Между решениями (ЛП)

Я скорчила гримасу, но, в конце концов, не то чтобы я действительно могла сбежать от Джин Ёна. Я уже сказала ему, что ему не позволено влюбляться в меня, и чем скорее эта идея придёт ему в голову, тем лучше. А пока мне оставалось только смириться с этим.
— Лады, — сказала я. Было несколько вещей, которые я могла бы сделать для этого дела из дома: связаться, например, с Эбигейл и посмотреть, какие разговоры Маразул мог бы найти в Интернете. А ещё я опоздала со звонком Моргане.
  
— Тогда домой, — сказал он.
— Сначала стейки, — сказала я. — Потом домой. Можешь понести сумки.
***
В ту ночь в доме было не то чтобы неспокойно, но и не совсем уютно. Зеро, возможно, полностью восстановил своё самообладание и трезвость, но в Атиласе была какая-то настороженность, которая заставляла меня чувствовать себя немного не в своей тарелке, а тот факт, что Джин Ён пришёл посмотреть, как я готовлю ужин, вместо того чтобы сидеть с остальными в гостиной, ещё больше вывел меня из равновесия.
— Кстати, что вы, чуваки, нашли на берегу? — я крикнула в гостиную, чтобы избежать тихого, замкнутого ощущения, что остаюсь наедине с Джин Ёном. Как ему удавалось занимать так много места, когда он был таким потрясающе худым! — И не думай, что я забыла про флешку, Зеро! Ты не можешь делать что-то втайне, а потом ожидать, что я не спрошу об этом!
В гостиной на мгновение воцарилась тишина, прежде чем Зеро бесстрастно произнёс:
— Должно быть, тебе очень тяжело это переносить.
Что, конечно, означало, что он был не единственным, кто сделал это втайне, и что меня разоблачили. Я слегка ухмыльнулась.
— Хочешь, я угадаю, что там?
— Ни в коем случае.
— Я действительно верю, что лучше раньше, чем позже, — пробормотал Атилас, и, подняв глаза, я обнаружила, что тёмные глаза Джин Ёна устремлены на меня, он наклонил голову набок.
Его брови поползли вверх: выражение лица говорило: «Правда? Он собирается тебе рассказать?».
Я пожала плечами в ответ.
— Если бы ты не ушла из дома тритона в такой спешке, то уже увидела бы, что на ней было, — сказал Зеро, появляясь в дверном проёме и прислоняясь к косяку.
Мы с Джин Ёном повернули головы, чтобы посмотреть на него.
— Ага, но кто-то пришёл и подкупил мой источник, — многозначительно сказала я.
— Кто-то украл мою флешку.
— Ты не можешь утверждать, что я украла её, когда кое-кто дал её мне, — запротестовала я. — Я заключила с вами сделку, и до неё она была моей.
— Ты была в процессе кражи содержимого.
— Лады, — сказала я, возвращаясь к нарезке лука. В этой истории было гораздо больше, чем знал Зеро: флешка, которую я ему дала, была не единственной, которая у меня была, и я была уверена, что он всё ещё думает, что стеклянная флешка, которую я принесла Маразулу, принадлежала тритону, а не была моей с самого начала. — Это справедливо. Я так и поступила.
— Никогда не признавайся в содеянном, Пэт, — с болью в голосе произнёс Атилас. — В некоторых кругах это равносильно признанию долга.
— Отлично, — сказала я и направила свой нож на Зеро. — Тогда как насчёт такого? Докажи это, приятель.
Джин Ён зашипел от смеха и протянул руку, чтобы стащить кусочек ананаса. Я позволила ему; если вы не видели вампира, радостно поглощающего кусочек ананаса обоими клыками, как огромная фруктовая летучая мышь, не осуждайте меня.
Зеро указал на изображение и холодно спросил:
— Что это?
— Это вампир, который ест ананас, — сказала я ему. — Не меняй тему. Ты собирался рассказать мне, что на флешке.
— Я не собирался, я имел в виду, зачем есть ананас, если мы готовим барбекю?
Я уставилась на него.
— Ананас тоже нужно приготовить на гриле! Ты что, дикарь?
Зеро на мгновение страдальчески прикрыл глаза и сказал:
— Думаю, я предпочёл бы поговорить о флешке. Я не собираюсь это есть.
— Как хочешь, но нам больше достанется, — сказала я, кивнув Джин Ёну подбородком.
Это было ошибкой: он улыбнулся мне поверх своего ананаса, тепло, радостно и немного вопросительно. Я тут же отвела взгляд и огрызнулась на Зеро:
— Ты мог бы также рассказать нам, что на флешке; не похоже, что Атилас уже не знает.
— Ты, — сказал он, — не Атилас.
Но он всё равно зашёл на кухню, что было облегчением, и Атилас последовал за ним, вялый и молчаливый. Я отложила лук, чтобы приготовить нам всем по чашке чая и отвлечься от ананасового лица Джин Ёна.
— Лады, — сказала я, уступая на данный момент. Я наполнила чайник и нажала на кнопку «Включить». — А что вы, чуваки, нашли на берегу?
— Сначала — довольно большой беспорядок, а потом — восторженную толпу, — сказал Атилас, усаживаясь за стол на своё обычное место и закидывая ногу на ногу. — Зеро был особенно активен; на самом деле, ты можешь найти его в Интернете вместе с последней предполагаемой жертвой.
Мы с Джин Ёном оба уставились на Зеро, который с раздражённым видом уселся на ближайший к гостиной барный стул.
— Я позабочусь о том, чтобы убрать видео, — сказал он. — Тритон может об этом позаботиться.
— Мне кажется, это позор, мой господин.
Атилас делал много тонких, забавных подколок чуваку, который на днях был на волосок от смерти, как мне показалось. Однако эта мысль не помешала мне в полной мере воспользоваться представившейся возможностью.
Я наполнила чайник и френч пресс для приготовления кофе и спросила Зеро:
— Что ты сделал? Ты выставлял себя напоказ людям? Разве это не против правил? Она была очень хорошенькой?
Зеро уставился на меня. Наконец, он в замешательстве спросил:
— Кто была очень хорошенькой
— Девушка, которую ты спас, — подсказала я ему. Я взглянула на Атиласа, и одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что я была права. — Она была хорошенькой, верно?
— Почти нечеловечески, — сказал он, и его глаза засияли весельем. — И мой господин был достаточно дерзок, чтобы завладеть сердцами и умами…
— …и камерами, — мрачно перебил Зеро.
— …каждого зрителя. Это было настоящее спасение. У девушки уже есть много подписчиков в Интернете; я не сомневаюсь, что после этой выходки у неё будет ещё больше подписчиков.
Зеро вздохнул: большой, порывистый, полный раздражения.
— Она танцевала на крыше здания…
— Вы слышали музыку?
— Нет. Она танцевала, держа телефон за спиной, и, танцуя, спрыгнула с края здания и упала на четыре этажа вниз.
Я слегка вздрогнула и налила Атиласу чашку чая, вдыхая теплый, успокаивающий аромат лавандового «Эрл Грея».
— Полагаю, ты был там, чтобы схватить её в воздухе, раз уж ты говоришь о ней не в прошедшем времени.
— Почти нечеловечески, — снова сказал Атилас, бросив на Зеро довольно острый взгляд.
— Под какую песню она танцевала? — спросила я их, неся чашку через всю кухню.
Атилас с удивлённым видом взял свою чашку с чаем.
— Тебе обязательно это знать, Пэт?
— У меня такое предчувствие, — объяснила я.
Зеро выглядел немного подозрительным, но Джин Ён только опёрся подбородком на ладонь, ухмыляясь и ожидая. Я не знаю, думал ли он о том же, о чём и я, или просто был рад, что я, похоже, знаю что-то, чего не знали Атилас и Зеро. Ему нравятся вещи, которые создают проблемы.
— В то время детектив разговаривал со мной по телефону, — сказал Атилас. — Очевидно, он получает уведомления всякий раз, когда на веб-сайте появляется что-то подобное. Мы общались в режиме реального времени, когда происходило это событие, и, по-моему, я слышал песню «Believe it or Not». Я подтвердил это детективу.
— Ты думаешь, это важно? — спросил меня Зеро. Это было приятно: я всё ещё не привыкла к тому, что он спрашивал моё мнение о чём-то, даже о том, о чём спрашивала я сама.
  
— Без понятия, — ответила я. — Но в первом видео, которое мы посмотрели, кто-то пел «Walking on Sunshine», прогуливаясь по воздуху в солнечный день. Если бы это была песня «Believe it or Not» — в месте, где они поют «веришь или нет, я гуляю по воздуху», — и та, в которой мальчик, которого повесили и задушили на крючке, задыхался под звуки «Зацепился за Чувство», я бы… у меня такое чувство, что кто-то считает их забавными.