Темный Страж (ЛП)

Потянула ворот халата, обнажая шею, и замерла. На коже виднелся темный след.
Не совсем синяк, но и на укус не похоже. Долго смотрела на него в зеркале, пытаясь понять, что это.
Может, какой-то магическое клеймо, о котором раньше я не знала? Метка, обозначающая меня как одну из дев Королевы Ведьм? А может, это остаток теневой магии Кереса, отпечаток, оставшийся после его укуса.
  
И снова мне пришлось довольствоваться неизвестностью. Но что-то изменилось, и это ощущение было невероятно сильным. Мне показалось, что какая-то недостающая часть меня наконец-то нашла свое место.
Утро не могло настать достаточно быстро.
Мне хотелось убедиться, что с Кересом все в порядке, после того как оставила спящим на полу в его покоях. Конечно же я знала, что это не единственная причина, по которой мне хотелось его увидеть, но упрямо внушала себе именно это. Пальцы нервно теребили края юбки, пока я изо всех сил старалась не свернуть к его дверям, а продолжала идти, как положено, в столовую.
Остановилась там, где главный коридор делился на два, и уставилась в сторону его покоев. Жаровня у его двери была потухшей. Покачала головой.
Это было глупо.
Он бредил, и не полностью осознавал, что делал. И все же у меня внутри все сжалось, стоило вспомнить, как его мягкий голос окутывал меня. Я по-прежнему чувствовала его пальцы на своих ключицах.
Неохотно повернулась к столовой. Решила, что если его там не будет, тогда пойду и проверю, все ли с ним в порядке. Но ведь уже завтра я покидаю этот дом. Мне нужно было привыкнуть к мысли, что больше не буду видеть его, и не думать о нем. Хотя сейчас это было единственное, что могла делать. Я должна была принять вероятность того, что он вовсе не собирался меня целовать. Что я просто оказалась рядом и была удобным объектом для удовлетворения нормальных мужских желаний. Что сама согласилась, когда ему понадобился момент близости в этом холодном одиноком месте.
Когда вошла в столовую, он уже был там. Стоял, сложив руки перед собой, с привычно безмятежным лицом, за которым он прятал все. Этого стоило ожидать. С учетом его вчерашнего состояния, вполне возможно, что он вообще ничего не помнил.
Его взгляд следил за мной, когда я пересекла столовую и села на свое обычное место. Старалась не замечать этого, и сосредоточилась на пустой тарелке, вызвав на завтрак сладкий хлеб и миску клубники. Когда взглянула на его тарелку, то чуть не упала со стула.
Он вызвал миску фруктов, похожую на ту, которую я вызвала в первый день. Ни яиц, ни тостов.
— Эм… прости, Керес?
Он поднял на меня глаза, вилка застыла на полпути ко рту, губы приоткрылись в ожидании.
— С тобой все в порядке?
— Прости? — переспросил он.
— Что ты ешь?
Он посмотрел на свою тарелку, как будто сам не был уверен, и положил вилку, позволяя кусочку упасть на стол.
— Я… не знаю.
Выражение искреннего замешательства на его лице заставило меня улыбнуться. Но я поспешно прикусила губу, стараясь остановиться. Он заметил это, нахмурился и, спустя мгновение, его лицо озарила теплая улыбка.
— Наверное, я думал о том, сколько вопросов ты мне задала, мисс Грин, — сказал он, опираясь локтями о стол и переплетая пальцы перед лицом. — Появились ли у тебя новые на сегодня?
Голодный блеск в его глазах заставил меня откинуться на спинку стула, в попытке сбежать.
Не сработало. Голова опустела. Я не могла придумать ни одного вопроса. Все, что мне пришло на ум, это его губы. Рука, державшая мое лицо. И его горячее тело, прижатом ко мне.
Его зрачки расширились, и он выпрямился.
— На самом деле, я должен извиниться за свое поведение, — сказал он, убрав руки со стола и положив их на колени, с очень неуверенным выражением лица. — Я не должен был…
— Все в порядке, — выдохнула я. — Я знаю, ты не хотел…
— Нет. Не все в порядке, — он сглотнул, избегая моего взгляда. — Я… — он закрыл глаза, будто ему нужно было собраться с мыслями.
— Правда, все хорошо, — сказала я, поднимаясь со стула, чувствуя, как жар поднимается к лицу. — Мне нужно идти.
Теперь, когда убедилась, что с ним все в порядке, желание уйти стало почти невыносимым. Я едва не поскользнулась, убегая, а завернув за угол, столкнулась с Кересом, который шагнул прямо из своих теней.
— Мисс Грин, — произнес он с лукавой улыбкой на губах. Этих чертовых губах, которые накануне вечером были такими мягкими и совершенными — Ты выглядишь так, будто увидела чудовище.
Сглотнула и сделала несколько шагов назад. Его тени расплелись вокруг него и поползли по полу ко мне.
— Керес, я… — я несколько раз моргнула, отчаянно пытаясь отвести от него взгляд, но не смогла.
— Можно, покажу тебе кое-что?
Смена темы была неожиданной. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он ждет ответа.
Что он мог показать мне, чего я еще не видела?
Хотя в этом его особняке хватало комнат с запертыми дверями. Он протянул мне руку так же, как в тот день, когда впервые провел меня через входные двери. Вспомнила, какой теплой была его ладонь, тогда как все остальное было страшным и чужим. Тогда я боялась, но все же решилась взять его за руку.
Я могла быть смелой и сейчас.
Он взял мою руку под свою и прижал к боку, ведя по коридору. Когда мы вошли в комнату, погруженную во мрак, по коже пробежали мурашки. Мне показалось, что я уже бывала здесь.
На дальней стене вспыхнула жаровня, и я едва не вскрикнула. Это была та самая комната, где меня заперли во второй день. Комната, полная рам, одни с портретами, другие с тревожными, темными силуэтами.
— Здесь ты оказалась во второй день, — тихо сказал он. — Галерея.
Он не отпускал моей руки. Напротив, держал ее крепко, прижимая к груди. Когда посмотрела на него, его взгляд был обращен к бесчисленным рамам.
— Их девяносто девять.
Девяносто девять?
Если я была права, это были портреты девушек, которых отправили к Королеве Ведьм. Я задрожала, гадая, был ли он Темным Фейри, который отвел их всех? Это значило, что он делает это уже пятьсот лет.
Пятьсот лет проклятия. Пятьсот лет одиночества и вынужденного подчинения. Пятьсот лет, в течение которых он пытался защищать их своей тьмой.
Я не могла придумать ни одного вопроса. Теперь, когда я знала, как многое он не в силах произнести. Мне было страшно даже спрашивать. Я просто стояла, ошеломленная, глядя на все эти лица, красивые, живые и застывшие в краске.
Девяносто девять девушек.
Он посмотрел на меня, в его взгляде читалась грусть. Будто он ждал, что я что-то спрошу. Но я не могла. Меня охватила тошнотворная сладкая печаль. Хотелось, чтобы я никогда ничего не спрашивала. Чтобы оставалась в благоговейном неведении, ела еду появившеюся с воздуха, а потом уходила в свою комнату, где могла бы спрятаться от всего.
Я не хотела больше ничего знать. Не хотела знать эту сторону истории. Сторону, где очень одинокий Керес был проклят и вынужден делать то, чего не хотел. Снова и снова.
Я напряглась. Он ведь говорил, что должен закончить мой портрет. Это был холст на его мольберте? Подошла к ближайшей картине, завороженная деталями. Лица были такими живыми, что казалось, стоит моргнуть, и девушки сойдут с полотна. Если все эти работы создал он…
— Это ты написал все эти картины? — спросила я наконец.
— Вот и вопросы, — улыбнулся он, обнажив удлиненные клыки.
Он не ответил. Просто отошел в сторону. Оставив меня одну, стоять и смотреть в глаза женщине, с которой мне вскоре предстоит встретиться.
  
Глава 18 ~ Портрет
Розалин
Отказываюсь проводить свой последний вечер в Доме Привратника, запершись в своей комнате.
Я уже увидела все в этом месте. Жуткую фреску, комнату с портретами, кухню, которая не служила никакой цели. Терпела постоянное ощущение, что за мной следят. Привыкла к магии, которой пропитано окружение, и к тому, что кто-то другой ощущает мои эмоции без моего согласия.