Съём без правил (СИ)
Глава 6
Тем же вечером я захожу в кафе, напротив интересующего меня издательства «Земля». «Знакомая» официантка протирает стойку и я, улыбаясь, усаживаюсь прямо перед ней. Все-таки она хорошенькая. Я нагло разглядываю ее с ног до головы и, не скрываясь, пялюсь на круглый девичий зад.
— Ты-то мне и нужна, — говорю скорее себе, чем ей.
— Здравствуйте, — широко улыбается «хвостик», кладёт передо мной меню. — Чего желаете? Сегодня на «milk bar» действует скидка пятьдесят процентов. В вашем распоряжении фруктовые коктейли, фреши, натуральные чаи…
Я широко улыбаюсь. Это забавно. Делает вид, что не запомнила меня. Чуть откидываюсь на спинку высокого металлического стула, смотрю на нее, улыбнувшись уголком рта.
— Как только Вы сделаете выбор, я к Вам снова подойду, — выдает она давно заученную фразу.
— Ага, — улыбаюсь еще шире. — Марина, — написано у нее на бейджике, которого в прошлый раз не было.
Официантки в моем списке тоже есть. Все они уходили со мной прямо со смены, но с таким хорошеньким личиком попадается впервые.
— Мне бы чаек с клубничкой, — смотрю на глубокий вырез ее майки, в прошлый раз футболка была куда скромнее.
А грудь-то замечательная, красивой, округлой формы. Пышная, но между тем не слишком большая. И шея тонкая, кожа чистая, белая. Но я здесь не за этим.
— Предлагаю заключить перемирие. Я был не прав, груб и не воспитан, мне очень стыдно, — кладу руку себе на грудь.
Девушка пожимает плечами.
— Вы меня с кем-то путаете, мужчина. Так чай с земляникой нести? У нас больше пользуется спросом малина.
— Не ломайте комедию, бармен Марина, Вы не могли меня не запомнить, — перегибаюсь через стойку и шиплю на нее, словно кобра.
Она слегка отстраняется и приподнимает руки вверх, будто я дефективный или заразный.
— Борюсик, — зовет она охранника, игривым, совсем не перепуганным голосом, — тут неадекват.
К моему счастью, Борюсик занят флиртом с посетительницей в «леопарде» и не слышит того, что его зовет официантка Марина.
— Ладно, — снова осматриваю ее с ног до головы, — не хочешь по-хорошему, будем по-бессовестному.
Делаю паузу, высокомерно смотрю ей в глаза, не стараюсь соблазнить, скорее играю. Нравится наблюдать за ее реакцией.
— Давайте, я Вам кое-что расскажу о Вас, Мариночка. Раз уж Вы не хотите мило беседовать и помогать мне просто так, — цинично улыбаюсь. — А Вы, Мариночка, послушаете.
Она не может удержаться, и ее глаза заинтересованно вспыхивают.
— Жила-была девушка Марина. Родилась она в обычной семье, с достатком ниже среднего. Папа ее всю жизнь трудился токарем или фрезеровщиком, а может маляром-штукатуром, тут уж точно сказать не могу. Мама работала в школе, скорей всего дослужилась до завуча. В этой самой школе Марина и училась. Училась очень хорошо, исключительно на одни пятерки. Это видно по тому, как аккуратно она ведет свой блокнот и заполняет карты меню.
Официантка-«хвостик» тут же прячет маленькую книжечку в карман фартука, прикусывает губу, но отчего-то продолжает меня слушать.
— Благодаря своему старанию и прилежанию, балл на ЕГЭ она получила просто отличный. И, о чудо, Марина смогла поступить в престижный ВУЗ, да ещё и на бюджетное место. Семья очень гордилась Мариной, но денег все равно не хватало. Приходилось подрабатывать официанткой в кафе. А что же сейчас? Когда нет клиентов, Марина читает умные книжки.
Я перегибаюсь через барную стойку и замечая гору учебников, припрятанных в дальней полке. Гордо вскинув подбородок, «моя» официанточка попой загораживает «улики».
— В университете Маринина успеваемость оказалась ничуть не хуже школьной. Преподаватели ее любят. Она у них на хорошем счету. Некоторые уже уговаривают остаться на кафедре. Там же учатся богатые детишки. И пока Марина корпит над учебниками, помогая маме и папе платить за двушку на окраине, они катаются на спорткарах и посещают салоны красоты.
— Интересная версия, — усмехается сероглазая, — только папа у Марины водитель автобуса, а мама завучем никогда не была.
Приподнимаю брови, встречаясь с ней взглядами.
— Благодаря лени и безалаберности богатеньких ублюдков, Марина имеет дополнительный доход. Делает им курсовые, не бесплатно, конечно же.
Официантка Марина заразительно смеется.
— Вам яду прямо в чай добавить или можно в обертку завернуть, в качестве конфетки?
Прищуриваюсь, заглядывая в серые глаза. Она смеется еще громче, наклонив голову к плечу.
— Что может быть общего у мажорки Людочки Потапенко и простой девочки, вроде Марины? Ну не подруги же Вы, в самом деле, Мариночка?
Качает головой, осуждая меня.
— А может мы сводные сестры или я ее мачеха? Сплю с ее папашей, пока первая жена посещает вечеринки кому за… — неожиданно выдает Марина.
Ухмыляюсь. А она забавная, жаль, бесполезна для меня.
— У Вас нет доказательств, — опирается на барную стойку и переходит на шепот, — горе-соблазнитель.
— Между прочим, я не горе, — я приподнимаюсь и тянусь к ней.
Смотрю на розовые губы, а она не шевелится. Расстояние между нами совсем крохотное. Марина не боится и не дергается. Надо отдать ей должное, умеет держать удар. А я ведь старше. Взрослый мужчина, а она студентка.
— И о какой цифре идет речь?
Мои победы, вот что ее интересует. Отдаляюсь и откидываюсь на стул.
— Полсотни, — подмигиваю и тоже шепчу, оглядываясь, будто нас кто-то может подслушать.
— Уууу! Да Вы — Казанова.
— Казанова — дилетант, Мариночка.
— В любом случае у Вас нет доказательств всей той белиберды, что Вы себе напридумывали, — поправляет она резинку на хвостике. — А мне надо работать.
Она вытаскивает из кармана блокнот и ручку, улыбается новому клиенту, приступает к обслуживанию, а я кричу ей вслед:
— Я видел Вас вместе после пар. И я профессиональный журналист. Ловко ты в баре конспирировалась, будто вы с ней не знакомы. Я за сутки достану кучу фотографий, где ты торгуешь знаниями. В твоем деканате вряд ли понравится эта информация. Знаешь, что с тобой будет? В лучшем случае выгонят из Универа.
Она вздыхает. Смотрит на клиента, потом возвращается ко мне.
— Ну, допустим, — скрещивает она руки на груди, насмешливые серые глаза смотрят скептически. — Что Вы хотите за молчание, дыроискатель?
Ууу, как пошло. Это она сейчас всех моих женщин оскорбила? Не хорошо, а ведь совсем еще юная девушка.
— Если интим, — прерывает она мои размышления, — то я не согласна, можете рассказывать, что угодно и кому угодно.
— Нет, вот интим с Вами, Мариночка, меня больше не интересует.
Девушка удивленно приподнимает правую бровь.
— Вы, Мариночка, поможете мне соблазнить Людмилу Потапенко, — не спрашиваю, утверждаю я.
Глава 7
— Вы ровно можете стоять, Мариночка? — придерживаю за локоть свою спутницу, которая так и норовит завалиться на бок.
— Нет моей вины в том, что у этих туфель слишком огромные каблуки. Это не туфли, а цирковой аттракцион какой-то.
Мы стоим у входа в очень странную квартиру, где сегодня проходит шумная вечеринка. Вписка, как они это называют. Сюда меня привела Марина. Для этого она собственно мне и нужна была. Попасть в их мир. Изначально мы договорились, что встретимся у входа в подъезд, но увидев, во что одета моя спутница, я отправил ее переодеваться. Моя «девушка» не должна быть в драных джинсах и желтой майке с кричащим лозунгом «Перемен!».
Я сам выбрал для нее короткое черное платье, облегающее фигуру, колготки с имитацией чулок и туфли на шпильке.
— Зато в них ты выглядишь как девушка, а не как девочка, подросток женского пола, ведущий себя как мальчик, — резко перехожу на «ты».
Честно сказать, она выглядит не просто, как девушка. Она выглядит, как очень горячая девушка. Разглядывая свою спутницу, мне даже приходится одернуть самого себя. Я здесь не для этого. Моя цель — Людмила Потапенко, а не студентка-официантка из бедной семьи.