Последняя из рода (СИ)
- Нет, а надо было? – ответила я, не подумав, и тут же прикусила язык.
Впрочем, Марк только широко улыбнулся и одарил меня внимательным взглядом серых глаз, заставив ощутить лёгкую тень паники. Неужели, он что-то начал подозревать? Или того хуже – у меня есть риск услышать старую историю про демона? Кажется, нет. Во всяком случае, его чело заметно посветлело, и он только заметил вскользь, что ужин скоро будет подан.
Поэтому я в сжатые сроки вытерлась куском мягкой ткани и напялила лёгкое платье на завязках, чувствуя себя после горячей ванны юной горлинкой. Ужин был бесхитростным, но очень вкусным и сытным. Местный люд ничего не знал о хорошем тоне, поэтому ломти белого ноздреватого хлебушка были толстыми, с палец, а мясное рагу – горячим.
- Марк, скажи мне, далеко ли до Дейтона? – пробормотала я с набитым ртом и закрывающимися от усталости глазами.
- Около пяти дней конному, карета пройдёт за семь, - живо ответил супруг.
«О, нет!», - мысленно простонала я, не разделяя его оптимизм. Ещё целую неделю я не выдержу! Сухо попрощалась и отправилась спать, давая себе зарок не ворочаться во сне – мало ли. Как такое поведение могло бы быть расценено моим мужем… Моего хорошего воспитания хватило только на то, чтобы вежливо пожелать супругу спокойной ночи.
*** Марк
Молодой человек напряжённо всматривался в темноту за окном постоялого двора и чувствовал себя несколько… неуверенно. Да. Именно так! Да ещё перед кем!? В присутствии собственной жены он чувствовал себя неловко, и эта мысль делала милорда несколько тревожным. Марк покатал на языке эту мысль, словно она должна лучше в нём угнездиться. Однако… Алинара дю Совье оказалась в высшей степени неординарная девушка. И стоит ли говорить, что образ той самой, которая милая-нежная, сюда не вписывался. Впрочем, он уже давно уяснил, что нежности в ней «чуть меньше заявленного», как говорит Елена Лейтон из клана Гленарван. И да, были моменты, когда он чувствовал себя некомфортно под прицелом этих карих глаз, когда казалось, что Алина оценивает его и размышляет, насколько он устраивает по каким-то, только ей ведомым параметрам. А потом ещё эта история с отчимом… Марк до сих пор сжимает зубы, когда думает о том, что Алина прожила всю свою жизнь в этой убогой каморке… такую и прислуге-то предложить неловко, а не то, что леди.
А сам её отчим? Ведь по сути, вчера он признался не только в том, что регулярно обворовывал падчерицу, но и в том, что давил на неё, запугивал и даже угрожал! Другая девушка на месте Алины в таких условиях была бы тише воды ниже травы, и рот бы не смела открыть без особого разрешения! Оттого вдвойне радостно, что его жена не сломалась под гнётом обстоятельств, а выстояла и стала столь решительной и независимой, такой, какой мы видим её теперь. Пожалуй, даже слишком решительной…
Марк с улыбкой смотрел в сторону сладко посапывающей жены, понимая, что сегодняшний день для неё с непривычки был достаточно тяжёлым… Марк дал себе зарок не ворочаться во сне, мало ли, как такое поведение могло бы быть расценено женой… о том, что он хотел селиться в разных комнатах и здороваться только по утрам, милорд даже и не вспомнил…
Глава 20
Глава 20
***
И начался мой день сурка! Подъём рано, практически на рассвете, для того, чтобы как можно больше было светового для путешествия, затем плотный завтрак, когда мы все дружно жевали быстро, хоть и без большого аппетита. Оно и понятно – вряд ли кто-то будет утруждать себя частыми остановками, затем бодро загружались провизией на день и продвигались вперёд, останавливаясь только для того, чтобы немного перекусить и дать отдых лошадям. По-прежнему чувствовались практически по-зимнему холодные порывы ветра, да и по утрам заметно подмораживало, несмотря на то, что была уже середина весны.
Марк, который теперь большую часть времени проводил в моём обществе, предпочитая передвигаться в карете, объяснил это, удовлетворив моё любопытство:
- Тут, в Домерсете, в западной части Энландии, как и в столице, на климат очень влияет близость морей, потому и зима малоснежная, с сильными западными ветрами, но и лето наступает позже и бывает достаточно прохладным. Впрочем, на севере, в Гемптоне, возможно, ещё лежит снег, да и перевалы на границе с Нидерией наверняка до сих пор непроходимы. Впрочем, так далеко забираться нам нет никакого резона, мы повернём на границе с Аурелией в сторону Дейтона.
Лёгкая улыбка коснулась губ Марка и даже глаза чуть потеплели, когда супруг говорил о том месте, где он родился. Я же слушала, разинув рот, о том, что на Равнинах Дейтона уже вовсю хозяйничает весна, ведь Горы защищают от резких порывов ветра со стороны моря Севера, дороги просохли от весенней слякоти и лендеры, занимающиеся выращиванием овец, выгоняют своих разжиревших за зиму животных пастись на горные склоны, усеянные зелёным ковром первых нежных камилл. На Равнинах Дейтона, оказывается, не так много лесов, зато достаточно полей с пшеницей и рожью, пастбищ и садов.
- Дейтон не так давно вошёл в состав Энландии и далеко не все кланы безболезненно приняли потерю нашей независимости, - усмехнулся Марк. – Даже несмотря на то, что Его Величество сохранил для нашей территории множество преференций и весьма слабо вмешивается в наши внутренние дела, оставляя их на откуп Совета кланов. Правда, у нас имеется наместник, но он предпочитает не высовывать носа из своей резиденции.
Я широко улыбнулась – такая схема работы мне была знакома. Полагаю, что наместник – фигура настолько декоративная, что тот же Совет кланов чхать хотел на его мнение. А с этим, учитывая то, что у каждого клана имеются собственные солдаты, приходится считаться. Впрочем, в самом Дейтоне далеко не сразу всё было так гладко, были и войны между кланами, и нападения нортманнов, пока разум не взял верх над жадностью и самомнением, и кланы решили, что жить в дружбе всё же лучше, чем пытаться урвать часть земли друг у друга. Да и соседи с севера стали беспокоить реже по тем же причинам – был великий шанс выхватить от солдат сразу нескольких кланов, объединившихся для отражения нападения.
- Правда, это всё дела давно минувших дней. Впрочем, быть может, тебе будет любопытно посмотреть на нашу старую крепость. Ощутить, так сказать, дух истории. Она уже давно не выполняет сторожевых функций и не защищает западные рубежи клана от нападений нортманнов, а после того, как Маккармейги построили свою крепость, запирающую ущелье, так и вовсе, была заброшена за ненадобностью.
Я согласно замотала головой, как собачка на торпеде автомобиля, и едва только не потёрла руки от предвкушения приобщиться к духу древности. Настоящей, не такой, как на туристических буклетах.
- Выходит, каждый клан в равнинной части Дейтона занимается разведением овец? – деловито осведомилась я, очень переживая о том, не будет ли странно выглядеть, если я по ходу движения буду вычерчивать некий набросок бизнес-плана.
Но, в данный момент вводных было катастрофически мало для того, чтобы создать целостную картину. Пока высвечивается Дейтон как сырьевой придаток великой империи.
- В большей части, да, - Марку явно импонировал мой интерес, и он пояснял мне обстоятельно и с охотой. – Дейтон всегда был самым крупным поставщиком шерсти на фабрики центральной части. Впрочем, с некоторыми оговорками, это неизменно и по сей день.
- Вот как? – полюбопытствовала я, очень уж хитрым был взгляд моего мужа – что-то тут не чисто.
Ха, оказывается, Марк имел все основания для того, чтобы злорадствовать: лорды-фабриканты, исправно приобретающие шерсть у суровых ребят из Дейтона, решили, что они достаточно кормили этих скотлингов, а разводить овец каждый дурак сможет. Поэтому-то и был принят «новый пакет санкций», запрещающий скотлингам продавать свою шерсть на фабрики. Расчёт был на то, что владельцы производств выгонят арендаторов своих земель, а их место займут фермеры, которые хлынут из непокорной провинции, лишившиеся возможности заработать. Тогда уже не они будут диктовать свои условия фабрикантом, продавая им сырьё, а наоборот: лорды-промышленники будут решать, по какой цене приобрести сырьё у своих арендаторов.