Опасное счастье

Меж тем Сара прошептала:
— Я пойду к своему адвокату. Он скажет, что мне надо делать.
Этого нельзя было допустить. Джейн внутренне содрогнулась от ужаса, прекрасно зная, что любой мало-мальски стоящий адвокат в силах не допустить этой публикации. Поведение Сары может быть классифицировано как преступление, совершенное несовершеннолетней, и все угрозы Джейн окажутся пустым звуком. Если Сара попадет к адвокату, то ей, вполне вероятно, удастся выиграть дело.
— Если вы выйдете отсюда, не подписав документ, то я буду в редакции газеты прежде, чем вы в кабинете адвоката! — не скрывая угрозы, сказала Джейн.
— Но… я не могу…
— Нет, можете! — Настало время выкладывать свой последний козырь. Джейн вытащила из кармана второй листок бумаги и показала его Саре.
Это был банковский чек на сто тысяч долларов. Вдвое больше, чем должна была получить Сара завтра. Мисс Хаттон изумленно разинула рот.
— Мой клиент дал мне указание отдать чек вам, если вы подпишите документ, — без зазрения совести солгала Джейн.
В глазах Сары засветилась откровенная жадность, и она инстинктивно протянула руку, но Джейн отступила.
— Он ваш после того, как документ будет подписан. Не раньше.
— А откуда я знаю, что это не подделка? Или что вы не аннулируете чек, как только выйдете отсюда.
— Это банковский чек, — терпеливо объяснила Джейн. — Выписанный на ваше имя. Все равно что деньги. Ну так как, он вам нужен, или я прямо отсюда еду в редакцию?
Сара Хаттон еще раз взглянула на чек. Верные сто тысяч — прямо сейчас или не очень надежные пятьдесят — завтра с перспективой большего, но с вполне вероятным скандалом в прессе. Она приложила руку к явно разболевшейся голове. И Джейн поняла, что начинает сказываться усталость от присутствия в доме капризничающего и кричащего ребенка.
Деньги или сын? Эта женщина всегда и всему предпочитала деньги. И на этот раз выбор был очевиден.
Через две минуты контракт был подписан и подпись мисс Хаттон засвидетельствована. Джейн отдала Саре копию, тоже должным образом оформленную.
Пусть теперь ее адвокат попробует что-нибудь сделать, с удовлетворением подумала Джейн. Как раз во время подписания документа пришел почтальон, так что у нее, помимо водителя такси, оказался второй незаинтересованный свидетель.
Оставалось только увезти Уилли из этой пропахшей табаком и алкоголем квартиры. Сара не выглядела опечаленной таким поворотом событий. Когда за ними закрывалась дверь, она все еще рассматривала чек и даже не удосужилась бросить прощальный взгляд на сына.
Джейн, которой хотелось убраться отсюда как можно скорее, так крепко прижимала к себе Уилли, что чуть не сделала ему больно.
— В деловую часть города, пожалуйста, — сказала она водителю, после того как он закрыл за ними дверцу автомобиля.
Офис Кроуза располагался в великолепном современном здании с видом на залив. Джейн привезла Уилли прямо туда.
По-видимому, детей здесь видели не слишком часто, подумала она. Взгляды, которые бросали на нее в лифте и в коридорах, были удивленными, если не сказать больше.
Водитель такси охотно остановился у магазина, где Джейн купила детское питание, бутылочки, подгузники, но они так и остались лежать бесполезным грузом в сумке. Малыш, уютно устроившись на руках Джейн, уснул…
Наконец Джейн добралась до верхнего этажа. Огромный бежевый ковер. Гигантский стол черного дерева, за которым сидела весьма представительная секретарша средних лет — настоящий дракон в юбке. У Джейн сразу упало настроение. Только очередной схватки ей не хватало.
— Чем могу помочь? — При взгляде на спящего ребенка, брови секретарши полезли на лоб.
— Мне нужно видеть мистера Кроуза.
— Он на совещании. — Голос секретарши звучал несколько натянуто, она как будто удивлялась тому, что особа, подобная Джейн, осмеливается спрашивать самого Дэвида Кроуза.
— А нельзя ли вызвать его с совещания? — без обиняков спросила Джейн. — Дело очень важное.
Женщина открыла было рот, намереваясь что-то сказать, но еще раз взглянув Джейн в лицо, потянулась за телефонной трубкой.
 
— О ком мне доложить…
— Скажите, что его хочет видеть сын.
Лицо секретарши словно окаменело.
— Его сын?!
— Да.
Наступило молчание. Потом словно во сне женщина положила телефонную трубку, встала из-за стола, посмотрела на малыша… и разразилась слезами.
Внезапно откуда ни возьмись, приемная наполнилась людьми. Из разных дверей появились служащие в строгих деловых костюмах, несколько смазливеньких секретарш, лифтер и даже человек с принадлежностями для мойки окон в руках.
Джейн с беспомощным видом стояла посреди восторженной толпы, не в состоянии сказать ни единого слова.
— Боже мой, какой славный!..
— О, как он похож на отца…
— Взгляните, у него брови мистера Кроуза…
— Познакомься со своим будущим боссом, Джордж…
Встретившая Джейн секретарша по-прежнему не отводила глаз от спящего ребенка, и ее мокрое от слез лицо светилось радостью.
— Я знаю его отца с тех пор, как ему исполнилось три года, — объяснила она. — О мой мальчик… — Секретарша обернулась к Джейн. — Можно… можно я его подержу?
— Он мокрый.
— Какое это имеет значение, — возмущенно возразила леди. — О, мой дорогой…
И она взяла Уилли в свои явно опытные руки.
Джейн отошла назад. Это была цитадель Кроуза, и его люди приветствовали Уилли как своего. А она, похоже, здесь лишняя.
Поставив сумку с питанием, бутылочками и подгузниками на стол, Джейн обратилась к человеку, одетому в серый костюм:
— Простите, как вас зовут?
— Вуди Генз. Бухгалтер.
Серый Костюм почти не обращал на нее внимания. Его глаза были прикованы к Уилли. Вуди Генз. Это имя было знакомо Джейн, и она знала, что ему можно доверять.
— Вы не передадите кое-что мистеру Кроузу. От меня.
— Что?.. — Человек взглянул на листок бумаги, который она держала в руке, и взял его. Документ, подписанный Сарой Хаттон. — О, разумеется.
— Берегите его, — попросила она.
И Генз, кивнув, положил документ во внутренний карман пиджака.
Больше Джейн нечего было здесь делать. Она кинула последний прощальный взгляд на продолжателя династии Кроузов и направилась домой.
Никто даже не заметил ее ухода.
  
15
 
Джейн не вернулась на работу. Вместо этого прошлась по берегу залива, глядя на огромные суда, суетящихся людей, безбрежную океанскую гладь — и не видя ничего. Проголодавшись, купила банку колы и пакет чипсов, который почти целиком скормила чайкам. Потом снова бесцельно бродила по улицам.
Очутившись наконец дома, она приняла душ, залезла в постель и долго лежала, уставившись невидящими глазами в потолок. В десять часов вечера раздался звонок в дверь, который вывел ее из забытья.
Нет ее дома! Только не сегодня…
Звонок снова зазвенел — четыре долгих надоедливых трели. Она зарылась головой в подушку — и внезапно замерла, услышав раздавшийся из-за двери голос.
— Джейн, соседка сказала, что ты вернулась полчаса назад. Я знаю, что ты здесь. Откроешь, или мне ломать дверь?
Дэвид!
Что ж, даже если это Дэвид Кроуз, ее все равно нет дома. Она еще глубже зарылась в подушки.
— Предупреждаю тебя! — не унимался голос за дверью, и раздавшийся стук сообщил ей, что миссис Бентли из квартиры наверху не любит, чтобы ее беспокоили.
Вот черт!..
— Считаю до десяти…
— Ладно!
Накинув на плечи халатик, Джейн босиком дошла до двери и взялась за ручку.
— Чего ты хочешь?
— Войти.
— Это невозможно.
— Нет, возможно. И я войду, Джейн, чего бы мне это ни стоило. Я хочу поговорить с тобой.
— А я не хочу говорить с тобой…
— Заткнетесь вы когда-нибудь там, внизу! — разнесся по дому громоподобный голос миссис Бентли, и вслед за ним раздались еще два или три недовольных голоса.
О господи! Тяжело вздохнув, Джейн приоткрыла дверь на несколько сантиметров, и в образовавшуюся щель тотчас же просунулся сверкающий носок ботинка.