Весна перемен

— Случилось то, чего я не ожидала.
— И что же? — нетерпеливо спросил он. — Не заставляй меня вытягивать из тебя каждое слово!
Шона на мгновение закрыла глаза. Как же неловко! Поставить мечту о коттедже в зависимость от победы в конкурсе кондитеров, а потом вести себя перед всем миром так, будто покупка — всего лишь формальность. Папа назвал бы ее сумасшедшей! Безумной и наивной! Обычно она такой не была. Но коттедж «Бэйвью»… От мысли о том, что теперь он потерян для нее навсегда, снова подступили слезы. Бонни Белль, которая лежала в ногах у хозяйки, желая удостовериться, что та снова не уйдет и не оставит ее одну, встала, положила голову на колени Шоны и посмотрела на нее своими большими карими глазами.
  
— О боже! — Папа неловко похлопал Шону по плечу. — Что случилось?
— Я была так близка, — всхлипнула она.
А затем все ему рассказала.
— Этот проклятый интернет! Я так и знал, что однажды он нас погубит, — пожаловался папа, когда она закончила. Его лоб был испещрен глубокими морщинами, глаза полны жалости. — Я мог бы тебе… — предложил он. — У меня есть кое-какая заначка.
— Ни в коем случае! — Как и в недавнем разговоре с Нейтом, Шона энергично покачала головой. — Ты только что отремонтировал половину дома. К тому же было бы неправильно занимать деньги. Прежде всего потому, что я не знаю, когда смогу их вернуть. Если буду покупать дом, хочу профинансировать все сама.
— Сама! Ты знаешь, что это было одно из твоих первых слов? Твой брат, наоборот, сказал «помоги». — Пол расхохотался, и Шона тоже улыбнулась. Так похоже на Грэма. И на нее! И хотя она понимала, что принимать помощь необязательно значит показывать слабость, но когда дело касалось покупки дома, ей этого не хотелось. Даже если это означало, что она разочарует Сильви и Айви, а в коттедж «Бэйвью» — или в дом, который будет стоять на его месте, — вскоре переедут чужие люди. Шона шмыгнула носом.
— Ах, малышка! — Папа обнял ее и на мгновение прижал к себе. — Когда думаешь, что все пропало, откуда ни возьмись пробьется лучик света, вот увидишь. И когда одна дверь закрывается, открывается другая. Эта жизненная мудрость всегда верна. Ну, почти всегда. — Он криво улыбнулся.
— Тогда я подожду и посмотрю, какие чудеса преподнесет мне вселенная.
Тихий звуковой сигнал ее мобильного телефона возвестил о входящем письме. Она включила уведомления, когда с нетерпением ждала каждое новое сообщение от Курта — он же Нейт, — и совершенно забыла их отключить.
Шона взглянула на экран и застонала.
— Что такое? — спросил папа. — Еще плохие новости?
— Нет-нет, просто письмо от крайне назойливого человека. — Шона закатила глаза. Снова послание от редактора. От женщины, которая писала ей несколько дней назад, потому что отчаянно хотела превратить письма из ее блога в книгу! Только этого еще не хватало! Разве у издателей нет выходных?
У Шоны чесались руки просто удалить письмо, даже не читая. Прежде она уже ответила этой женщине, что совершенно не готова раскрывать свой псевдоним и публиковать избранные письма из блога в книге. Но после того как они с отцом попрощались, любопытство взяло верх, и Шона открыла сообщение. Ей захотелось узнать, какие убедительные аргументы приведет редактор на этот раз. В прошлый раз она подчеркнула, что письма уже подарили многим читателям мужество, поддержку и утешение, а так про них узнает еще больше людей.
На этот раз она пошла еще дальше.
Поскольку наше издательство никак не может расстаться с этой идеей и вы, к сожалению, пока не решились обсудить проект лично, в этом письме мы хотели бы сделать вам конкретное предложение. Мы уверены, что эта книга станет прекрасным подарочным изданием, которое можно будет найти на витринах магазинов, и хотели бы сделать ее фокусным проектом в зимнем ассортименте этого года. Мы также предлагаем вам гарантированный гонорар в размере десяти тысяч фунтов стерлингов…
Шона понятия не имела, что такое фокусный проект. Но от Нейта она узнала, что такое гарантированный гонорар: аванс, который не придется возвращать, даже если книга продастся не так хорошо, как рассчитывал издатель. А еще она знала, что первая половина этой суммы выплачивается сразу после подписания контракта. Пять тысяч фунтов! Шона втянула воздух. Это даже больше, чем она выиграла бы в конкурсе кондитеров, а осенью заплатят еще пять тысяч! Шона зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Это предложение… Неужели оно тот самый лучик света, о котором говорил папа? Дверь, которая открывается после того, как закрывается другая? Ее шанс все-таки купить коттедж «Бэйвью». И даже отложить деньги на первый этап ремонта.
Бонни ткнулась мордой в колено Шоны. Она будто спрашивала: «Мы можем идти дальше?» Но Шона стояла на месте. Конечно, ей придется раскрыть свой псевдоним, и все узнают, что самое первое письмо в этом блоге — ее послание Альфи! Издатель наверняка захочет его опубликовать. Но разве это так уж плохо?
Шона на мгновение задумалась и решила, что нет. По крайней мере, уже нет.
Зазвонил телефон. Это был Нейт.
— Ты благополучно добралась до дома? — спросил он.
— Да. Доехала без проблем и даже была у папы. — Стоит ли сказать ему сейчас, что у нее все-таки есть шанс купить коттедж? Нет, лучше сделать это лично.
— Увидимся вечером? Или завтра утром? Я… я хотел бы тебе кое-что показать. — Голос Нейта звучал нервно.
Книгу, которую он сейчас пишет? Тогда этот день действительно войдет в историю как день удивительных и хороших новостей!
— Можно приехать прямо сейчас? Потому что мне тоже есть что тебе рассказать. — Представив, какое лицо сделает Нейт, когда услышит о предложении редактора, Шона почувствовала, как ее губы расплываются в широкой счастливой улыбке.
Дверь коттеджа «Бэйвью» была не заперта, поэтому Шона просто вошла в дом. Как и раньше, когда здесь еще жили Сильви и Айви.
— Нейт! — крикнула она в прихожей. — Нейт!
Но он не ответил. Странно! Он ведь знал, что она придет.
Шона пошла на кухню посмотреть, не сидит ли он за столом в наушниках, стремительно допечатывая несколько предложений. Там, как всегда, стоял ноутбук, но он был закрыт. Сверху лежала стопка распечатанных листов. Это его нынешняя рукопись? Сгорая от любопытства, Шона подошла к столу.
Но это была лишь рукопись его первой книги.
В центре листа формата А4 большими буквами жирным шрифтом было написано: «Соло». А ниже, гораздо мельче: «Альфи Бирнс. Эта история для Шоны».
Какого черта?..
— Теперь ты знаешь. — Нейт прислонился к дверному косяку.
  
Глава 44. Нейт
 
— Я… я не понимаю. Альфи. Его имя стоит на твоей рукописи. Неужели он… — Нижняя губа Шоны задрожала.
Нейт кивнул:
— Присядем?
— Нет. — Это слово, точно выстрел, разорвало короткую тишину между ними. Болело не только в ушах, но и в груди.
— Ладно. — Нейт подошел ближе. Шона стояла недалеко от него, но, как и на похоронах Альфи, их разделяла огромная пропасть.
— Я вся внимание! — Ее голос звучал ужасно холодно.
Ожидал ли он этого? Да. Нейт ведь знал Шону почти всю свою жизнь. И все же надеялся на более спокойную реакцию. Черты лица Шоны словно застыли в угасающем свете, проникавшем сквозь кухонное окно. На мгновение он пожалел, что решил во всем ей признаться. Но Нейт прекрасно понимал: если он хочет иметь с ней общее будущее, нужно все прояснить.
  
Он еще раз глубоко вдохнул и выдохнул и принялся рассказывать ей то, что должен был рассказать еще десять лет назад:
— Узнав о смерти Альфи, я отправился на место аварии. Надеялся получить там какие-то ответы и хотел еще раз побыть рядом с ним. Я простоял там целую вечность. Мимо проносились машины, и я никак не мог понять, почему они могут вот так запросто проезжать. Ведь всего несколько часов назад на этом месте погиб человек. Один водитель даже посигналил, потому что я был слишком близко к дороге, и ему пришлось резко свернуть. Я… — Нейт сглотнул, воспоминания нахлынули на него. — Я отошел немного в сторону и вот тут-то увидел его — черный рюкзак, который Альфи всегда носил с собой. Он лежал в кустах — видимо, никто его не заметил. Вот я и взял его с собой. А позже, уже в своей комнате, открыл. Внутри оказались пачка сигарет, бумажник, ключ от входной двери и рукопись. Это было так странно! Альфи сказал мне, что хочет написать книгу, но я подумал, это очередная его безумная идея. В школе Альфи умудрялся допускать орфографическую ошибку в каждом третьем слове, а в сочинениях просто писал все, что приходило в голову. То же самое он сделал и в рукописи. Но его история была хороша. Главный герой обладал какой-то харизмой, несмотря на внутренний конфликт и отсутствие какого-либо плана, и, начав читать, я отчаянно захотел узнать, найдет ли он путь к добродетели.