Съём без правил (СИ)

— Не понимаю, как нам поможет то, что у Вас, Константин, есть девушка? Да и у нее есть парень. Вон они у стола стоят. Боится ее «папик», что уведут, одну не отпускает.
— Ну не такой уж он и «папик», — разглядываю парня Людочки.
— Ага, такой же старый, как и ты.
Наконец-то отбрасывает лишние фамильярности Марина и тоже переходит на «ты». Никакой я не старый, и за то, что она так считает, мне хочется придушить ее, но я сдерживаюсь.
— Опыт для мужчины — это почти, как золотая огранка для бриллианта, милая моя официанточка. И старше я тебя всего на семь лет.
— Ладно, — зевает Марина, — в любом случае у нее есть бойфренд.
Даже из дверного проема, в котором мы все еще стоим с Мариночкой, видно, что Людочка и ее богатый красавец о чем-то спорят.
— Так уж устроен женский мозг, — усмехаясь, облизываюсь, — да в принципе и любой другой — всякие, даже самые идеальные отношения, приедаются своей идеальностью.
Приподнимаю бровь, когда Люда замечает нас, тут же хватаю Марину за руку, притягиваю к себе и перехватываю за талию.
Моя спутница кривится, провожая взглядом мою ладонь.
— А можно вот без этого? — пытается она разжать мои пальцы на своем теле.
Я ее игнорирую. Людочка должна знать, что я пользуюсь успехом у прекрасного пола.
— Женщине постоянно нужно чувствовать себя как героине романа — быть обожаемой, в центре страстей, интриг и тайн, — объясняю Марине, которая от нашей близости охает и кряхтит, пытаясь вывернуться из моих наглых объятий.
Вот уж упрямая курица. Неужели так сложно подыграть мне? Сейчас я настоящий. Перед Мариной притворяться нужды нет. Мне необходимо было попасть в тусовку, я это сделал, благодаря официанточке.
— Ее молодой человек, — указываю в сторону парочки, что меня интересует, — скорее всего уже мало что дает — иначе бы она не смотрела на меня прямо сейчас, — усмехаюсь, играя бровями.
— Пффф, она на всех смотрит и при этом никому не дает. Небось, ждет свадьбы с ним.
Мы садимся за стол в центре, и я подношу Марине бокал.
— Так вот, если даже он регулярно водит ее на свидания и дарит цветы — то это уже превратилось в обыденность.
Марина качается в такт музыки, вздрагивает, когда кто-то взрывает хлопушку конфетти. Вместе мы наблюдаем за тем, как Людочка ссорится с бойфрендом. И почему я чертовски прав?
— А если они влюблены? — берет меня на слабо.
Марина улыбается, будто обломала меня. Слушает внимательно, ожидая, когда я пойму, что шансов нет. Пьет из трубочки. Кажется, ее веселит все, что происходит. А еще, благодаря моему преображению, она очень красивая сегодня. Смотреть на нее приятно.
— Милочка, я буду безупречен, праздничен и всегда в хорошем настроении. Пойми, что своего МЧ она очень часто видит небритым, не выспавшимся, в плохом настроении и в растянутой майке. На этом фоне буду я, тот с кем не надо решать насущные проблемы, а только приятно проводить время. Модно одетый, выбритый и свежий.
— И хвастливый, — хохочет Марина, раскрасневшись от напитков. — Фигня какая-то. А если они не ночуют вместе? Если она и вправду девственница, он для нее тоже праздничный, — закатывает глаза Марина.
— На нас обратили внимание, — поднимаю глаза. — Мы пара, — шепчу Марине на ушко, перегибаясь через стол.
Людочка стоит у окна, слушает своего хахаля, но поворачивается к нам, рассматривая.
— Она никогда в жизни не поверит, что мы с тобой пара.
Я хитро улыбаюсь, беру ладонь Мариночки в свои руки и подношу пальчики девушки к своим губам. При этом мы смотрим друг на друга. Она вытягивает свою руку и отворачивается, смутившись.
— Это еще почему? — заставляю встать, тяну ее танцевать.
Кладу ее руки на свои плечи. Сам беру ее за талию, мы смотрим друг на друга, наши носы почти соприкасаются, настолько мы близко. Я чувствую ее дыхание. Приятный аромат духов.
— Ты не мой типаж, Константин.
— Нет никаких типажей, куколка, есть просто правильные кнопки.
Мы топчемся по кругу, нас то и дело толкают другие пары. Мне нравится ее обнимать. Пахнет приятно, теплая на ощупь. Но я все время смотрю на Людочку. Женщина моей мечты морщит носик, качает головой, топает ножкой. Они ссорятся и сейчас самое время помочь ей понять, кто ей нужен на самом деле.
 
— Есть, еще как есть, у каждого человека есть свой типаж, — спорит Мариночка, — и мой типаж: благородный молодой человек, добрый, веселый, умный, а не прожжённый бабник с задранным самомнением. Мужчина нуждающейся в любви, тот, что желает быть понятым. Тот, что мечтает создать пару. Это в человеческой природе.
— Педик, короче, — подытоживаю я все описанное выше, продолжая смотреть за плечо Марины.
Последняя фыркает.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
— Тебя кто-то обидел? Какая-то школьница наставила рога? Ты рос без отца? Мать била тебя и орала, как полоумная? В чем причина, Константин? Это ненормально. Почему ты этим занимаешься?
Марина слегка отстраняется. А мне смешно. Тоже мне доктор Фрейд. Решила спасти заблудшую душу. Ничего нового.
Моя мать? Моя мать была весьма неразборчива в своих вкусах. Думать о ней мне неприятно. До сих пор помню, как будучи мальчиком, слышал ее стоны в соседней комнате. Она включала кассетный магнитофон громче, но я все равно знал, чем она там занимается с очередным мужиком. Хахалем, которого я никогда в жизни больше не увижу. Стряхиваю с себя эти воспоминания, будто капли воды в дождливую погоду. Снова улыбаюсь.
— Чем занимаюсь? — переспрашиваю у Марины, которая уже придумала для меня слезливую историю.
— Пикапом.
Не выдержав ее проникновенного взгляда, я смеюсь. Женщины любят спасать мужчин, разгадывая их сокровенные тайны.
— А почему нет? — смотрю ей в глаза, на мгновение отрываясь от Людочки. — Я молод, физически силен, мне нравится разнообразие.
Широко улыбаюсь и опускаю руку на ее круглую попку. Сжимаю, ощущая приятное покалывание в ладони. Пока у меня не срастется с Людочкой, Марина вполне могла бы скрасить мой досуг. Но девушка не рада, она дергается, грубо толкает меня в грудь. Прекращает танец. Отходит в сторону и залпом выпивает стакан газировки.
— Наш договор будет работать только в том случае, если ты не будешь распускать руки.
Она смотрит на меня зло, будто я убил кого-то или покалечил долбанного пушистого котенка.
— А у тебя с этим проблемы?
— С чем?
— С мужчинами, — наклоняюсь к ее уху и говорю страшное слово из четырёх букв, начинающееся на «с».
— Ты гнусный тип, Константин.
А я уже не слышу ее, в серые глаза не смотрю. Потому что прямо передо мной разворачивается драма. Бойфренд Людочки, царапая пол, с грохотом задвигает стул. А затем театрально покидает сцену. Людочка расстроена, она смотрит на меня, совершенно случайно выхватывая мой внимательный взгляд из толпы. Грустно улыбаясь, она отворачивается к окну, заправляя прядки волос за уши. Сую свой бокал Марине и отодвигаю ее в сторону.
— Твой выход, Озерский, главное — не сплоховать.
  
Глава 8
 
— Твой выход, Озерский, главное, не сплоховать, — говорю сам себе и направляюсь к чужому холодильнику.
На вечеринке полно людей, почти всех я вижу впервые, но сейчас мне нужен повод подойти к этой девушке. Ну не совсем к ней, просто оказаться рядом. Наклоняюсь, открывая отделение морозилки, делаю вид, что увлечен поисками мороженого.
Помещение столовой смежное с кухней, и окно, у которого стоит Людочка, расположено недалеко от того места, где стою я. Ее шмыганье носом слышно даже на расстоянии. И, порывшись в задних карманах, я благородно протягиваю девушке пачку одноразовых платочков.
Красавица берет предложенное, аккуратно, так чтобы не размазать тушь, протирает салфеткой уголки глаз, улыбаясь.
— Вы мужчина Марины? — выдавливает она, а я согласно киваю.
Она смотрит на мое запястье, где сверкают крупным циферблатом модные наручные часы тиссот с толстым черным ремешком. Заинтересованный женский взгляд не упускает из виду темно-серые брюки от гучи и останавливается на лоферах той же фирмы. О да, она безусловно оценила мои старания. Девочка знает толк в дорогих вещах.