Оцифрованный. Том 3 (СИ)
Как же это утомляет… Бюрократия на бюрократии. Если бы Ларри не изучил законы и судебную практику, мне бы пришлось потратить в разы больше сил и времени на это.
Я все три дня, как вернулся с ПОПАЗ, писал заявления, ездил в Челябинск и обратно. Потом вновь писал заявления, давал показания, снова писал заявления и подписывал бумаги… И это какой-то кошмар.
Но по факту я лишь начал… Одно радует. Второй этап моего плана «Стабилизация» завершён, и я перешёл к третьему, под названием «Активизация».
Сейчас я получу деньги, закрою кредиты и заимею финансовые средства. Ну а ЦСБ и ЦК сейчас активно занимаются моими запросами и заявлениями. А всё потому, что я «Фронтовой Аристократ», сокращённо ФА.
Запросы ФА в ЦСБ и ЦК имеют первостепенную важность.
— Пользователь, вы с этими сокращениями сами себя запутаете.
— Хм. Пожалуй, ты прав.
Я объясню. Фронтовой Аристократ это тот, чьи земли граничат с Зоной и при этом не охраняются Царством. По факту я сейчас таким и являюсь.
Да, есть немало и других ФА, но сколько среди них герцогов? Запрос герцога приоритетнее запроса, к примеру, графа. А также этот статус даёт мне ряд преимуществ, которыми я планирую воспользоваться на полную.
К примеру, беспроцентным кредитом и увеличением моей власти в герцогства. Или, к примеру, то, что мои земли — это зона боевых действий.
Ладно, пока не буду об этом. Сейчас у меня другое дело, и как раз раздался стук в дверь, а затем в кабинет зашёл меднокожий мужчина. Вот только…
— Жуки всё же достали? — я подошёл и пожал руку, а сам смотрел на левую, которая перебинтована, и на неё наложена шина.
— Если бы, — Хосе скривил лицо. — Старые «дружки». Но я сам виноват. Расслабился… Чудом жив остался.
— Понял, — я указал на диван, и мы присели.
Мой кабинет, в котором раньше работал Кудряшов, был освобождён от шкафов, лишней мебели и документов. Зачем мне документы, если они все в моей памяти?..
Так что теперь кабинет был просторным и полным свежего воздуха. У левой стены стояли диван и рядом два кресла. Если надо, можно пододвинуть стол, который стоит у правой стены. Там же различная зелень.
У дальней стены стоял мой рабочий стол. И, собственно, всё. Больше мебели здесь почти не было. Впрочем, ещё успею заставить. Но пока что не до этого.
— Твоё предложение я уже изучил, — заговорил Хосе. — Но пока не можем. Мы уже заключили контракт на охрану участка границы. Платят неплохо, и нам ещё как минимум месяц там торчать. А вот по окончании можно будет уже конкретно поговорить. И я смотрю, у тебя тут совсем задница?
— Уголовные дела плодятся, как грибы после дождя, — улыбнулся я в ответ. — Из слуг у меня есть лишь одна горничная, и, собственно, всё. Остальные ушли с бывшим управляющим. Теперь все будут сидеть в тюрьме. Если их поймают, конечно же.
— Суровый ты человек, — Хосе сдержанно рассмеялся. — И ещё, что там за красавец у тебя на входе?
— ТРБ-02 Кинжал. Уже опробовал в бою, штурмовиков прожигает только так.
— Аж второе поколение? — не сдержал тот своего удивления. — Вот это мамонт! И оно же глючное, как не знаю что.
— Кузнецовы модернизировали его, и теперь это отличная машина, — нагло врал я. Но как мне ещё объяснить это? Машина ведь и правда очень «глючная»… была.
Системы Кинжала могли отключаться каждые полчаса из-за внутренних сбоев. И что я, что Ларри прокляли всё на свете, пока исправляли ошибки в коде. По-хорошему, нужно переписывать всю операционную систему. Но на это нет ни времени, ни вычислительных мощностей. Как, собственно, и приоритета задачи.
Мы ещё немного поговорили с Хосе, и я обговорил с ним идею вылазок в Зону. Через меня можно будет продавать добычу по хорошей цене. Всё же я герцог, а не какой-то контрабандист.
— И мало того, как Фронтовой Аристократ, я освобождён от налога на продажу добычи, — вывалил я свой последний козырь, чем поразил Хосе. Всё же налоги на добычу из Зоны весьма кусающиеся.
— Даже так… — задумался кубинец, но тут открылась дверь, и к нам вошла Дарья. У неё была тележка, которую она катила.
— Пользователь, рекомендую… — не успел Ларри договорить, как Дарья наступила себе на платье, споткнулась и упала. Тележка же с чаем и бутербродами полетела к моему рабочему столу. Но! Я уже был там и поймал её. — Отличная реакция, Пользователь!
— Оё-ё-ё-ёй… — постанывала женщина, распластавшаяся на полу.
— Чай? — спросил я у Хосе, пододвигая тележку.
— А с ней всё в порядке? — указал тот на Дарью
— Да. Она постоянно падает. Уже думаю форму ей изменить. А то тридцать шесть процентов падений связано с тем, что она наступает себе на платье.
Налив чая, предложил Хосе и себе налил, а женщина присела и начала натирать лоб. Затем она «ойкнула», вскочила на ноги и вновь запнулась, но вместо того, чтобы упасть, попятилась в сторону Хосе.
Благо, я успел забрать у него горячий чай, прежде чем эта проблемная упала на гостя. Он же сумел спасти раненую руку, уведя её в сторону.
— П-п-п-простите… — едва ли не плакала Дарья, упавшая на мужчину.
— Что б каждый день на меня так падали! — услышал я приглушённый хохот, доносящийся откуда-то из-под большой груди женщины, которая так «удачно» упала ему на лицо. Но рано Хосе радовался, пока горничная слезала с него, задела раненую руку и отдавила пальцы ног, неудачно наступив на них.
— Беру свои слова назад…
Непонятно, он смеялся или стонал… А вот Дарья вновь плюхнулась на задницу. На лице паника, текут слёзы, и я прямо вижу на её лице фразу: «Меня лишат зарплаты!».
— Прошу накажите меня, только не лишайте зарплаты! — она спустила платье, обнажая большую грудь, а я бы хлопнул себя по лбу, но у меня в руках две чашки чая…
— Ох, Михаил, Михаил! — смеялся Хосе. — Вот, ты, значит какой.
— Да-да, именно такой… — я обречённо вздохнул и поставил чай на тележку. — Я же велел никогда так не делать, ты меня позоришь, — говорил я спокойно, так как уже смирился. Всё же я сам позволил ей работать на себя взамен на поглощение ей энергии. Ну, и меня не оставляет надежда её перевоспитать.
— Но… я… Я ни на что не способна! — разревелась она.
— Одарённая, что ли? — поинтересовался Хосе.
— А разве есть сомнения?
— Да нет… Никаких сомнений… Ладно, — он поднялся и протянул руку. — Пойду я. Приятно было поболтать. Встретимся через месяц или два.
Оставив ревущую Дарью, проводил Хосе и поспешил в кабинет. Там, конечно, ничего ценного, но вдруг моя единственная батарейка «сломается»?..
— Ты всё ещё ревёшь? — когда я вошёл в кабинет, эта всё ещё сидела на полу и ревела. Уже вся грудь мокрая была.
— Но я бесполезна… Вы обязательно уволите меня! А у меня мама-инвалид и братик маленький, им без моей зарплаты не прожить! — плакала она.
— Не уволю я тебя, но нужно что-то придумать. Ты слишком неуклюжая… — я прошёлся взглядом по её телу. Благо, я был полностью «сыт», а ещё немного побаливали царапины от Василисы. — Раздевайся.
Миг, и она выпрыгнула из платья, оказавшись лишь в чулках на подтяжках и трусиках.
Рост метр семьдесят. Грудь около пятого размера, не костлявая, есть немного «мясца», как прокомментировал Ларри.
Пышные бёдра, довольно длинные ноги и выразительная талия. Светлые волосы связаны чёрными бантиками и свисают двумя хвостиками. Или как оно называется, не уверен…
Лицо… Думаю, симпатичное. Но наивное. Большие голубые глаза, в меру пухлые губки, аккуратный нос и низкая чёлка. В том плане, что волосы почти достают до глаз.
— Мне всегда говорили, что у меня большая грудь и «классная задница», за это меня и терпят… — опустив голову, сказала горничная.
— Попрыгай.
— Пользователь, согласитесь же, что это великолепное зрелище! — комментировал Ларри то, как Дарья прыгает на месте. И я, пожалуй, ничего не отвечу…
— Стоп. Я всё понял. У тебя слабая спина и ноги, а также грудь тянет вперёд, поэтому ты постоянно спотыкаешься и неуклюжая. К тому же, мне кажется, у тебя проблема со зрением.