Контур забвения (СИ)
— Политическая обстановка в мире к тому моменту достигла критической точки. Множество локальных конфликтов, ведущихся в разных частях земного шара сильнейшими мировыми державами с помощью так называемых прокси-государств, постепенно привели к резкому ухудшению отношений между сверхдержавами, к ряду прямых столкновений, а в дальнейшем — к глобальной войне с использованием всех видов оружия массового поражения, — продолжал звучать у меня в голове голос симбионта, самым что ни на есть удручающим образом накладывающийся на окружающую меня действитительность. — После обмена ударами с использованием ядерного, биологического и бактериологического оружия, конфликт исчерпался ввиду практически полного обоюдного уничтожения противников. Точной информации не имеется, но, согласно выкладкам аналитического блока «Эдема», уцелело не больше тридцати процентов человечества. Руководство компании «ГенТек», предупрежденное «Эдемом», было готово к такому развитию событий и приняло соответствующие меры. Проект «Эдем», превратившийся к тому моменту в целую связку самообучающихся ИИ-агентов был перепрофилирован для новой цели. На данный момент перед системой «Эдем» стоит задача по устранению последствий конфликта, дезактивации территорий и восстановлению биосферы Земли. Глобальная цель — возрождение планеты. «Эдем» — превратим пустоши в цветущий сад! — несколько экзальтировано закончил Симба, явно используя рекламный слоган.
— Охренеть — не встать, — выдохнул я, опираясь о стену и пытаясь осознать и уложить в голове всю вываленную на меня информацию. Которая, к тому же, окащалась весьма шокирующей.
Получается, если верить симбионту, привычного мира больше не существует, вокруг — руины человеческой цивилизации, а сам я…
— Симба, кто я такой? — снова спросил я у ассистента. — Только давай подробнее.
— Объект 348−15. Позывной — Антей. Экспериментальное изделие проекта «Защитник». Синтет.
— Что такрое синтет? — я уже понял, что информацию из Симбы нужно вытаскивать клещами. Ну, или, если выражаться правильнее, максимально корректно ставить вопрос, если хочешь получить развернутый ответ, а не тупой повтор одного и того же определиня.
— Согласно внутренней технической терминологии корпорации «ГенТек», синтетами называют людей, получивших глубокие биологические и технические модификации организма. Часть человеческих органов заменена, часть — усовершенствована. Имеются кибернетические импланты, подбираемые в зависимости от специализации синтета.
— И какова моя специализация? — нахмурившись, спросил я.
— Универсальный солдат, — не задумываясь, выдал Симба. Действие в составе группы и в одиночку, в тылу противника и в прямом боестолкновении. Диверсии, скрытное проникновение, штурм и зачистка.
А вот эта информация у меня отторжения не вызвала абсолютно. На подсознательном уровне я ее принял без какого-либо внутреннего сопротивления. Видимо, потому что в прошлом именно этим я и занимался. А вот насчет синтета…
Я оглядел себя, удивившись, что не сделал этого раньше. Все как у людей, вроде… Руки, ноги, туловище. Все абсолютно нормальное, человеческое. На ногах — мощные армейские ботинки, в которые заправлены темные камуфлированные штаны. Пояс с пистолелтной кобурой, пустующей, к моему глубокому сожалению, несколько подсумков — опять же, пустых. Такая же темная камуфлированная куртка, поверх — плотный, длинный плащ-пыльник. Повернув голову, я посмотрел на чудом уцелевшее стекло в окне первого этажа. Из мутного отражения на меня смотрел мрачный тип с рещкими чертами лица и неопределенного возраста — от тридцати до сорока, сколько угодно быть может. И это лицо мне было явно знакомо, от слегка крючковатого, почти ястребиного носа, до густых бровей и шрама над левым глазом. Автоматическим жестом пригладив жесткие, непослушные волосы, я вздохнул.
— Синтет, значит… Интересно… И какого рода усовершенствованиям я подвергся?
— На данный момент я рекомендую повысить приоритет задачи обнаружения медицинского блока Эдема, — ответил Симба., как бы намекая, что попусту болтать у нас нет времени. В целом-то я с ним согласен, но…
— Внимание! — прервал мои размышления Симба. — Фиксирую множественные сигнатуры, теплокровные, вероятнее всего — враждебные. С учетом текущего состояния носителя рекомендую избегнуть контакта.
Я завертел головой, пытаясь рассмотреть, с какого направления мне угрожает опасность. В паутине кустов за автостоянкой, забитой проржавевшими, полусгнившими остовами машин мелькнула темная спина. Затем еще одна. Существа двигались быстро, но одно мне рассмотреть все же удалось. Низкий силуэт, вытянутая морда, мощные, мускулистые лапы и внушительная пасть. Нечто среднее между волком, крысой и мутировавшим крокодилом. Выглядело существо так, что рассматривать его ближе не возникало абсолютно никакого желания.
— Симба, что это?
— Неидентифицированные биоорганизмы. Вероятность враждебности — восемьдесят семь процентов. Предлагаю избегнуть контакта. В текущем состоянии шансы на победу — менее двадцати двух процентов.
Вдалеке раздался протяжный вой. Не волчий, не собачий — резкий, хриплый, с каким-то рвущим внутренности механическим призвуком. Как будто старую сирену воткнули в глотку голодному шакалу и дали порычать в усилитель. Я почувствовал, как по коже побежали мурашки. Пожалуй, стоит согласиться с Симбой, и вспомнить нестарющею классику «Искусства войны»: «Лучший бой — тот, который не состоялся».
— Принято, — буркнул я. — Уходим.
Нужно было найти укрытие. Открытая местность, пусть даже и заваленная гнилыми тачками и обломками бетона — не место для человека без оружия. Особенно когда вокруг бродят мутировавшие сухопутные крокодилы.
Возвращаться в подвал я не хотел: уйти оттуда, в случае чего, не получится, а сражаться со стаей голодных хищников в замкнутом пространстве еще более глупая идея, чем встречаться с ними на открытой местности. Выше уровня первого этажа здание представляло собой сплошные руины, примерно так же выглядели и соседние здания. Оглядевшись, я заметил на перекрестке, в квартале от себя кое-что более подходящее. Девятиэтажка больше походила на скелет здания, щегляла обвалившимся фасадом и скалилась пучками торчащей арматуры, но все же выглядела наиболее подходящим укрытием в пределах досягаемости. Во всяком случае, там наверняка есть несколько выходов, а еще есть возможность подняться выше второго-третьего этажа — туда, куда большинство тварей за мной не полезет. А если и полезут — услышу заранее и смогу принять хоть какие-то меры. Подходит, в общем.
— Там, — кивнул я самому себе. — Погнали.
Я пересек улицу, стараясь не шуметь, и петляя между перевёрнутыми автомобилями, разбитыми фасадами и обломками бетонных плит. Пару раз поскользнулся, но, к счастью, ни на что острое не упал. Твари сзади пока не приближались. Ну, или делали вид, что не приближаются. С каждой секундой я все больше понимал: без оружия в дивном новом мире шансы на выживание стремятся к нулю. Даже у модифированного, мать его, человека. А значит, именно им нужно озаботиться в первую очередь.
Добравшись до девятиэтажки, я юркнул внутрь через разбитый дверной проем. Внутри пахло плесенью, гнилью чем-то еще: едким, металлическим. Но, по крайней мере, здесь было пусто. Оказавшись в холле, я огляделся.
Раскуроченная каморка консъержа, лифтовые шахты, в глубине — проход, ведущий на пожарную лестницу. Отлично. Туда-то мне и надо. Главное, чтобы лестничные пролеты уцелели. Ага, есть… Хорошо.
Я быстро, насколько позволяла захламленная лестница, поднялся на второй этаж, оттуда двинулся на третий…
— Внимание, — подал голос Симба. — Сигнатуры отклонились. Похоже, объекты вышли из зоны слежения.
— Отлично, — буркнул я, осматривая коридор третьего этажа. Выше лезть не хотелось, отсюда я, в крайнем случае, и спрыгнуть могу, а вот дальше — только на крыльях. Так что, пожалуй, пока остановимся здесь. Нужно отдышаться и понять, что делать дальше. Не знаю, чего там во мне намодифицировали, но я продолжал чувствовать себя крайне хреново. Вернулась тошнота, навалилась слабость… Не хватало только в таком состоянии нарваться на кого-то посерьезнее четвероногих хищников. А в том, что здесь и сейчас это вполне возможно, я не сомневался.