Самое королевское убийство

– Для тех, кого пригласили на охоту?
– Для любовниц. Любовниц, которые хорошо стреляют – в идеале.
– Интересно, что они про меня думают. В домике, имею в виду. Я ни разу там не завтракала.
– На твоем месте я бы не беспокоился. Что происходит в Сандрингеме, остается в Сандрингеме. Готова?
Рози гадала, что подумала бы ее мать, увидев свою дочь под руку с гвардейцем, непринужденно болтающую с королевской семьей. Дедушка Рози начинал в Пекхэме, обмывал тела в морге. Его дочь получила диплом медсестры и стала уважаемым членом общества, помогла множеству людей. Рози на сегодняшний день уже отклонила предложение руки и сердца от виконта. Правда, виконт был невероятно пьян и говорил, как сильно она напоминает ему Грейс Джонс – что могло быть комплиментом из уст некоторых людей, но в данных обстоятельствах показалось ей довольно расистским. Возможно, сегодня она будет распивать шерри с убийцей. Сэр Саймон был прав: никогда не знаешь, чего ожидать от этой работы.
  
Королева немного страшилась сегодняшней встречи, и затянувшаяся простуда не делала ситуацию лучше. Мероприятие давало шанс повидать друзей и соседей, но сложно найти нужные слова, когда один из них недавно потерял любимую жену, а в новостях только и говорят, что о его расчлененном кузене. Королева хотела выразить поддержку лорду Манди, но она была скорее деятелем, чем оратором, и никогда не знала, что говорить в таких ситуациях.
Чарльз, к его чести, интуитивно почувствовал ее смущение и предложил отложить поездку в Шотландию до Хогманая 19, чтобы быть рядом с матерью во время приема. Он тоже был большим поклонником Ли.
– Ты уверена, что справишься, мамочка?
– Конечно, – стоически ответила королева.
Она задавалась вопросом, приедет ли барон вообще, и большую часть вечеринки его не было видно. Ли всегда была более общительной из супругов, и, возможно, Хью решил остаться дома со своими любимыми овцами. А затем королева заметила его в дальнем конце салона, он как раз направлялся к ней в сопровождении двоих своих детей, которым было за сорок, и незнакомого мужчины – ровесника его сына.
Рози рассказала королеве, каким ранимым лорд Манди показался ей в телефонном разговоре перед Рождеством. Несмотря на предупреждение, его внешний вид шокировал монарха. Хью выглядел опустошенным. Над ним возвышался сын Валентин, схожий с ним лицом и телосложением, с выдающимся сен-сировским носом и пронзительными голубыми глазами, но более крепкий соответственно возрасту. Он нервно крутил кольцо с печаткой кровавого камня на мизинце. Валентин увидел, что королева смотрит в их сторону, и сцепил руки за спиной.
– Вы так добры, Ваше Величество. Мы благодарим за приглашение, – начала его сестра Флора, сделала непринужденный реверанс и резко выпрямилась, чтобы поправить упавшую на глаза прядку. – То, что приключилось с Недом, – такой кошмар. И с мамой тоже. Невозможно передать, каким тяжелым для нас было это Рождество, – она заставила себя улыбнуться. – Но хватит о грустном, как вы поживаете?
Неестественный блеск в ее глазах свидетельствовал о боли, скрывающейся за манерами. Королева почувствовала, что именно Флора унаследовала энергию и упорство Ли. Она была похожа на мать: пышные брови, румяные щеки и радостная улыбка, в непослушных каштановых волосах проглядывала седина. Королева заверила Флору, что у нее “все прекрасно, спасибо” – ложь, но единственно возможный ответ в данных обстоятельствах. Филип проворчал, что чувствует себя “хоть в гроб ложись” – более честно, но абсолютно не к месту.
– Позвольте представить – Роланд Пенг, – сказал Валентин.
При этих словах привлекательный, одетый с иголочки мужчина рядом с ним учтиво поклонился и пробормотал: “Ваше Величество”. Он выглядел вежливым и совсем не смущался присутствием монаршей особы, что делало его многообещающим собеседником.
– Роланд приехал к нам на праздники, – объяснила Флора.
– Мы партнеры по бизнесу, – уточнил Валентин.
– Еще один растениевод, – с улыбкой добавила Флора. – Как мама.
Королева повернулась к Роланду:
– Неужели? И чем же конкретно вы занимаетесь?
– Культивирую растения без почвы и солнечного света, – ответил Роланд, улыбнулся и поднял одну бровь, будто предвкушая удивление королевской четы. – По крайней мере, инвестирую в компании, которые это делают.
– А! Гидропоника! – голос принадлежал Чарльзу, королева обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как он подходит к их группе. – Как интересно. И где же вы этим занимаетесь? Я слышал, так можно и в пустыне салат вырастить. Как успехи?
– Надо сказать, замечательно. – Пенг улыбнулся еще шире товарищу по увлечению. – У нас есть станции в Неваде и в Калифорнии. Пока что все идет как по маслу.
– И вы управляете делами из Норфолка?
– Нет. Из Лондона и Сингапура. У меня там семья. – Он повернулся к королеве. – Мой дед разделяет ваше хобби, мэм.
– О? Полагаю, речь не о выращивании салата в пустыне.
– Совсем нет. Он страстный любитель голубей. Знаю, у вас здесь есть голубятня. Дедушка приобрел одну из ваших звезд с аукциона, Чайну Блю.
– Неужто? Как замечательно. Я помню Чайну. Как у нее дела?
– Превосходно. Дедушка ждет от нее выводок новых чемпионов.
Королева и впрямь помнила птицу. После головокружительной спортивной карьеры эта призовая голубка удивила всех, когда ушла с аукциона за шестизначную сумму. Цены на голубей росли неслыханными темпами. У дедушки Роланда Пенга явно были дорогие увлечения. Это объясняло непринужденность внука в стенах королевского дома. Они еще немного поболтали, но у Роланда хватило хороших манер заметить, что королеве очень хочется поговорить со своим другом Хью. Извинившись, он повел Валентина к следующей группе, и королева заметила, как Рози без проблем вовлекла их в беседу. Быстро научилась, с удовлетворением заметила королева.
Лорд Манди, до сих пор молчавший, подвинулся вперед и занял место рядом с дочерью.
– Мне так жаль, – понизила голос королева, которая была рада наконец уделить ему внимание и высказать соболезнования лично. – Я так хотела попасть на поминальную службу. Бедняжка Ли! Я слышала, прощание прошло очень трогательно.
Глаза барона подернулись слезами:
– Да, так и было. Мы просто утопили церковь в цветах из сада. С каждого куста. Они едва влезли, правда, Флора?
– Правда, – откликнулась Флора и не стала ничего добавлять. Хрупкая краткость ее ответа была достаточно красноречива.
– Как тяжело для вас всех.
– На самом деле, – сказал Хью, – были и неожиданные плюсы, если можно так выразиться. На похороны приехал Нед, очень благородно с его стороны. Мы не виделись четверть века, не говорили еще дольше. Но, когда заболела Ли, он вышел на связь.
– Неужто? Не очень‐то на него похоже, – сказал Филип.
– Думаю, с возрастом он стал мягче, – предположил барон. – И, кажется, начал размышлять о конечности собственной жизни. Он внезапно забеспокоился, что ему будут не рады в семейном склепе. Но я заверил его, что он не прав. Много воды утекло и так далее. Боюсь, что на финансовом фронте я был менее щедр. Он просил помощи в его делах с одичанием, но у меня просто нет на это ресурсов.
– Да уж, – вклинилась Флора, – Ледибридж – просто денежная черная дыра. Мы всю жизнь пытаемся придумать, как удержать его на плаву. Слава богу, есть сады – летом посетители обеспечивают большую часть нашего дохода. Но в следующем сезоне придется сдаться и открыть интерьеры. Я как раз над этим работаю. Все должно быть экологичным и безопасным. Зеленый глянец и кондитерская с пирожными. – Она скривила мину комического отчаяния.
– О да, – сказала королева, думая о собственном центре посетителей, как раз вниз по дороге. – Прекрасно вас понимаю.
Глаза Флоры на мгновение расширились от смущения, но она тут же взяла себя в руки.
– Ну конечно, мэм. Нам стоит взять у вас пару уроков. У вас все так замечательно выходит.