Поцелуй Злодейки. Том 2 (СИ)
— В покоях вашего дедушки, — шепотом ответил та.
Я покивала.
— Это в тех, в которых кровать, стол, стул и паутина Григория Семеныча в углу?
— В них самых.
Я покивала.
— А что вы ей на трапезу подаете?
— То же, что и солдатикам.
Я покивала.
— А купается она где?
— Как и все: в пруду.
Я покивала, и мы вернулись в строй.
Глава 18
МАРКИЗ ВИ КРАНТ. Все еще день 5.
Ара Элеонора как раз собиралась дать ответ.
— Мне тут нравится. Погощу тут еще немного, если Ара Самара не возражает.
Я поспешила заверить ее в том, что Ара Самара не возражает.
— Вот видишь, — воскликнула Ара Элеонора, — никаких проблем!
Проблемы были, кажется, у Мутного Типа. Ну, или у его окологлазной кожи, потому что та успела дернуться раз-другой прежде, чем Мутный Тип снова пристроил небо себе на плечи.
Я решила, что пора дернуть одеяло на себя.
— Генерал! — воскликнула я и скривилась. Генерал вздрогнул. — Генерал, мы хотим с вами на гору!
— «Мы» это кто? — опасливо уточнил генерал.
— «Мы» это мы, — истинно по-царски ответила Ара Элеонора.
— Матушка! — включился отмедетировавший своё Мутный Тип. — Что вы забыли на этой богом проклятой горе⁈
Я повернула лицо к Мутному Типу. Медленно, как в ужастиках. Со скрипом, как несмазанная калитка. С оскалом, как у зевающего Котьего Короля.
Нет, мысленно я называла гору еще похлеще, но ведь то была моя гора, не ахти какая — но моя!
— Богом. Проклятой. Горе? — повторила я театрально.
Мутный Тип понял, что ляпнул что-то не то — но сдавать назад не стал.
— А как еще иначе можно назвать Целею? — буркнул он.
Я щекотнула его ноздри зарядом электричества.
— Где предки основались, — метнула в него громом, — там и живу! — и мстительно добавила: — Индюк напыщенный!
Слева и справа от меня раздался хехек. Мутрый Тип начал покрываться красной краской, начиная с ног и заканчивая макушкой — как заряд батарейки на телефоне. Когда приятный томатный оттенок добрался до затылка и затерялся где-то в имперских волосах, я ехидно напомнила:
— С-соглаш-шение.
Мутный Тип вдохнул в грудь весь воздух Целеи — аж стебли пшеницы скренились — и выдохнул его из себя вместе с томатной краской.
Ара Элеонора издала удивленный хмык. Сиятельный Маркиз рассмеялся и уставился на меня весьма заинтересованно. Бедное мое сердечко волнительно пустилось вскачь.
— Ара Самара, — сказал он, — вы просто неподражаемы!
— Ах, не вижу смысла перед ним дрожать! — смущенно шаркнула я ножкой.
Генерал, бросив сочувственный взгляд на своего Императора, попытался увести разговор в сторону:
— Ара Самара, мы поднимаемся в гору не для праздной прогулки, а за гранитом и известью для ремонта вашего замка.
— Так я в курсе.
— Подъем будет непростым.
— Да знаю я.
— А спуск и вовсе может казаться опасным.
— Я. Знаю.
— Неподготовленным к таким походам арам будет нелегко.
— ЗНАЮ.
— А еще в горах полно диких и хищных зверей.
— И я немедленно превращусь в одного из них, если вы продолжите меня изводить! — возмутилась я.
И, припомнив, отчего я так не люблю генерала, клацнула челюстью. Потом подумала: у генерала реакция должна быть генеральская, то есть быстрая. Значит, когда-таки наступит день «Кусь» и я подбегу к нему с самыми зубастыми намерениями, он ведь и увернуться может. Одну челюсть тренировать недостаточно, надо тренировать генерала, чтобы не шандарахнулся от меня в нужный момент в сторону. А начать можно прямо сейчас, чтобы уже привыкал к моим зубам в непосредственной от своего туловища близости.
Поэтому я сделала шаг к генералу и аккуратно грызанула его ауру. Аура посинела и осторожно переместилась за спину генерала, выставив его вперед как щит. Я победно хмыкнула.
— Ой, божечки, дай нам всем терпения, — отчего-то тихо вздохнула Ройза.
Сиятельный Маркиз хохотал. Брызгал искрами из глаз и хохотал. Я застенчиво смотрела на него сквозь ресницы и по-тихому завидовала его будущей жене. Это ж какую прелесть она будет видеть каждый день! Вот будь я на ее месте, я бы любовалась им день и ночь! Ну, может, еще и организовала бы выставку имени его, чтобы срубить на нем немножечко денег. Совсем капелюшечку, чтоб его красота еще и пользу приносила — надо ведь всегда быть практичной!
Кстати, насчет его будущей жены. Сейчас-то я любуюсь Сиятельным Маркизом сколько моей душеньке угодно. Но стоит появиться на горизонте его невесте, как она вряд ли обрадуется тому факту, что ее жених обретается тут у меня.
И только по этой причине — а не по какой-то там еще, — я решила уточнить у Сиятельного Маркиза:
— Ар Крант, скажите… А у вас есть невеста?
Ройза возмущенно выкашляла воздух из легких. Ара Элеонора заинтересованно вперила глаза в Сиятельного Маркиза. Генерал отмолчался. А вот Мутный Тип нахмурился.
И встрял прежде, чем мой свет в оконце и моя монетка в кошельке успел дать ответ.
— Невеста у
него
? Но почему вы интересуетесь невестой Ви Кранта? Разве вы не без ума от Сарома?Аура генерала оказалась сообразительнее Мутного Типа. Пока последний только вдуплял, почему все вокруг начали расплываться в ехидных ухмылках, аура уже успела юркнуть в генеральские карманы. Там, где я бы не рискнула до нее докапываться.
— Вы, Дакран, немного отстали от жизни, — отозвался Сиятельный Маркиз таким бархатом, что от моего шейного позвонка до самого копчика прогалопировало стадо мурашечек, — Ара Самара больше не влюблена в Генерала.
— Как так? — выпучил глаза Мутный Тип. — Она же выпила любовное зелье с его вол…
Так и знала! Так и знала, что этот супостат окаянный меня опоил!
Я сверканула на генерала зрачками и приготовилась трепать его как Тузик грелку.
Глава 19
МАРКИЗ ВИ КРАНТ. День 6.
Ройза покинула нас на отметке в полтора километра: просто тихо-мирно ушла дорогой диких цветов и колышущихся на ветру стеблей травы. Вот только что была рядом — а уже в другой момент ее платье растворилось среди летнего сочного разгула красок.
Я остановилась, пустила скупую женскую обильную слезу, отдала честь павшему бойцу нашего скромного рисовального кружка по интересам, сцепила зубы (несильно, ибо берегла их для генерала) и продолжила подъем.
Ара Элеонора продержалась еще полкилометра — а затем с достоинством и величием отошла на поляну горицвета и окопника. Радостно вскокóкнув, Мутный Тип распушил перья и принялся кружить вокруг матушки, тюкая ее по макушке скорейшим отъездом из Целеи. Суррикатом воткнулся в горную землю Агор, — спутник Мутного Типа — охраняя монарших особ то ли от сусликов, то ли от кротов. Вдовствующая Императрица бросила на меня возвышенный прощальный взгляд и нежно махнула рукой, напутствуя на дальнейший подъем и завершение нашей благородной миссии. Я стукнула себя по груди, выжала из себя еще один скудный литр слез и продолжила подъем — гордый одинокий путник, идущий к своей цели.
Возвышенно страдать от потери боевых товарищей не получалось: прямо передо мной колыхались ягодицы. Ягодицы принадлежали Догадливой Фрейлине, которая в последний момент, увидев, как наша процессия трогается в путь, успела таки в нее втиснуться — и теперь поднималась по горной тропе аки козочка. Вся такая платье, шлейф, кач влево — кач вправо и нежная мина.
— Ара Самара, — замерцал рядом Сиятельный Маркиз, — на что это вы смотрите последние полчаса?
— На ее точку контакта с пуфом, — отозвалась я.
— Почему? — озадачился Ар Крант.
— Вы только посмотрите, — воскликнула я, — какая она вся… гипнотическая!
А точка и впрямь была гипнотическая. Вся такая славная, округлая и так плавно покачивалась!
— Мне кажется, — нахмурился Сиятельный Маркиз, — это как-то странно. Арам не положено смотреть на прелести других Ар.