На цепи (СИ)
В следующее мгновение Крынкин махнул рукой, и всадники, стоявшие перед нами, синхронно нажали на спусковые крючки.
Дальше все вокруг вдруг замедлилось. От стволов пистолетов медленно отделились круглые свинцовые шарики и медленно полетели к нам. Сами всадники будто застыли. Повернув голову назад, я увидел ту же картину и сзади.
Среди нас троих в этом застывшем мире свободно двигались я и Сильвестрыч. Сергей застыл, как и все. В его глазах плескалась решимость умереть.
- Делай как я, но по задним! – крикнул я орку и выпустил наружу свою энергию, представив огромный щит, прикрывающий спереди нас троих.
Передо мной выросла стена холодного синего света, и тут же время вернуло свой нормальный бег.
В то же мгновение полтора десятка пуль, не долетев до нас полуметра, упали на землю. Меня продолжал наполнять поток энергии. Защитная стена передо мной продолжала расти и утолщаться.
Крынкин пытался перезарядить пистолеты. У него это плохо получалось. Он постоянно отвлекался, тревожно поглядывая на растущую стену. Всадники, сопровождавшие Крынкина, переглянулись и не стали терять время на перезарядку пистолетов.
Видимо, они тоже обладали даром. Из каждого полился поток магической энергии. Всадники сформировали перед собой такую же стену, только ниже и толще. Мне она чем-то напомнила нож бульдозера, или плиту, или пресс, поставленный вертикально.
Эту плиту они со всей дури двинули на нас. Она понеслась, как говорили раньше, со скоростью курьерского поезда.
Оглянувшись, я увидел, что всадники, которых сдерживал Олег, сделали то же самое. Их энергетический пресс тоже приближался к щиту Олега с не меньшей скоростью. И хотя всадников с его стороны было меньше, магический пресс был такой же.
Похоже, люди Крынкина захотели нас раздавить между нашими же магическими щитами.
Температура вокруг нарастала. Волоски на руках и волосы на голове встали дыбом. По телу побежали вполне зримые электрические разряды. Запахло паленой шерстью. Похоже, моя шкура реально становилась паленой. Мои внутренности будто насадили на миллион крючков и тянули в разные стороны наружу. Боль адская.
Еще несколько секунд и вражеские магические прессы ударят о наши щиты и раздавят нас. Я сосредоточился и старался как можно больше магии влить в щиты, чтобы, выиграть лишние мгновения, авось что-нибудь еще успею придумать. Олег тоже держал щит что есть мочи. И рычал.
Сергей стоял крайне сосредоточенный и пытался разжечь свой невеликий Дар. Но у него не получалось. Он постоянно отвлекался на сближающиеся щиты.
- Прапорщик! Отставить отвлекаться! Сосредоточится на Даре! ... – крикнул я Сергею.
Тут что-то вспыхнуло передо мной. Перед глазами заплясали радужные круги.
- Наконец-то, мы раздавили этих гнид! Прыткие оказались! – было последним, что я услышал перед тем, как все кругом пропало.
Глава 17
В полной темноте меня что-то коснулось, легко, но требовательно. Ощущение было таким, будто тебя кто-то не сильно пинает ногой в грудь, желая убедиться, что ты жив… или мертв.
Я издал какой-то нечленораздельный звук и попытался открыть глаза. Светлее не стало. Только тонкий луч синего света, то и дело рыская и прерываясь, коснулся меня в темноте. Коснулся, там, где раньше у меня было солнечное сплетение. Сейчас ничего – также темнота. Я почувствовал тот самый легкий тычок под дых.
- Ну же давай, отзовись! Открой глаза! Ты нам нужен, без тебя никак! – услышал я далекий крик. Голос был знаком.
- Открыл же вроде, - я еще раз сделал усилие, чтобы открыть глаза. Наконец, увидел, как передо мной возвышается созданная мной стена магической энергии.
Судя по тому, что она внешне не изменилась, сознание я потерял не надолго. Может, на доли секунды, но очнувшись, почувствовал прилив сил. Интересно откуда. Тут я вспомнил о той ниточки энергии, которая по сути и привела меня в чувство.
Я сосредоточился и снова увидел ее. Прерывистый луч синего света тянулся от меня к Сергею. Точнее, от Сергея ко мне. Похоже, Шереметьеву удалось взять под контроль свой слабый Дар. И он сразу поделился им. Вторая такая же нить тянулась к Олегу.
Ну что же пришло время заканчивать мериться магическим Даром. Пора применять грубую силу.
Я сделал шаг назад и неожиданно до минимума уменьшил толщину стены внизу. Оставил ровно столько, чтобы она удерживала вражеский щит хотя бы еще пару секунд.
Всю остальную энергию я направил для утолщения верхней части внешней стороны. И еще очень захотел, чтобы вся эта стена бушующей энергии превратилась во вполне осязаемую бетонную стену высотой метров пятнадцать – двадцать. Не знаю, как, но у меня получилось.
При этом я чувствовал, что бетонным был только внешний слой. Внутри этой оболочки бушевала все также магическая энергия.
Если бы нашелся тот, кто наблюдал наше бодание с Крынкиным и его шайкой, со стороны, то он увидел, что эта стена в профиль представляла собой прямоугольный треугольник, стоящий на остром угле с гипотенузой, нависающей над бандой Крынкина. При этом бандиты еще продолжали давить на нее энергощитом внизу, в самой узкой части.
Естественно, стена опрокинулась прямо на них. Уже коснувшись их голов, стена потеряла твердость, и на Крынкина и его приспешников обрушилась лавина магической энергии.
Все кончилось за доли секунды. Вместо Крынкина и тех, кто был рядом с ним, осталось пятно слизи, пахнущее горелым мясом.
Из всех, кто погиб, мне было жаль только лошадей.
Впрочем, переживать и разглядывать дело рук своих не было времени. Надо было помогать Олегу.
Однако Обернувшись, я увидел, что орк вполне справился без меня.
Увидев, что произошло с их подельниками, нападавшие со стороны Олега, поняли, что это занятие бесперспективное, и бросились наутек. Только подковы на копытах лошадей засверкали.
Последнее, на что хватило у нас сил – это обуздать поток энергии, выпущенной Олегом. Правда, удалось еще слегка подпитаться магической энергией убегающих врагов. Как это делать, я не знал, - Олег научил.
Он вытянул руку в сторону бушующей еще энергии и сделал что-то вроде приглашающего жеста:
- Главное захоти и представь, как она вливается в тебя. Даже руку вытягивать не надо, - главное захоти, - буркнул он.
И я захотел, и представил. И меня тут же будто окатил освежающий душ. Дыхание сперло, чуть не задохнулся. Потом почувствовал себя значительно лучше.
Если в первые мгновения после боя, я очень жалел, что не умер, так было больно: - и морально, и физически, то после подпитки, я чувствовал себя просто как после недельного запоя. Тело болело, сердце выскакивало, жизнь не удалась, но появилось чувство, что если дожить до следующего утра, то жизнь наладится.
Все это заняло у нас всего несколько секунд. Сбежавшие враги даже еще не успели доскакать до угла улицы, чтобы скрыться.
- Нам нужен пленный, чтобы понять, что происходит, - устало пробормотал я, опускаясь на мостовую.
- Щас сделаем! – Олег поднял пистолет, прицелился, хотел выстрелить в спину убегающему, потом опустил пистолет ниже, целясь в круп лошади.
- Не, погоди! – я отвел рукой пистолет орка и метнул в спину убегающему сгусток магической энергии, представив будто, это аркан.
Всадника тут же скинуло с лошади и потащило по земле к нам. Остальные оглянулись, но лишь пришпорили коней.
Подтянув к себе пленника, быстро связал его уже настоящей веревкой и заткнул рот кляпом.
- Кстати, как там наш Сергей. Если бы не он, мы бы наверняка погибли.
Прапорщика Шереметьева я обнаружил сидящим на поребрике и медленно раскачивающимся с закрытыми глазами в такт только ему слышимой музыки.
Я подошел, взял его за руку, настроился, почувствовал, как в районе шрама – цветка разгорается энергия. На этот раз – зеленая энергия – энергия жизни. Я немного влил ее в Шереметьева. От меня не убудет, и хуже не станет.