Скажи мне через поцелуи

— Ками, если хочешь, можешь пойти со мной и оставить этих идиотов, здесь. Тебе не нужно оправдываться за то, что ты просто пошла в школу пешком.
Тейлор повернулся к ней.
— Что в слове «отвали» ты не поняла? — сказал он, глядя на неё с презрением.
Я посмотрела на Тейлора, который в тот момент не мог контролировать свой гнев, затем на свою подругу. Я увидела боль в её глазах, когда он так с ней заговорил, и что ещё хуже, она пыталась скрыть это с максимальными усилиями.
  
Мой разум замер на несколько мгновений, пока, наконец, не сложились все пазлы.
Элли нравился Тейлор.
Вот что происходило, вот что она скрывала... и что я использовала, чтобы шантажировать её.
— А что в фразе «мне плевать на всё, что ты говоришь» ты не понимаешь?
Он хотел ответить, но я вмешалась:
— Тейлор, хватит, — перебила я его и посмотрела на Тьяго, который казался готовым задушить меня и потащить в сторону, чтобы накричать на меня в частном порядке и избежать сцен. — Я решила идти пешком, и не собираюсь жить в страхе от того, что какой-то парень в школе может что-то мне сделать. Если бы Джулиан хотел причинить мне вред, он мог бы сделать это в тысяче случаев, но не сделал! Вы видите в нём опасность, а для меня это просто жалкий парень, который обманул меня и обманул сам себя, чтобы завести друзей. Он отвратителен, лжец и жалкий придурок, который останется один на всю свою жизнь. А теперь, если вы не против, я бы хотела пойти на урок с моей лучшей подругой.
Сказав это, я взяла Элли за руку и пошла.
Я не сделала и двух шагов, как Тейлор уже схватил меня за руку сзади.
— Нам нужно поговорить, — требовательно сказал он, сжимающе губы и сильно держа меня за руку.
Тьяго хотел вмешаться, но я прервала его, чтобы ситуация не зашла так далеко, и чтобы не довести до того, чтобы снова поссорить братьев.
— Поговорим на биологии, Тейлор, — сказала я, и была так решительна, что, казалось, он понял, что заходит слишком далеко.
Он отпустил меня, и хотя напряжение не ослабло, по крайней мере, меня оставили в покое... на некоторое время.
Следующий урок был мучением: математика, и, к тому же, без возможности поговорить с Элли о том, что я была почти уверена, только что выяснила. Профессор Гомес не терпел, чтобы кто-то болтал на его занятиях. Как-то раз он поймал двоих студентов, которые передавали записки, и наказал их, заставив сдавать экзамен каждую неделю целый месяц. Оценки засчитывались как среднее за семестр... Сумасшествие! Но он это сделал.
Кроме того, Элли, похоже, не хотела заводить со мной разговор. Она смотрела вперед и записывала, что говорил профессор, даже не удостоив меня ни одним взглядом. После того конфликта с братьями мы едва обменялись парой фраз, несмотря на то, что я пыталась снова начать разговор, который мы не успели закончить утром.
— Мы опоздали на урок, Ками, не время говорить о моих глупостях, — сказала она.
Но её глупости меня беспокоили! Я осознала, что была так поглощена своими проблемами: разводом родителей, преследователем, отношениями с Джулианом, романом с Тейлором и этой чёртовой авантюрой с Тьяго, что почти не обращала внимания на свою лучшую подругу. А этого быть не должно было!
Я пообещала себе вернуться к прежним отношениям с ней, хотя бы в плане дружбы. Я не могла оставлять в стороне тех, кто был рядом со мной на протяжении всех этих лет. Именно эта мысль привела меня к размышлениям о Кейт.
Знала ли Кейт, что её брат творил? Осознавала ли она, что он манипулировал нами всеми? Помогала ли она ему раскрывать чужие секреты?
Я не была единственной, кто так думал. Многие считали, что Кейт помогала брату, и теперь многие отвернулись от неё. Она стала козлом отпущения, потому что Джулиан больше не мог за себя заступиться, и именно это позволило мне вернуть своё прежнее положение. Элли шутила, что «самозваная королева пала», и теперь я снова «царствую» со своего трона. Мне не нравилось, как она говорила об этом так поверхностно и нелепо, но это был её способ привносить юмор в происходящее.
Я не хотела возвращаться на своё прежнее место, не хотела быть королевой чирлидеров, не хотела внимания, не хотела ничего из того, что предлагала эта школа. Я просто хотела закончить учебный год и уехать в университет, не оглядываясь назад. В университете не происходили такие вещи, предполагалось, что люди уже повзрослели, а родители не были рядом, чтобы мешать и ограничивать свободу, и именно этого мне сейчас не хватало.
Начать всё с чистого листа.
Я вспомнила о Тейлоре. Он хотел учиться в Гарварде, а я — в Йеле. Это стало бы проблемой, когда мы уедем в наши университеты, но меня успокаивало то, что я не была единственной, кто сталкивался с этим. Мы все знали, что эта ситуация неизбежна, и ничего не могли с этим сделать. Начинать отношения в школе всегда приводило к вопросу, что будет, когда нужно будет расстаться. Очень немногие отношения выдерживали дистанцию, особенно когда начиналась учеба в университете. Все эти свободы, которые мы так жаждали, могли привести к беспорядку, изменам или ранним разрывам.
Я хотела верить, что мои отношения с Тейлором не закончились бы так... хотя, видя, как развиваются наши отношения, и с Тьяго, который до сих пор был в моём сердце, я пришла к выводу, что не заслуживала ни одного из них... Но я была слишком слабой, чтобы отпустить их.
Становилась ли я от этого худшим человеком на свете?
Кажется, ответ был очевиден.
 2 
ТЕЙЛОР
Я её ждал у двери класса математики, чтобы поговорить с ней. Мой гнев отошёл на второй план, потому что тема, которую нам нужно было обсудить, была гораздо важнее: её безопасность. Мне было наплевать, что она скажет или подумает о Джулиане. Этот парень опасен, и что-то внутри меня подсказывало, что его история ещё не завершена.
Я стоял у стены перед дверью класса. Они вышли вместе, хотя было видно, что обе напряжены. Элли начинала меня раздражать, особенно потому, что она постоянно вмешивалась в то, что я говорил или делал с Камилой. То, что она была её подругой и хотела её защищать, я мог понять, но не выносил, когда она постоянно пыталась меня дразнить, как только мы встречались.
Когда она меня увидела, её улыбка исчезла, и она бросила мне вызов взглядом. Я задержал взгляд на ней только несколько секунд, а затем перевёл его на мою девушку, ту, которая сводила меня с ума во всех смыслах этого слова.
Ками остановилась на секунду, посмотрела на Элли, а затем снова на меня; когда я увидел, что ей трудно выбрать, я отошёл от стены и подошёл к ним.
— Поговорим? — спросил я, глядя только на неё.
Ками немного поколебалась, но затем кивнула.
— Увидимся позже на истории, — сказала она Элли.
Элли кивнула, бросила на меня ещё один ядовитый взгляд и ушла по коридору в сторону шкафчиков.
Я поднял руку, обнял Камилу за талию и потянул её к себе, прижимая спиной к стене. Я обнял её, зарыв нос в её шею, и она сделала то же самое, прижимая своё тело ко мне, наполняя меня её сладким и приятным запахом.
Я пережил настоящий страх, не увидев её по дороге в школу. Моё воображение разыгралось, и я придумал массу ужасных картин, которые до сих пор не мог выкинуть из головы.
— Пожалуйста, не делай так больше, — сказал я, касаясь её шеи.
Она отстранилась, чтобы посмотреть мне в глаза, и скривила губы.
— Я ничего плохого не сделала, Тейлор, — заявила она, и по её позе я понял, что наш с братом разговор с ней раньше, ей не понравился.
— Разве так сложно не ходить по деревне одной? — спросил я, сдерживая желание трясти её, чтобы она поняла, в чём опасность. — Джулиан всё ещё там, и хотя полиция об этом говорит как о простом правонарушении несовершеннолетнего, я знаю, что он опасен, и я знаю, что он вернётся. Эта история ещё не закончена, Камила, — сказал я, произнося её полное имя, просто от волнения, но не мог понять, почему она не видит, что находится в опасности. Я не знал, насколько велика эта опасность, но она точно есть, и я не мог позволить, чтобы с ней что-то случилось.