из подсказок. А ведь вся Тверь знает, что подземелья монастыря хранят какую-то тайну. Первая подсказка, интерес… потом так просто пройтись по всем архивам и… возжелать Либерию и свободный доступ к ней.
– Повторюсь, – Кир развел руками. – Жаждущих власти всегда найдется много.
– Ну да, – Дан недобро улыбнулся. – А чтобы новая жертва не сбилась с пути, можно всегда подсказать ей нахождение следующей подсказки. При этом даже не нужно покидать свой окутанный заклятьями дом в бывшей аваевской богадельне или свой храм. А уж Главе Стражи это сделать легко вдвойне.
– И каждый из них знал, что Ева начала сотрудничать со Стражей Москвы, – закончил устало Кир. – Что она лучший артефактор страны. И… можно даже попытаться втянуть ее в это дело раньше, отправляя за соскобом с фрески в крипту Успенского собора. И уж точно нетрудно организовать внезапную смерть молодому мальчишке-вампиру прямо в своей церкви. Или… уговорить Михаила Куракина прислать его заместителя расследовать дело, где фигурирует кольцо самого Малюты Скуратова.
– Хорошо, – видя, как падает общее настроение, бодро заявил Скиф. – Что будем делать? По мне, так проще убить всех троих.
– Без суда и следствия? – саркастично поинтересовался Дан. – Думаю, совет Хранителей Равновесия это не одобрит. Как и Глава Стражи Москвы.
– И ты не заполучишь Либерию в Сокровищницу, – хитро добавила Ева.
– Тогда как? – многозначительно спросил Магнус.
– Просто, – Ева снова не удержалась от победной улыбки. – Я знаю, как пройти в тайник без проблем.
Все трое мужчин посмотрели на нее с некоторым осторожным интересом.
– Понимаю, – тут же согласилась Ева с их невысказанным скептицизмом. – Это звучит странно. Либерию ищут уже пятьсот лет. И сто из них в поиске безопасного пути к библиотеке умирают Избранные. И вдруг я сразу нахожу отгадку. Все это кажется странным. Но! На самом деле найти разгадку, правда, можно было легко. Если ты артефактор. Или знаток символов. Потому что карта лабиринта лежит в свободном доступе в одном из залов Тверской картинной галереи. Думаю, эту загадку отгадали многие. Только не простые обыватели, а монахи Отроч монастыря. Но мы никогда не узнаем, сколько из них из-за этого были убиты там, за высокими стенами обители.
  
– Так что за карта? – Скифу было откровенно наплевать на давно погибших монахов. Он хотел Либерию в Сокровищницу Равновесия. И хотел приключений.
Ева хитро улыбнулась. Она не собиралась открывать свои секреты сразу. Ей нужно было добиться того, чтобы ее будущие соучастники сами, пусть и по ее подсказкам, дошли до тех же выводов, какие сделала она.