Правильный Драко (СИ)

Дафна поперхнулась мороженым и, кашляя, с силой ткнула его локтем под рёбра, но уголки её губ всё же дрогнули в улыбке.
Пэнси и Теодор переглянулись, сдерживая улыбки, а затем Пэнси, закатив глаза, покачала головой:
— Да уж, — фыркнула она, — от скромности ты точно не умрёшь, Малфой.
— Я просто не вижу ни единой причины для скромности, Паркинсон, — лениво парировал Драко, вальяжно покручивая ножку бокала с мороженным. — Хотя… сдаётся мне, что кто-то просто завидует. М-м-м? Я прав?
  
Драко демонстративно выпрямился и начал нарочито внимательно оглядываться по сторонам, словно выискивая кого-то в толпе.
— Кстати, что-то я не наблюдаю поблизости твоего… рыцаря, — протянул он с ехидной ухмылкой. — Неужели дама расстроена, что её герой с рыжей шевелюрой сейчас не у её ног?
Пэнси вспыхнула, и её пальцы судорожно сжали ложечку.
— Уизли сейчас слишком занят: он празднует победу своего болгарского идола, — огрызнулась она, стараясь, чтобы голос звучал безразлично, хотя щёки её предательски порозовели. — И к твоему сведению, Драко, в отличие от некоторых прилипчивых личностей, мне не требуется круглосуточное присутствие кавалера, чтобы чувствовать себя самодостаточной ведьмой. Так что оставь свои грязные инсинуации при себе.
Драко уже открыл рот, чтобы выдать очередную колкость и развить тему «самодостаточности», но тут же получил ощутимый тычок локтем под рёбра — уже второй за последние пять минут и куда более болезненный.
Он поперхнулся воздухом и с притворным возмущением посмотрел на Дафну.
Однако Гринграсс, вместо того чтобы строго отчитать его, лишь покачала головой и с абсолютно невозмутимым лицом, в глубине глаз которого плясали лукавые искорки, произнесла:
— Прекрати, Драко. Имел бы совесть. Ей ведь и так тяжело без своего парня, а ты только усугубляешь ситуацию.
Пэнси застыла с ложечкой во рту. Она медленно, словно в замедленной съёмке, повернула голову к подруге и посмотрела на неё с выражением глубочайшего, трагического предательства — в её взгляде читалось немое: «И ты, Брут?».
— Он. Не. Мой. Парень! — прошипела она, сузив глаза, как рассерженная кошка, у которой пытаются отобрать миску сливок. — Дафна, ты-то хоть не начинай! Это возмутительно!
Теодор тихо рассмеялся, наблюдая за этой сценой, и отставил свою чашку.
— Знаешь, Дафна, — заметил он, с улыбкой качая головой, — Драко на тебя плохо влияет. Ты посмотри на себя: уже начинаешь подшучивать над людьми так же как и он. Скоро совсем испортишься.
Драко, потирая ушибленный бок, самодовольно усмехнулся и, притянув Дафну чуть ближе, вальяжно откинулся на спинку стула.
— Мой дорогой Тео, — протянул он лениво, — я бы назвал это не «плохим влиянием», а «изысканной огранкой». Согласись, немного здорового сарказма делает любую леди только очаровательнее. К тому же… — он сделал многозначительную паузу, — совершенство, как известно, заразно. И я просто делюсь им с окружающими.
Теодор лишь красноречиво закатил глаза, решив, что спорить с эго Малфоя — занятие столь же бессмысленное, как и попытки научить тролля балету, и вернулся к своему десерту.
Пэнси, однако, явно собиралась выдать колкий ответ, но слова замерли у неё на губах. Её взгляд вдруг расфокусировался, а затем застыл на точке где-то за спиной Драко.
— О, — только и произнесла она.
Драко, уловив перемену в её лице, лениво обернулся, проследив за её взглядом.
Сквозь пёструю толпу отдыхающих волшебников к их столику пробиралась весьма колоритная компания: неразлучная гриффиндорская троица, возглавляемая сияющей Асторией. Они шли, крутя головами по сторонам, явно высматривая кого-то конкретного.
В какой-то момент взгляд Драко пересёкся с взглядом Поттера. Гарри, заметив слизеринцев, облегчённо выдохнул и ускорил шаг, увлекая за собой остальных.
— Эм… Привет, — поздоровался он, остановившись у их столика. Поттер переминался с ноги на ногу и выглядел так, словно чувствовал себя незваным гостем на чужой вечеринке.
Подошедшая следом Астория, как всегда, лучилась энергией и тут же решила разрядить обстановку.
— Да не съедят они тебя, Гарри, они вполне мирные, — весело прощебетала она, подмигнув сестре. Затем, понизив голос до заговорщического шёпота и скосив глаза на Малфоя, добавила: — По крайней мере, в светлое время суток… Ну, почти все.
Драко лишь улыбнулся в ответ на эту шпильку.
— Ты что-то хотел, Поттер? — спросил он ровным тоном. — Или просто решил насладиться нашей компанией?
— Ну, если ты не забыл, — Гарри посмотрел на него в упор, и в его взгляде мелькнуло напряжение, — то сегодня в Хогсмите нас ждёт наш с тобой… общий друг.
— Чёрт, — мысленно выругался Драко.
За всей этой суматохой с первым туром, он совершенно выкинул из головы назначенную встречу с Сириусом Блэком. Но отступать было некуда — обещание есть обещание.
Он тяжело вздохнул, и поднялся из-за стола.
— Ладно, ребята. Мне нужно отойти на некоторое время. Не скучайте тут без меня.
— Ты куда? — без особого интереса спросил Теодор, отправляя в рот ложечку мороженого.
— Да так, появились неотложные дела, — уклончиво ответил Драко, поправляя мантию. — Не волнуйтесь, это максимум на полчаса, может, час. А вы пока… как там говорит наш уважаемый директор? Налаживайте межфакультетские связи.
Улыбнувшись на прощание Дафне, которая проводила его взглядом, он кивнул Поттеру, и они вдвоём растворились в толпе, направляясь в сторону трактира «Кабанья голова».
Оставшаяся компания, помедлив секунду, начала рассаживаться за освободившиеся места.
Астория тут же юркнула на стул рядом с Дафной и, склонившись к её уху, принялась что-то оживлённо нашёптывать, хихикая и стреляя глазами. Дафна слушала сестру с лёгкой полуулыбкой, иногда качая головой.
Гермиона, чувствуя себя немного скованно в окружении «змеиного факультета», присела на край свободного стула рядом с Ноттом.
Теодор, заметив её неловкость, повёл себя как истинный аристократ.
— Мисс Грейнджер, — вежливо обратился он, пододвигая к ней меню. — Позвольте порекомендовать вам здешний горячий шоколад с корицей. В такую погоду это лучшее средство от хандры. Так что если желаешь, можем заказать.
Гермиона удивлённо моргнула, явно не ожидая такой галантности от слизеринца, но благодарно кивнула, принимая меню.
Рон, наблюдавший за этой сценой, нахмурился что-то обдумывая. Затем он решительно повернулся к Пэнси, которая сидела напротив него с таким видом, будто изучала невероятно интересную трещину на столешнице, старательно делая вид, что рыжего парня перед ней просто не существует.
Рон, вдохновлённый примером Теодора, прочистил горло и, стараясь придать голосу непринуждённость, спросил:
— Эм… Паркинсон? Может, ты тоже… ну… чего-нибудь хочешь?
Пэнси вздрогнула, словно её ударило током. Она подняла на него взгляд — колючий и холодный.
— Мне. Ничего. Не надо, — отчеканила она, едва разжимая губы. В её голосе звучало столько яда, что им можно было бы отравить гиппогрифа.
Рон лишь хмыкнул, пожимая плечами — мол, я пытался, и демонстративно отвернулся, уткнувшись в разговор Гермионы и Тео. Но, несмотря на показательное безразличие, он то и дело бросал короткие, быстрые взгляды на девушку напротив.
И Пэнси, хоть и сидела с гордо выпрямленной спиной, глядя куда угодно, только не на него, делала ровно то же самое.
Подойдя к «Кабаньей голове», Драко и Гарри остановились и осмотрелись. Внутри трактира, судя по гулу, яблоку было негде упасть — как впрочем, и в большинстве заведений Хогсмида в этот день. Зато на улице, прямо перед входом, были выставлены грубо сколоченные столы, где, наслаждаясь редким осенним солнцем, выпивали и громко переговаривались разношёрстные посетители.
  
— Ну и где Сириус? — спросил Гарри, нервным жестом взъерошив и без того беспорядочно торчащие волосы. Он щурился, пытаясь выцепить знакомый силуэт в толпе.