Между решениями (ЛП)

— Как интересно, — сказал Атилас. — И нам сказали, что никто не загружает видео, они просто появляются там, уже с музыкой.
Джин Ён рассмеялся и произнёс какое-то слово по-корейски, которого я не поняла.
— Да, — мрачно сказал Зеро. — Это действительно похоже на сирену.
  
Глава 5
 
— Вот блин! — сказала я, впечатлённая. — Есть ли современные сирены, которые знают, как пользоваться Инетом?
  
— Очевидно, так, — сказал Атилас. Он не казался удивлённым, но я не знала, было ли это потому, что он уже начал подозревать, или он просто пытался сделать вид, что знает, что происходит. — Я бы сказал, довольно плачевное положение дел.
— Этот тритон, — мрачно сказал Джин Ён. — Он слишком много болтает.
— Нельзя всё сваливать на Маразула, — возразила я. — В смысле, да, он может продавать что-то сомнительным людям и вообще заниматься сомнительными делами, но ему не нравится, когда люди страдают. Он старается держаться подальше от подобных вещей.
Джин Ён фыркнул, и Зеро бесстрастно сказал:
— Ты недостаточно хорошо знаешь тритона, чтобы так говорить.
— Мы с ним полдня дрались, — заметила я. Я вернулась к своему луку, чтобы было чем занять руки. Говорить о Маразуле с тремя моими психами всё ещё было неловко — на грани срыва. — И даже когда он решил иметь дела с тобой, а не со мной, это было потому, что он боялся тебя. Кроме того, мы бы знали об этом раньше, если бы сирены обладали такими способностями, не?
— Я общался не со многими сиренами, — сказал Атилас. — Но я полагаю, что подобные вещи, как правило, входят в их компетенцию.
— Лады, современная сирена, которая знает, как пользоваться Инетом. Отлично. Но почему они вдруг начали пытаться убивать людей в Хобарте именно сейчас? И почему именно так? Разве обычно они просто не поют на людей?
— Сирены обычно не появляются в местах, где много людей, — сказал Зеро. — Они предпочитают открытое море и один-два корабля, чтобы заманивать моряков поодиночке. Они, как правило, работают в одиночку, что хорошо для нас.
— Очень интересно, — задумчиво произнес Атилас. — Результат соответствует исторической норме — однако, метод! Я бы предположил, что он действительно новый.
— Я никогда раньше о таком не слышал, — уверенно сказал Джин Ён. Он попытался отщипнуть ещё кусочек ананаса, но отступил с тихим рычанием, когда я пригрозила ему ножом.
— Итак, мы считаем, что кто-то передал сирене технологию, — сказала я. — В смысле, не считая Маразула. С чего бы сирене обращаться к нему за такими вещами? Откуда ей знать?
Зеро сложил свои массивные руки на половине кухонного стола, заслонив меня от шинковки лука.
— Мы сказали, что цикл начинается снова; если мы можем это определить, то и другие люди могут это сделать. Например, Вышестоящие — они могут обратиться к нужным людям.
— Другим людям, которые заинтересованы в том, чтобы цикл начался сначала, — согласился Атилас.
— Значит, не король, — сказала я, высыпая весь нарезанный лук в миску. — Полагаю, он захочет сунуть свой нос в это дело и узнать, что происходит? Если люди включат сирены и устроят беспорядки по всему городу?
Зеро выглядел явно уставшим.
— Почти наверняка.
— Тогда я полагаю, что, скорее всего, Вышестоящие дают указания сирене, если сирена не просто делает своё дело.
— Почти наверняка, — повторил он. — Но сначала я посоветуюсь с Маразулом; без сомнения, он знает, кто способен на такое. Возможно, он даже работал с человеком, который это сделал.
Я поставила сковороду почти такую же большую как я сама, на кухонный островок, чтобы занять место Джин Ёна, в надежде, что он покинет своё место на островке и сядет за стол. Он этого не сделал, но откинулся на спинку стула, настороженно глядя на меня, и скрестил руки на груди.
Сковородка, конечно, не была похожа на барбекю, но она была самым близким к нему, что у меня было.
— Надо как-нибудь купить барбекю на открытом воздухе, — сказала я Зеро. — Знаешь, после смерти твоего отца и короля все перестанут пытаться убить друг друга.
Его глаза стали ещё светлее.
— Является ли смерть моего отца необходимым условием?
— Ну, тебе решать, — сказала я. — Ты же сам думаешь, что он убил твою маму.
— Я этого не говорил, — сказал он.
— Ты и не должен, — сказала я. — Ты не можешь ходить вокруг да около, пытаясь найти компромат на своих отца и мать, угрожать убить меня, потому что я получила информацию раньше тебя, а потом пытаться притвориться, что это не потому, что ты подозреваешь, что он убил твою маму. Ты пытаешься найти доказательства, чтобы убить его на законных основаниях.
— Мне не разрешается убивать фейри высокого уровня, — коротко ответил Зеро. — Они должны предстать перед системой правосудия Запредельных, если только их не убьют при поимке.
— Не парься, я убью его для тебя, — сказала я, легкомысленно демонстрируя свой дискомфорт. — Обменяю на информацию о том, что было на флешке.
Я сказала это в шутку, чтобы снова поднять настроение, и отвернулась, чтобы достать щипцы и лопатку для взбивания яиц, чтобы он мог воспользоваться возможностью и разгладить морщинку между бровями.
— Флешка, — к моему удивлению, сказал Зеро, — содержит на удивление мало информации. То, что в ней есть, касается моей мамы… и связанных деталей.
— Так и знала, — тихо сказала я, обращаясь к маленькой треснувшей плитке над раковиной. — Так и знала, что это так.
— Если бы ты это знала, то отдала бы мне её, как только получила от Северного, — сказал Зеро с некоторым раздражением. — Вместо того, чтобы убегать и усложнять всем жизнь.
— Да, но так сделки не заключаются, — сказала я ему, борясь с чувством вины, когда вспомнила, что Джин Ён был тем, кто дорого заплатил за это. — Атилас подумает обо мне плохо, а я не могу допустить, чтобы Атилас думал обо мне плохо.
Довольно жалобно Атилас сказал:
— Возможно, ты помнишь, что я уже персона нон грата, Пэт. Будь добра, не давай моему господину больше повода испытывать ко мне неприязнь.
— А как же твоя мама? — спросила я Зеро, игнорируя Атиласа. — И что это за связанные детали?
Взгляд Зеро остановился на мне, такой же вопрошающий, как и у Джин Ёна ранее, но, как я подозревала, по совершенно другим причинам. Неужели он думал, что я действительно просматривала файлы, которые Маразул извлёк из флешки? Я была уверена, что он пытался понять, искренна ли я в своём вопросе. Я, по меньшей мере, сбила его с толку, и это было забавно. Сбивать Зеро с толку всегда приятно: он такой высокомерный и так редко приходит в замешательство, что это приятная перемена.
— Если ты собираешься назвать меня лгуньей, то должен произнести это вслух, — сказала я ему.
Атилас улыбнулся в свою чашку. Это было вполне обычно: он любит чай и загадочно улыбаться, так почему бы не сделать и то, и другое сразу? Тем не менее, в его глазах было что-то притягательное или, может быть, усталое, печальное, что часто появлялось на прошлой неделе, и это беспокоило меня.
Было ли это просто из-за того, что он грустил о Зеро, или было что-то ещё?
— На флешке, — наконец сказал Зеро, устремив на меня очень печальный взгляд, — были только те материалы, которые касались жизни моей матери до того, как она переехала жить сюда.
— До того, как её похитили, — поправила я. Зеро уже знал это, но эвфемизмы, обозначающие похищение и насильственный брак, не показались мне подходящими для того, чтобы привыкнуть к ним. — Я подумала, что в ней должна быть какая-то информация о твоей маме или убийце, так что это не так уж удивительно. Похоже, тебя это удивило.
  
— Не удивило, — сказал он. — Просто её полезность ограничена. Как ты уже сказала, она была от Северного, так что я не мог быть полностью уверен, что информация в ней верна, но, судя по тому, что я недавно смог подтвердить из других источников, похоже, что это так.
— Да ну? Что ты смог подтвердить в других источниках?