Последняя из рода (СИ)
Ну, сама по себе идея весьма недурна, я даже мысленно присвистнула от масштаба задумки и зауважала мошенников-предпринимателей – каждый был бы не против и рыбку съесть, и не уколоться.
Однако, как говорят у нас на Родине: гладко было на бумаге, да забыли про овраги! Уважаемые лорды-фабриканты перехитрили сами себя. Нет, закон не покупать шерсть у Дейтона действовал, с этой стороны всё было в порядке: фермеры, выращивающие свою капусту, были выгнаны с земель (причём, владельцы были вынуждены заплатить им своего рода отступные за право аренды), только вот великого нашествия овцеводов-скотлингов из опальной провинции не поступило! Как говорится, облом вышел.
- Полина Лейтон, супруга моего приятеля Якоба из клана Гленарван, решила, что клан Гленарван и сам может производить продукцию из шерсти, построив фабрику по производству московских ковров и несколько швейных мастерских, - с хитринкой продолжил супруг. – Так что фабриканты остались с носом, а Гленарван ещё богаче, чем прежде.
Ха! Весьма достойная женщина, как я посмотрю! И хваткая! Естественно, что переработанная продукция стоит на порядок выше, чем сырьё, затем может быть удовлетворён внутренний спрос, да и рабочие руки пристроены. Впрочем, понимал это и сам Марк:
- Видишь ли, Алина, времена меняются и многие кланы подстраиваются под…
- …требования рынка, - с охотой подсказала я.
- Ну, да, к примеру, Стивен Бакстер из клана Гордон создал лесопилку, его брат – кирпичный завод…
- А Харнеры? – с нетерпением поинтересовалась я.
- У нас особого прорыва пока нет, - заметно смутился Марк. – Давно хотел попросить совета у Веры, жены Грега Белтейл, она у нас великая выдумщица, но как-то…
- Ну, не ставь на себе крест, - широко улыбнулась я. – Конечно же, ткачиха из меня так себе… и идеи в голову мне редко приходят нестандартные, зато у меня есть один несомненный талант, о котором… никто пока не знает!
- И какой же это талант? – недоверчиво поинтересовался супруг, словно ожидал услышать в ответ, что лучше всего я умею надувать лягушек через соломинку.
- Я могу делать деньги!
- Просто деньги? Но мы не бедствуем, уверяю тебя, - со смешком ответствовал Марк и сожалеюще посмотрел.
Эх, парниша! Если бы ты только знал основное правило бизнеса в нашей необъятной, ты бы сейчас так не скалился: денег много не бывает. Бывает очень мало и просто мало, но большее количество, чем есть сейчас, уже не спрятать от взора государства.
- Ну, хорошо, - с благосклонным тоном барина, одаривающего неразумную крестьянку вольной грамотой, хохотнул супруг. – Я не буду против того, чтобы ты занималась своими задумками. Надеюсь, что они не пробьют заметную брешь в финансах клана.
- Благодарю за твою щедрость, милый! – с восхищением проворковала я, после чего на лице Марка вновь промелькнула высокомерная улыбка.
Мол, вот какой я молодец: и женился, как мне было велено, и в решении проблем её поучаствовал, и слабостям супруги вон, как, потакаю! Кругом я замечательный парень, дайте мне медаль за это! Только расходы – пока они таковыми остаются, мало кого тревожат. Но ведь я-то собираюсь получать прибыть, с которой не намерена делиться со всеми соклановцами. Да, я жадновата. И хотела бы получить финансовую независимость, вот спиной чую – шанс у меня есть!
Глава 21
Глава 21
Однако, всё в этом мире имеет свой конец, в том числе и нынешнее абсолютно кошмарное путешествие, от которого у меня болели бока, спина, ноги и ныло сердце. За это время дороги, пейзажи, города и постоялые дворы превратились для меня в одно серое пятно. Чем дальше от центральной части государства, тем хуже было состояние дорог (как после этого с тоской не вспомнить Отечество?!) и беднее постоялые дворы. Впрочем, я была не в претензии, особенно, если они могли предложить мне горячую ванну и простой сытный ужин.
После того, как мы обогнули границу Аурелии, погода действительно улучшилась, во всяком случае, перестал дуть холодный ветер, пробирающий до костей, да и солдаты из нашего сопровождения явно ободрились, напевая себе под нос какие-то жалостливые песни. Возможно, сыграл эффект стойла, но мне показалось, что даже лошади были в приподнятом настроении.
Как и предрекал Марк, в Дейтоне весна уже вступила в свои права, и я с любопытством оглядывала невысокие горные склоны, покрытые изумрудной травой с теми самыми камиллами, оказавшимися невысокими снежно-белыми ромашками. Овцы, кажущиеся с такого расстояния небольшими тёмными точками, мирно паслись на лугах. Кажется, такие пастбища назывались заливными лугами, но тут я не поручусь. Одним словом, пастораль! Нечто подобное я видела лишь однажды, когда по деловой надобности мы с Леонидом находились в Шотландии. Та же зелень кругом, разбавленная седыми шапками нерастаявшего снега на верхушках Грампианских гор, и каменные заборы, сложенные просто так, без скрепляющего их раствора, но недурно держащиеся последние несколько столетий.
- Совсем скоро мы будем на землях клана, - сиял начищенным пятаком супруг, постоянно беспричинно улыбаясь своим мыслям. – Вот, смотри, это земли лордов Маккалистер, далее будут владения клана Белтейл, Гордонов и Гленарван. Если поспешим и не станем останавливаться на отдых, к ночи будем дома!
Далее супруг вновь стал разливаться соловьём, я молча рассеянно кивала, радуясь погоде-природе, и не сразу заметила, что дорога стала ощутимо более гладкой, ко всяком случае, трясти и колотить стало заметно меньше. О, как! Я не постеснялась и вытянула шею, пытаясь рассмотреть, что за чудо случилось… и не поверила своим глазам: на подушке из мелкого гравия и песка было что-то вроде плотно подогнанных друг к другу известняковых плит. Не асфальт, разумеется, но всё же!
Очевидно, на моём лице проступила великая задумчивость, потому что Марк, неловко покашляв, признался, что да, мол, ощущения меня не обманывают – на дороге на самом деле было своего рода твёрдое покрытие. Это ноу-хау, оказывается, местное изобретение. Точнее, как дело было: тутошние бизнес-вумен очень огорчились тому, что скорость передвижения между их землями была крайне невысокой, да ещё по такой дороге! Тогда-то на общем совете кланов Гленарван, Гордон и Белтейл было принято решение о том, что не худо бы отсыпать и разровнять хотя бы тот участок дороги, которая проходит через их земли. Я с уважением хмыкнула на это – что ни говори, а идея была стоящей. Только вот сразу видно, что эти уважаемые люди мало связаны с предпринимательством, несмотря на то, что они мнят себя акулами бизнеса, хотя бы потому что им и в голову не пришло организовать такое простое и зарекомендовавшее себя в моём мире понятие, как платная дорога. А я давно убедилась в том, что то, что работает в одном мире, не может дать сбоя в другом. Как говорится, люди – они везде люди, а деньги – всегда деньги, как бы они не назывались: денежки, бабки, кэш или гольдены. Впрочем, я была не из тех людей, которые из альтруистических побуждений будет учить аборигенов основам ведения бизнеса, так что пусть их, зато мы будем ездить, нахваливать и радоваться.
Да, Марк рассказал мне о том, что рейтинг Эндрю Бакстера, лорда Гордон, после того, как его невестка пожертвовала из своей каменоломни строительный материал для улучшения местной дороги, приблизился к отметке: «Выше некуда», жаль, что только уважение достаточно редко удаётся монетизировать. И тут я наконец, обратила внимание на некоторое смущение дорогого супруга, когда тот нахваливал дальновидность ближайших соседей.
- А каково состояние дорог в клане Харнер? – прямо, без обиняков, поинтересовалась я, с удивлением заметив чуть проступивший румянец на мужественном лице Марка.
- Видишь ли, дорогая, - замявшись, всё же ответил он. – Дело в том, что мой отец… он человек довольно суровый и непреклонный, старой закалки и он не совсем понимает важность нововведений.