Библиотека современной литературы. Выпуск 4

«Что делаешь?» – тренькнул телефон эсэмэской от Кости. «Зашла в магазин. Хочу купить себе что-нибудь полегче, жарко», – ответила она. «Ни в чём себе не отказывай!» – ответил Костя с улыбающимся смайликом. Тоня улыбнулась, отправила сердечко и, сунув телефон в сумочку, зашла в магазин верхней одежды. За полчаса, которые она там пробыла, ей принесли весь ассортимент магазина, с европейской услужливостью помогая переодеваться, и в конце концов выбрали красивое пальто манто сливового цвета. Тоня покрутилась у зеркала, сделала фото и отправила Косте. «Берём!» – коротко ответил он. Пуховик завернули в удобный пакет и вручили Тоне, ещё раз поблагодарив за покупку.
  
Теперь можно было спуститься к морю, по которому она так скучала: после смерти родителей они на море ни разу не выбирались.
Сероватые волны с тихим шелестом накрывали жёлтый крупный песок и, вздыхая, отступали, чтобы снова вернуться и выдохнуть ни с чем не сравнимый аромат моря.
Тоня бросила свёрток на песок и уселась на него. Мерное движение волн успокаивало, и с каждым вдохом моря она выдыхала напряжение, в котором ей пришлось прожить последние годы. Солнце мягко грело лицо, шею, руки, прохладный ветер развевал длинные тёмные волосы.
Ей вспомнились родители, дача, которую они снимали в Анапе, и захотелось поделиться картиной моря с Наташей. Чтобы добыть вайфай, нужно было зайти в одно из прибрежных кафе. И она встала, отряхнула новое пальто, забрала старое и двинулась в сторону набережной. Со столика одного из них ей помахала незнакомая женщина. Тоня оглянулась: вокруг никого не было. «Вы мне?» – показала она жестом. Женщина замахала рукой: «Да-да, подойди!»
Тоня подошла к столу, за которым сидела эффектная пожилая блондинка.
Она протянула руку жестом, которым обычно протягивают её для поцелуя.
«Ну ясно, кто это. Жена шефа Кости», – подумала Тоня.
– Вы ведь Антония, жена Кости?
– Да, здравствуйте.
– Меня зовут Ирина Сергеевна, я жена Бориса Глебыча. Присаживайтесь, пожалуйста!
Она указала на стул напротив.
– Что вы будете, Антония?
Тоня смущённо улыбнулась:
– Вообще-то я искала место, где можно подключиться к вайфаю.
– Вы нашли его, – улыбнулась Ирина Сергеевна. – Вы пьёте кофе?
– Обычно пью, но утром уже выпила, спасибо.
– Тогда я попрошу для вас апельсиновый фреш, вы не против? Надо же позвать официанта, чтобы узнать пароль.
– Да, конечно, спасибо, – смущённо проговорила Тоня, ища место, где можно было устроить пакет. Ирина Сергеевна жестом позвала официанта и попросила тоном, которым обычно раздают приказы, стул для пакета, сок и пароль.
– Борис Глебыч очень ценит Костю. Исключительно умный молодой человек!
– Да, спасибо за это и за то, что сказали, тоже.
– Какое красивое у вас манто! И цвет удивительно подходит к вашим зелёным глазам!
Тоня смутилась. Ей нечасто делали комплименты. Лишний вес, который незаметно набрался за несколько лет, тоже не придавал уверенности.
– Спасибо, буквально час назад купила, – улыбнулась она.
Теперь у неё был вайфай, но не было возможности позвонить сестре в присутствии чужого человека.
– Если позволите, я зайду помыть руки…
– Ну конечно, идите! Там дальше есть терраса, с которой хорошо видно море, если захотите позвонить.
Тоня снова смутилась: «Читает мысли, что ли?»
– Обязательно воспользуюсь вашим советом, спасибо!
Видеозвонок, видимо, застал Наташу врасплох: она была напряжена.
– Наташенька, привет! Как ты там? Посмотри, как тут красиво, – Тоня повернула камеру к морю.
За спиной сестры появились две фигуры, всматривающиеся в экран: та самая старуха с нижнего этажа и ещё одна женщина, лицо которой показалось ей знакомым.
Тоня заволновалась…
– Наташа, ты не одна? Ты что, залила соседку?
Наташа замешкалась:
– Чего это я залила-то? Просто зашли проведать. Тебя-то нет!
– А где Наталья Васильна?
Наташу рассердил её вопрос:
– Где, где… Откуда я знаю? Я её не звала! Ладно, у меня гости, потом поговорим, ‒ резко закончила звонок Наташа.
Тоня позвонила приходящей сиделке.
– Наталья Васильевна, что случилось?
– А что случилось, Тонечка? Всё нормально.
– Я думала, мы договорились, что вы будете приходить к Наташе, когда меня не будет.
Наталья Васильна смешалась:
– Тонечка, Наташенька не хочет, чтобы я к ней ходила постоянно. Она зовёт меня по мере необходимости. Сегодня она вообще запретила к ней приходить. У неё гости, эти её приятельницы.
Тоне показалось, что она ослышалась:
– Приятельницы, Наталья Васильевна? У Наташи есть приятельницы?
– Ну эти, из дома. Они постоянно у неё в гостях. И когда они приходят, Наташа не хочет, чтобы я была там.
– Хорошо, Наталья Васильевна, я поняла…
У Тони был такой ошеломлённый вид, что Ирина Сергеевна поддалась искушению и спросила, что случилось.
– Ничего, ничего, всё нормально. Какой приятный сок!
Ирина Сергеевна улыбнулась.
– Может, что-нибудь ещё?
Тоня замотала головой и подставила бокал под солнечный свет.
– Так красиво! Солнце и апельсин! Таблетка для счастья…
– У вас чудесная улыбка, Антония. Позвольте спросить, откуда такое необычное имя?
– Папа был профессором истории, преподавал латынь. Полагаю, они ждали мальчика, Антошу. А когда родилась я, переделали имя на римский манер.
– О, как интересно! В каком вузе преподаёт ваш папа?
Тоня вздохнула:
– Папы давно уже нет. И мамы тоже. Я поздний ребёнок. Я родилась, когда маме было хорошо за сорок, а папе – за пятьдесят.
Ирина Сергеевна вытащила изящный портсигар:
– Вам не доставит дискомфорта, если я закурю? На открытых террасах пока разрешают…
– Нет, что вы, курите! Я пересяду с подветренной стороны.
Ирина Сергеевна замахала рукой:
– Сидите, сидите! Это необязательно.
Спрятав портсигар в сумку, она сказала извиняющимся тоном:
– В моём возрасте трудно отказываться от дурных привычек. Расскажите лучше о своих родителях. Они встретились поздно?
– Нет, что вы! Напротив, они были вместе с ранней юности. Но когда родилась моя старшая сестра, они решили не иметь больше детей. Видите ли, она инвалид с детства. Они боялись, что следующий ребёнок тоже может быть нездоровым. Да и сил, чтобы поднять ребёнка-инвалида, требовалось много.
– А потом они подумали, что её с кем-то нужно оставить, и родили вас… – печально сказала Ирина Сергеевна.
Тоню неприятно кольнули её слова. Иногда и у неё возникали такие мысли, и ей было стыдно за них.
– Нет, что вы! Я – дитя климакса, – рассмеялась она. – Скорее всего, мама просто пропустила беременность, а потом уже было поздно.
Ирина Сергеевна замахала рукой:
– Да полноте вам! Я представляю, каким чудом вы были в их жизни! Разве можно так говорить: «Потом было поздно»?
– Ну, можно сказать, что я незапланированное чудо в их жизни, – улыбнулась Тоня.
Солнце внезапно скрылось, и стало ощутимо прохладно.
– Ох, как неуютно тут стало! Давайте позовём официанта и уйдём. В вашем положении лучше не простужаться!
Тоня смешалась. О её положении знал только Костя. Неужели он проговорился?
– Нет, ну что вы! Я просто полная.
Ирина Сергеевна расплатилась и встала.
– Наши отели рядом, проводите меня?
Она взяла Тоню под руку, как будто была знакома с ней всю жизнь.
– Во-первых, деточка, вы не полная. Кто вам сказал эту чушь? Пара лишних килограммов красит женщину. А во-вторых, неужели вам кажется, что с моим жизненным опытом я узнаю о беременности по фигуре?
Пошёл мелкий колючий дождик, и они прибавили шаг.
– Просто об этом знает только Костя. Я и сама узнала пару дней назад. Я подумала, это он всем растрезвонил.
  
Ирина Сергеевна остановилась и посмотрела ей прямо в глаза:
– Антония, это значит, что вы ещё очень плохо знаете своего мужа, – она продолжила идти. – Но ничего, у вас ещё уйма времени для того, чтобы восполнить пробелы. А вот и мой отель. Надеюсь, встретимся на ужине. А теперь пора отдохнуть!