Офицер Империи (СИ)

— Собственно, если уж мы говорим откровенно, Андрей Владиславович, то тут все дело не столько в Волкове, сколько в вас. — Покачал головой заместитель начальника военного учетного стола.
— Я-то ему что сделал⁈ — Вскочил на ноги декан моего факультета.
— Борис Александрович очень болезненно воспринял вашу отповедь в кабинете ректора полтора года назад, когда Матвей Александрович прибыл после лета перед началом второго курса. Ваши слова очень сильно зацепили его, и он сохранил обиду.
— Так, ладно… Наши взаимные склоки с Ростовым я сам разрешу. Но как быть Матвею?
— Если вы хотите услышать мое мнение, то я скажу следующее: Матвею Александровичу стоит выполнить волю государя и явиться на мобилизационный пункт. Все-таки, с самого начала мобилизации их никто не отправит в бой. Пару месяцев у них уйдет на прохождение подготовки и боевое слаживание в подразделении под руководством командиров. Опять же, специальность Матвея Александровича скорее ближе к работе в госпитале, а не на передовой. А это значит, что у вас буде пара месяцев для того, чтобы оспорить решение о мобилизации Волкова в военном суде… Да, Матвей Александрович фактически будет вынужден пропустить полгода очного обучения, но лучше так, чем отправиться на эшафот.
— Других вариантов нет? — Прорычал Андрей Владиславович сквозь зубы.
— Если мы по-прежнему говорим о бескровных вариантах, то да. Ростов не остановится, раскручивая эту ситуацию до абсурда, чтобы выставить вас, Андрей Владиславович, из университета, тем более, что покровителей у Матвея Александровича сейчас нет. И его дед, и князь Кобылин вместе с наследником в лазарете императорского двора, вокруг просто нет никого, кто сейчас рискнет встать на его защиту, а значит, и вашу, опять же ваша протекция от Волконских также под вопросом по причине того, что и их глава в том же лазарете… — Кивнул Шишикин.
— Что будешь делать, Матвей. Выбор конечный все равно за тобой? — Золотой повернулся ко мне.
— Выполню волю государя, Андрей Владиславович. Я не могу подвести свою семью. Но я хотел бы попросить вас об одном одолжении.
— Каком?
— С вашего позволения я возьму всю необходимую литературу с собой. И по возвращении я экстерном закрою второе полугодие третьего курса. Тогда я не потеряю время в пустую, и вместе со своей группой перейду на выпускной курс.
Золотой завис на пару секунд, а после расплылся в улыбке:
— Тебя отправляют на войну с неизвестными миру чудовищами, а ты думаешь об учебе… Хорошо, я отдам все необходимые распоряжения. Литературу заберешь через час здесь на кафедре. А пока напишешь заявление на академический отпуск по причине мобилизации. До тех пор не смей даже покидать кафедру, понял меня?
— Так точно, Андрей Владиславович. — Улыбнулся я в ответ.
— Разрешите дать еще один совет, судари. — Шишикин поднялся со своего места, уже собираясь уходить.
— Слушаю вас, Александр Юрьевич. — Повернулся к нему Золотой.
— Наймите хорошего юриста, чтобы он максимально быстро занялся вопросом господина Волкова. — Кивнул ротмистр, — Честь имею, господа.
* * *
Место неизвестно, 2 февраля, 23.00 по местному времени.
Мужчина средних лет заседал во главе круглого стола. Одиннадцать стульев по кругу были заняты голубоватыми проекциями участников собрания, разбросанных по всему свету. Совет Ордена вновь собрался в полном составе, обсуждая выполнение текущих целей…
— Таким образом, Магистр, нашу акцию в Российской Империи мы можем считать успешной, хоть и окончательного результата нам пришлось ждать несколько месяцев… Молодой император Константин только взошел на трон и еще не успел погрузиться во все вопросы. Это дает нам некоторые преимущества на данном направлении для дальнейшей деятельности Ордена.
— Что сейчас с открывшимися порталами? — Голос Магистра был сухим, словно новости о смерти императора его не обрадовали.
— Все порталы работают стабильно. Каждая зона продолжает свой рост, о чем докладывают государственные службы всех стран, в которых произошло Отворение Врат. Наши… союзники… они просят вас предоставить еще больше жертв для расширения территорий. — Ответила уже другая проекция по правую сторону от Магистра Ордена.
  
Магистр выбил перебор пальцами правой руки об столешницу стола из темного дерева.
— Раз наши действия в России оказались так успешны, возможно, нам стоит и дальше развивать там полученный нами оперативный успех… — Все голубоватые полупрозрачные проекции согласно закивали на слова Магистра, — Какая зона для нас наиболее удобна для переброски тех Одаренных — пленников, которых мы смогли выкрасть из русской столицы?
— Куршская Коса, вблизи от города Королевец. — Кивнула третья проекция.
Новый стук по столешнице.
— Перебросьте оставшихся пленников из русской столицы на Куршскую Косу, братья. Пусть русские Одаренные станут кормом для пожара, который разгорается в их собственном доме. Это будет… вполне поэтично… Стать жертвой во имя своей родины. — Хищная улыбка появилась на лице Магистра, — Брат Клаус, вы станете ответственны за выполнение этой задачи. В остальных направлениях продолжаем действовать согласно плану… Кстати, что там с тем талантливым юнцом, как его звали… Волков, вроде бы…
— Мы смогли выйти на его техническое производство в Санкт-Петербурге и сделали заказ от лица Союза Зерна и Стали, так что контакты постепенно налаживаются. Думаю, скоро мы сможем встретиться с ним лично. Один из наших младших эмиссаров отправиться для принятия продукции по нашему заказу, он же и предоставит отчет после встречи с Волковым.
— Отлично. Жду с нетерпением. Очень уж мне интересен этот талантливый юноша… — Улыбка Магистра стала еще шире.
  
Глава 5
 
ГЛАВА 5. «Теперь я в армии, воу-о-у-о, теперь я в армии…»
РИ, пригород Гатчины, новое поместье Волковых, 3 февраля, 08.00
— Ну, что? Выезжаем? — Спросил Василий Иванович, как только я вышел из дверей поместья.
— Да. Едем. — Кивнул я, подходя к машине.
Я закинул сумку с вещами на заднее сиденье и уселся рядом с Коневым спереди.
Прошлый вечер и ночь я провел с близкими. Спать разошлись глубоко за полночь. Софья сдалась первой, уснув у меня на руках. Марфа Петровна сдерживалась весь вечер, стараясь не подавать вида, но когда я спустился вниз, застал ее на кухне всю в слезах. Она плакала и пыталась собрать еду мне в дорогу. В итоге, мне кажется, теперь я готов накормить целый взвод дважды… Прощание утром было…скомканным. Я обнял Марфу Петровну и Софью, пообещав себя беречь и возвращаться как можно скорее.
— Волнуешься? Боишься? — Спросил Василий Иванович, выезжая за ворота поместья.
— Конечно. — Ответил я.
— Это хорошо. — Кивнул Василий Иванович.
— Это еще почему? — Удивился я.
— Потому что не боятся дураки и смельчаки. — Улыбнулся мой наставник, — Ни первые, ни вторые долго не живут на войне. Всегда выживают крепкие середнячки.
— Я похож на середнячка? — Я вернул улыбку Коневу.
— Ты похож на салагу. Правда, разумного салагу, который отдает себе отчет в том, что вокруг него происходит. Это очень ценно сейчас. Ты же запомнил хоть что-то из того, о чем я тебе рассказывал всю прошлую ночь?
— Много чего. Спасибо тебе за это, Василий Иванович. — Благодарно кивнул я.
— Потом коньяк поставишь, и мы вместе с тобой его и разопьем после того, как ты вернешься домой. — Кивнул Конев, выворачивая руль на объездную дорогу вокруг всего Петербурга.
С Василием Ивановичем мы действительно проговорили всю ночь до самого утра. Конев вывалил на меня просто тонну информации об армии, подразделениях, вооружении, порядке действий и тактиках отдельных войсковых отрядов, а также о взаимодействии различных родов войск. И просто кучу всевозможных полезных мелочей, о которых стоило задуматься… А еще он рассказал о том, как в регулярных частях относятся к почетным Стрелецким Полкам… И да, отношение это, мягко говоря, было не особо положительным.