Гадина Петровна (СИ)

Королева на этот раз не закрывала глаза, как тогда, а, наоборот, смотрела в оба. При этом переживала, что своим напряжением выдаст себя и провалит всю операцию.
Софи миновала дорожку, ведущую вглубь парка. Королева скорее догадалась, чем увидела, как в её сторону подалась фигура в темном плаще, с наброшенным на голову капюшоном. Ровена не удержалась и выкрикнула:
— Софи беги!
Со свистом воздух рассек увесистый камень. Черная фигура вскрикнула и упала, как подкошенная, капюшон сполз с головы преступницы, открывая роскошные рыжие волосы. Капитан, отбрасывая рогатку, ловко набросил на женщину сеть, подтягивая и опутывая ее руки и ноги, подобно заправскому рыбаку, поймавшему русалку, затем связал добычу веревкой. Рядом в пузырящейся и шипящей луже валялся кофейник без крышки, распространяя вокруг себя темное пятно из выжженной травы.
Софи стояла неподалеку, испуганная, с широко распахнутыми глазами, но совершенно невредимая. Королева подошла и крепко обняла ее. А затем посмотрела на смутно знакомую девицу в сетях.
— Попалась рыбка! Или птичка? Как ты ее подстрелил ловко, — она подошла к извивающейся и шипящей проклятия женщине. — Теперь можно и Шварца звать.
— Генерал, через час я жду от вас основные сведения: кто такая, за что и почему, — сказала она, когда капитан передал задержанную в ведение Шварца.
— Дайте мне пятнадцать минут на разговор с дамой и мы будем располагать нужной информацией, — своим отрывисто-тявкающим голосом заверил тот. Вездесущий шварцев секретарь тут же запротоколировал их обмен репликами.
Королева с капитаном остались сидеть на скамейке в парке.
— Я считаю, — торжественно объявила королева, — что мы молодцы. И должны это отметить.
— Я бы с удовольствием, — со вздохом сказал Дефорт. — Но я на службе, к великому сожалению.
— А ты возьми один день в счет отпуска.
— В счет отпуска?
— Ага. Я сделаю приказ, подпишу его. Там две секунды делов. В общем, ты свободен до завтра, Добби.
— Я не Добби, — серьезно ответил капитан. — Я Робби. Капитан Роберт Дефорт.
Королева внезапно осознала, что даже и не думала, что у капитана есть имя. Он был для всех, и для нее в том числе, просто «Дефортом». Неловко вышло с Добби.
— Галина, очень приятно, — она протянула ему ладонь.
Капитан аккуратно пожал маленькую узкую ручку. Поздно понял, что надо было поднести к губам.
Королева весело засмеялась. Он тоже смущенно улыбнулся.
По дорожке к ним спешил с пыхтением и недовольным бормотанием под нос советник, который нес два письма в руках.
— Что такое, Теофиль? Не говори, что сегодня выходного не получится! Плохие новости? — с тревогой спросила королева.
— Ну это как посмотреть, — сказал Теофиль. — Это с западного рудника, он возобновляет работу. Сообщают, что внезапно отыскали ранее незамеченную глубинную жилу.
— Так это же прекрасная новость! Отлично, собираем Грыру на премию. А это от кого?
— От Хундвика.
— Что пишет?
Теофиль молча протянул ей маленький квадратный листок и замер в ожидании реакции.
«Красивый умер. Т. Хундвик».
Прочла королева, и словно тяжесть всего мира легла ей на плечи. Она медленно выдохнула и стала с нарочитым вниманием рассматривать облако, плывущее по небу. Вот бы заплакать, разрыдаться, чтобы эту плотину копившихся всю жизнь чувств, эмоций уже прорвало и наступило облегчение и невесомость. Но слезы никак не шли. Проще было вернуть золото в Аурусбург, чем просто и по-женски всплакнуть.
Прибежал паренек в форме, сообщил, что генерал приглашает королеву на прогулку тет-а-тет и ожидает ее у входа в парк.
Шварц стоял, заложив руки за спину, у того самого изваяния с раскрытой книгой, которое королева знала гораздо лучше других. При ее приближении генерал предложил руку, согнутую в локте. Ровена приняла жест, и они медленно пошли по ухоженным садовым дорожкам.
Шварц отпустил секретаря, Дефорта также пришлось попросить подождать у статуи.
— Ну, поведайте мне, генерал, — начала Ровена, — зачем красивой и, как я понимаю, знатной даме, нужно было покушаться на жизнь шестнадцатилетней дочери кухарки и сапожника?
 
— Я думаю, ваше величество, что вам все станет ясно, как только мы прольем свет на личность преступницы, имя которой Диана Дельро. Графиня! Сама она, надо сказать, не шибко высокого происхождения, родители — обычные горожане с окраин Аурусбурга, но благодаря выдающейся красоте и определенной женской хитрости, очень удачно вышла замуж за графа Дельро, который добился ее признания при дворе королевы Фелиции. Однако супругу своему она отплатила черной неблагодарностью, заведя интрижку с одним известным ловеласом, не знаю, знакомы вы или нет, лордом ныне враждебного нам Блэквуда Натаниэлем Палмером. О, по глазам вижу, что знакомы, — он хитро посмотрел на нее, пытаясь поймать даже самые мимолетные эмоции, отраженные на лице.
— Шварц, хватит ломать комедию. Я знаю, что вы все про всех давно разнюхали. Как и я осведомлена о некоторых ваших наклонностях, включая адреса в Аурусбурге, по которым вы не брезгуете прохаживаться.
— Тем лучше. Ну раз вы сами заговорили про Аурусбург, то подскажите, пожалуйста. Когда вы с лордом выезжали на… прогулки, каким именем вас записывали в книгу на выезде?
Ровена резко остановилась, пораженная догадкой, к которой привели сложившиеся факты. Она посмотрела на Шварца в упор.
— Да, — подтвердил Шварц ее мысли, — Диана устраняла соперницу. Фактически вас. Мы нашли у нее в аппартаментах письма. Надо отдать должное лорду, он разорвал с ней отношения еще до встречи с вами. Но мадам не из тех, кто принимает поражение в амурных делах.
Они повернули в сторону выхода из парка, где она оставила капитана. Королева мрачно размышляла, Шварц не отвлекал, давая ей возможность принять информацию. Выходит, что ни в чем неповинная девушка была под ударом, пережила в одной из возможных реальностей страшную боль из-за ее легкомысленной оплошности. И получается, что она никакая не спасительница, а самая настоящая виновница всего произошедшего.
— Что теперь с этой женщиной?
— Сидит в темнице, горько плачет. Просит устроить разговор с лордом Палмером. Мы направили срочное письмо графу Дельро, но вряд ли получим ответ вскоре. Он с некоторых пор недужен, и надо бы проверить еще, не отравлен ли часом при такой деятельной жене.
Они подошли к статуе с книгой.
— Не смею вас больше отвлекать от государственных дел, — поклонился Шварц, — и напоминаю, что завтра состоится открытое заседание по делу об отравлении короля Леонарда IV, да дарует ему небо скорейшего выздоровления, ваша явка как королевы и основного свидетеля обязательна.
 Глава 29 
 «Сердце занято. Любовь есть» 
Глава 29. «Сердце занято. Любовь есть»
— Вот, — Ровена протянула капитану бумагу, утвержденную ее собственной печатью. С 13.00 сегодня и до 7.00 завтрашнего утра, ты свободный человек.
— И что мне теперь делать с такой щедростью? — развел руками Дефорт.
— Мы поедем на пикник. Я распорядилась, Фрэн подготовит нам корзину с едой.
— Это какой-то особенный пикник? — уточнил Дефорт. — Мы там будем сидеть в засаде на преступников?
— Обычный, без преступников.
— Прекрасно, я тогда тоже кое-что возьму с собой.
Через пятнадцать минут Дефорт кое-как затащил тяжеленную корзину с едой и напитками в экипаж и уселся кучером.
— Куда? — спросил он, ожидая указаний.
— Куда глаза глядят! — ответила королева устало, — подальше отсюда. Ты смотри, какая добросовестная и заботливая женщина у нас Фрэн, — протянула она, заглядывая в корзинку, — все честно понадкусывала!
Они выкатили за ворота, не преминув отметиться в книге выездов, и поехали той дорогой, которой когда-то прибыли сюда. Капитан помнил, что где-то рядом находилось живописное озерцо, и решил, что Ровене там понравится. И вот, посреди зеленого полотна блеснуло синее глянцевое пятно. Он остановил экипаж и спросил: