Второй шанс (СИ)

– Погаси свет, – пробормотал Шэд, и несколько секунд Лайза не могла понять, что он от нее хочет. Потом вспомнила, потянулась к тому участку в своем сознании, который отвечал за связь с базой, и прикрутила все освещение в атриуме. Только свет все равно пробивался с нижних этажей, насквозь пронизывая стеклянный пол. Шэд наклонился над ней, но Лайза не видела его лица, только тени, которые ложились друг на друга, наслаивались и сливались в темные пятна. На этот раз он не торопился, он был нежен с ней, будто извиняясь за прошлое, но это больше пугало, чем успокаивало. И от этого постоянного волнения рядом с ним, от тех электрических разрядов, которые разбегались по телу после его прикосновений, ее возбуждение только усилилось. И в этот раз он не торопился довести ее до оргазма, он дразнил, распалял ее, покусывал соски, спускался ниже, царапая щетиной нежную кожу на животе. Лайза была на взводе, когда он вошел в нее, и ей хватило несколько толчков, чтобы кончить, а потом она просто лежала, запрокинув голову, и смотрела вверх. Потолок медленно светлел, повинуясь ее мыслям, и Лайза попыталась представить, как все это выглядело до того, как здание наверху было разрушено. Шэд ухватил ее за подбородок и заставил повернуть голову, так, чтобы их глаза встретились, и в следующее мгновение он дернулся всем телом и тяжело опустился на нее. Это продлилось буквально считанные секунды: он уткнулся лицом ей в шею и несколько раз вздрогнул, и Лайза, не думая, положила руку ему на голову, поглаживая пальцами. Она снова наткнулась на рваные шрамы у него на затылке и замерла на секунду.
  
Шэду хватило этого, чтобы прийти в себя. Он перекатился на пол и л набок, повернувшись спиной к Лайзе. Она воспользовалась этим, чтобы как следует рассмотреть татуировку, насколько это было возможно, но взгляд помимо ее воли снова и снова возвращался к отметинам на шее.
– Кто это сделал? – в конце концов она не выдержала.
Он молчал довольно долго, и Лайза уже поняла, что ответа не получит, она открыла рот, чтобы извиниться за вопрос, но тут Шэд заговорил.
– Улитки.
Она зажмурилась. Не надо было спрашивать его, не здесь, не сейчас.
– Для того чтобы установить полный контроль, им нужно было добраться до мозга, а проще всего это сделать у основания черепа, – лишенным каких-либо эмоций голосом произнес он.
Лайза прикусила нижнюю губу до крови, наказывая себя за глупость. Она молилась, чтобы он больше ничего не сказал: достаточно с нее было описания смерти Лиз. Картина слишком явственно стояла перед глазами. Наверное, с ним это случилось в то же время, неожиданно поняла она.
– Мне не нужно было спрашивать, – пробормотала она, – прости…
Шэд повернулся и посмотрел на нее. Глаза у него были странные, будто остекленевшие, и она задалась вопросом, не подкармливает ли его Кейт какими-нибудь таблетками. Так, на всякий случай. С другой стороны, транквилизаторы должны были тогда влиять на потенцию, а у него с этим делом было все в порядке.
Он снова провел рукой у нее по лицу и медленно покачал головой.
– Хотел бы я больше никогда тебя не видеть.
Лайза зажмурилась. Обида и разочарование, и боль, и еще что-то, чему не было названия, сплелись в тугой комок внутри нее, но она не могла произнести ни слова.
– Хотел бы я, чтобы тебя не существовало, – прошептал Шэд едва слышно.
Странная это была церемония. Несколько десятков людей под проливным дождем, охрана по периметру, чтобы отгонять непрошенных гостей, три могилы, полные размокшей глины и дождевой воды. Лайза завернулась в предложенный дождевик, но ноги ее уже давно промокли и замерзли. Она поглядывала на Макса, который говорил прощальные слова над каждым из погибших в недавней вылазке, и малодушно надеялась, что он вот-вот закончит и тогда все они смогут вернуться в тепло. Она все реже и реже вспоминала, что сейчас было лето по календарю: гораздо больше похоже на середину ноября, чем на начало июня.
Тэсса с сочувствием покосилась на нее. Она стояла чуть впереди, рядом с Шэдом и Райли (последний то и дело протирал запотевшие очки, но потом плюнул на это бесполезное дело и спрятал их в карман), а сопровождать Лайзу вызвались Кейт и Лу. Она не ожидала увидеть здесь Питерсона, но он тоже присутствовал, равно как и группа солдат, которых она знала по совместным поездкам на Арес, и еще несколько человек, которых она раньше не видела.
– Они были хорошими друзьями, бесстрашными воинами и настоящими людьми, – сказал Макс и некоторое время помолчал, глядя на промокшие флаги, которыми были накрыты алюминиевые гробы. – Пусть покой их не будет нарушен.
Лайза опустила голову. Ей нечасто приходилось присутствовать на похоронах, и она была не из тех, кто мог воспринимать подобные церемонии спокойно. К тому же, большинство присутствующих тоже явно чувствовали себя не в своей тарелке: Макс время от времени поглядывал на Шэда: у него был привычный, растерянный взгляд, ищущий одобрения. Шэд никак не реагировал, зато все остальные оглядывались на Лайзу. Возможно, потому, что она послужила причиной смерти этих троих людей: не появись она здесь, они были бы живы.
– Они смотрят на тебя, как на своего нового начальника, – произнесла Кейт, склонившись к ее уху. – Не волнуйся, никто не обвиняет тебя.
Лайза хотела сказать, что не волнуется и вообще ни о чем таком не думает, но вместо этого спросила:
– Тебе не кажется, что хоронить их так как-то неправильно?.. Воды слишком много.
– Их тела были кремированы. Внутри только ящики с прахом.
Она прикрыла глаза на мгновение. Ну да, конечно, как она не подумала об этом раньше.
– Лиз, ее тоже кремировали?
Кейт внимательно посмотрела на нее.
– Это было мерой предосторожности. Если ты хочешь подойти, сейчас самое время.
Да, точно. Лайза подошла ближе и наклонилась, чтобы зачерпнуть горсть мокрой земли, по одной для каждого из погибших. Распрямляясь, она наткнулась глазами на Макса, который стоял напротив, и что-то будто ударило ее.
– Я хочу, чтобы это были последние пострадавшие в Чикаго, – громко произнесла она. – У нас есть Арес. Я постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы остановить их, я обещаю вам, я клянусь…
Лу настойчиво потянул ее в сторону, и Лайза споткнулась на полуслове. Может быть, ей действительно не стоило ничего говорить. Никому это не нужно, никто не ожидает от нее того, что она станет вырываться вперед и произносить какие-то пафосные речи.
– Лайза! Лайза, подожди, – Макс догнал ее и пошел рядом. – Ты все сделала правильно.
Она молчала, ссутулившись, и позволяя Лу вести ее по направлению к джипам, которые ожидали их всех, чтобы отвезти на базу. Тэссы нигде не было видно, наверное, осталось рядом с Шэдом.
– Лайза, – снова повторил Макс и нерешительно положил руку ей на плечо.
– Когда уже кончится этот проклятый дождь, – пробормотала она. – Я не могу поверить, что вы все сидели под землей целый год, ненадолго выбираясь под ливень, и не поубивали друг друга!
Макс тревожно покосился на Кейт.
– У нас было, чем заняться.
– Дурацкая шутка, прости, – Лайза вытерла руку об дождевик и заправила выбившиеся пряди волос под капюшон. – По-моему, здесь все на пределе, а не только я, избалованный мирной жизнью новичок. Не подумайте, что я жалуюсь, просто удивляюсь, как вам удавалось продержаться.
– Нужно было просто заниматься своим делом, – несколько сварливо сообщил Райли, который догнал их и теперь пристроился рядом с Максом, неодобрительно глядя на Лайзу. – Что у вас опять вчера случилось?
  
Она едва не споткнулась, но Лу поддержал ее под руку.
– Ничего не случилось! Мне казалось, что мы вполне нормально поговорили! – и не только поговорили, но им об этом знать незачем. Естественно, при условии, что Шэд уже не выложил своим друзьям, чем они занимались вчера вечером. И ночью тоже. Видимо, ночевки в атриуме были у Лиз в норме вещей, судя по тому, с каким спокойствием Шэд достал плед из ящика за диваном и накинул его на Лайзу. Она закрыла глаза и притворилась, что спит: день на самом деле выдался не из легких, усталость валила с ног, поэтому одеваться и возвращаться к себе в комнату совсем не хотелось. Шэд посидел с ней рядом какое-то время, Лайза чувствовала, как он гладил ее по голове, перебирал короткие волосы, а потом встал и ушел.