Принять учись (СИ)

— Ну как вы тут? — спрашиваю их.
— Ой, не строй из себя пушистого, Кулаков, — фыркнула Ярка, на что Лиза попыталась подавить смешок, но я его всё равно уловил.
— Значит, ты согласна? — обращаюсь к Лизе.
Она лишь пожала плечами.
— Ага, — хитро протянул я, и принялся её щекотать.
— Эй, прекрати, рассмеялась Лиза.
И её смех был невероятно заразительный, я такого ещё не слышал. Для меня в принципе всё, что было в ней, всё, что было связано с ней было априори прекрасно.
— Можно мне коктейльчик? — вклинился Антон.
— Да, конечно, — говорит Лиза.
Народу сегодня было немного, хорошая компания друзей…
— О, моя любимая песня! — говорю я, когда услышал, как заиграла Teddy Swims — Broke.
— А я её знаю, — вдруг выдает Лиса.
И как-то не сговариваясь начали петь и танцевать, готовить заказы. Нам было так хорошо вместе, мы отвлеклись от всего, просто расслабились и получали удовольствие. Было нереально круто!
* * *
— Ну что, готова ехать? — спрашивает Женя.
Он снова хотел меня подвезти, а я вот и не была против. Мне казалось, что стена дает трещину.
— Да.
— Отлично, тогда идём.
На удивление мы болтали по дороге, словно знакомы были уже тысячу лет. Мне было так легко и комфортно в этот момент. Я чувствовала, что привычные мысли, присное желание отгородится прорывается, пытается взять вверх, но я изо всех сил старалась отогнать его. Об этом я подумаю потом.
— Спасибо, что подвёз.
— Я только рад.
На какое-то мгновение у меня появилось желание задать один вопрос и прежде, чем я успела взвесить все за и против…
— Почему?
— Что почему?
— Ты знаешь.
— Могла бы ты уточнить?
— Зря с просила.
И уже собралась выходить из машины, как Женя меня остановил, дотронувшись до моей руки. Я опустила взгляд и мне стало так приятно. Вот бы переплести свои пальцы с его…
— Если я правильно понял, то повторюсь, ты мне нравишься.
— Почему? — бля, повторяюсь.
— А разве ты не можешь нравиться?
— У меня дерьмовый характер.
— И что? Это должно меня оттолкнуть?
— Вообще-то да.
— Ну уж нет, — улыбнулся он. — Что ты предлагаешь?
— Да ничего я не предлагаю, — фыркнула я.
— Вредина.
— Не зазнавайся.
— А то что? — хитро улыбаясь, говорит он.
— Иди на хер, — и вырвав руку, вышла из машины.
Но я знаю, что он не обиделся, с него станется. И улыбнулась своим собственным мыслям.
Сегодня у меня был выходной, и я хотела сгонять к дедуле, а то давно с ним не виделись. Надо бы прикупить ему продуктов, а то опять поди сидит на гречке.
— Мира, поедешь со мной к дедуле?
— я бы с радостью, но сегодня у меня дела…
Мне показалось или моя веснушка встревожена?
— У тебя всё в порядке?
— Д-да… просто кое-что случилось…
— Расскажешь? — что-то мне это не нравится.
— Не сейчас. Давай вечером, ладно?
— Хорошо, но ты уверена, что всё в порядке?
— Да, не волнуйся, — она обняла меня. — Позови с собой Женю.
— Чего? — скривилась я. — С хера ли?
— Он будет рад составить тебе компанию, — и чмокнув меня в щёку, подруга упорхала по своим делам.
Позвать лосяру? Да как я вообще могу это сделать? Нееее…
Обзвонила своих охламонов и каждый из них отказался поехать со мной, видите ли дела у всех, а мне казалось, что они специально отказывают мне. Назара просить не стала даже, пусть он с матерью побудет.
Хер с ними, пойду сама. Только я вышла из подъезда, как наткнулась на лосяру.
— Ты что тут забыл?
— Птичка нашептала, что ты к дедуле своему собираешься.
— У кого настолько длинный язык?
— Да какая разница. Ну так что? Подвезти?
Он сам идёт в руки, казалось, у меня ушла целая вечность, прежде чем я ответила своим согласием.
— Сразу к нему или надо куда заехать?
— Продукты ему взять.
— Принято.
Заехали в гипермаркет, и пока набирали продукты в тележку, успели подурачиться и покататься на ней. Не знаю почему, но рядом с лосярой я становилась другой. Такой свободной, открытой, весёлой… Почему так? Может правда для каждого человека существует идеальная пара?
 
— Убери, — говорит Женя, глядя на мой кошелёк.
— Ты предлагаешь ограбить магазин?
— Я предлагаю оплатить покупки, но если ты хочешь ограбить, то я подумаю.
— Я и сама могу оплатить.
— Феминистка что ли?
— Чего?
— Ну там, всё сама и ко ко ко.
— Ахахах нет, но с чего бы тебе оплачивать мои покупки?
— Потому что хочу, мне будет приятно.
Я было открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут же его захлопнула и впервые за долгое время позволила мужчине за собой поухаживать. Ему будет приятно поухаживать за мной, и честно сказать, мне было пиздец, как приятно, что обо мне заботятся. А еще я замечала, что на нас поглядывают, как на влюбленную парочку… И клянусь, где-то внутри от этого стало тепло.
— О, доча, не ждал тебя, — говорит дедуля.
Со стороны могло показаться, что у нас странные отношения: мы совсем чужие друг другу, я его называю и считаю своим дедулей, а он меня дочерью. Но для нас всё просто и понятно, мы семья, какой бы странной и ненормальной не казалась.
— Привет, дедуль, — говорю я, попутно его обнимая и целуя в щёку.
— А это, я надеюсь, твой парень…
— Ничего подобного… — попыталась я возразить.
— Верно подметили, — вдруг заявляет бугай, протягивая руку моему дедуле, чтобы поздороваться и сверкая своей белозубой и такой обезоруживающей улыбкой.
— Ну, слава богу, дождался. А то уж думал, помру и не увижу, как доча любовь свою встретит, — продолжал говорить дедуля. — Проходите-проходите, нечего стоять в дверях.
— Да ничего я не нашла…
— Не спорь со старшими, — подмигнул мне лосяра и пошёл вслед за дедулей, подмигнув мне, а я лишь стояла с открытым ртом и не знала, что и сказать.
Когда же я опомнилась и прошла на кухню, то увидела, что Женя быстро нашёл общий язык с Виктором Тихоновичем. Уже раскладывал продукты в холодильник, внимательно слушал болтовню дедули и даже что-то отвечал.
— Как твои дела? — спрашиваю близкого мне человека.
— Всё хорошо, доча, не переживай.
— Ты принимаешь лекарства?
— Принимаю.
— А ешь нормально?
— Я что, тебе ребёнок маленький что ли? Нормально я ем, вот борща сварил. Садитесь-садитесь, сейчас будем обедать.
Дедуля быстро раздал каждому из нас по заданию: я расставляла тарелки, а Женя нарезал хлеб и всю атрибутику к любимому борщу. Дедуля же разливал суп по тарелкам. Надо отдать должное, его борщ был бесподобен. Никогда и нигде я не ела даже отдаленно что-то похожее или вкуснее, чем его стряпня.
— Как твоя учёба?
— Всё нормально, — улыбаюсь я. — Саныч тот ещё засранец.
— А ну не ругайся.
— Дед!
— Нельзя так о преподавателях! Он, между прочим, мой ученик.
— И поэтому он не может быть засранцем?
— Лиза!
— Дед!
И тут мы оба поворачиваемся в сторону лосяры, потому что он звонко и так чертовски заразительно рассмеялся, что сдержаться было сложно, но я буду не я:
— Смешно тебе? — рычу я.
— Очень, — сквозь смех говорит он.
— Смотри не подавись, — буркнула я.
— Лиза, какая же ты грубиянка!
— Да, дед! — возмущаюсь я.
— Это одна из причин, почему она мне нравится, — вдруг говорит Женя.
Я фыркнула и отвернулась, изо всех сил подавляя улыбку.
— Ох, тяжело тебе с ней придется, Женя. У Лизы тот ещё характер…
— Зато она настоящая.
— Я вообще-то тут.
— Тебе полезно послушать, — хохотнул дедуля.
Мы хорошо провели время с дедулей и мне было приятно, что они с Женей нашли общий язык. После мы пошли гулять по набережной. Странно, но это всё само собой получилось.
— Люблю набережную…
— Почему?
— Несмотря на то, что тут много людей, ты можешь быть тут невидимкой…
— И как часто ты становишься невидимкой?