Бывший муж. Я к тебе не вернусь (СИ)
Он мне, конечно, не поверит, но промолчать я тоже не могу. Один мой сын уже считает меня гандоном, хотя…кому я вру? Тимур тоже так считает. И единственная причина, по которой он пошел за мной — ему стыдно смотреть матери в глаза. А теперь…
Блядь!
Все валится куда-то к чертовой матери, и мне бы снова притормозить и подумать, что я поступил правильно. Что развод — это единственный выход. Что я больше не могу смотреть на Полину, которую волнует сервировка стола, блядь, шторы, сервиз, все на свете, только не я! Но… у меня перед глазами скачет ее прическа и какое-то мифическое платье, а еще клуб.
Клуб, полный мужиков. Которые будут. На. Нее. Смотреть.
А они будут.
Моя Поля — женщина, которая умеет цеплять взгляды и вести. Если захочет. Если отвлечется от своих тарелок, музыкальных квартетов и прочего, свесткого дерьма!
Чтоб ее!
Набираю начальника своей безопасности и жду ровно два гудка, после которого слышу его спокойный голос.
— Да, босс?
— Моя жена собралась в клуб.
Короткая пауза, за которой следует аккуратный вопрос.
— Мне…ее остановить?
— Нет, — нет, пусть сходит и развеется. Ей это пойдет на пользу, но… — Я хочу знать, что к ней никто не подойдет и на пушечный выстрел. А еще…
Он снова молчит. Ждет. Не знаю, чувствует ли, что сейчас я ломаю свою гордость? А я ведь ломаю. Мне дела быть не должно, но оно есть. Оно горит и режет меня изнутри, а через мгновение становится словами.
— Я хочу, чтобы твой человек снимал для меня видео всего, что она там делает.
Ой, дура-а-ак…
Прикрываю глаза рукой, издаю тихий смешок.
— Ебать, я идиот…
По ощущениям, бравый солдат, который вот уже пару лет прикрывает мою задницу на случай непредвиденных происшествий и защищает мою семью — того же мнения.
Он, конечно, не позволяет себе посмеяться в ответ, но когда отвечает, то я слышу, насколько он близок к этой грани субординации, которую военный человек не может позволить себе пересечь.
— Я вас понял, босс. Все будет в лучшем виде.
Улыбается.
О да, он улыбается, гад. Но что тут поделаешь, а? Если твой начальник, кажется, совсем с ума сошел?
Кладу трубку и делаю плотную, тугую затяжку, а когда сизый, горький дым уплывает в темное небо, вздыхаю и снова смотрю в экран телефона. Меня нет в социальных сетях — это было бы уже слишком, конечно, но я слежу за своими сыновьями. Хорошо знаю, что мир больших денег — это опасный мир, это море развлечений и это море соблазнов, поэтому предпочитаю держать руку на пульсе. Так что да, я знаю, как называются их профили, и легко нахожу страницу Егора.
Сердце пропускает удар.
Последняя его фотография сделана на веранде нашего дома. Он стоит на фоне пышного, розового куста. Полина его очень любит, ухаживает за ним постоянно, иногда составляет из его цветов букеты. Очень красивые букеты, надо сказать…а ей говорил? Хотя бы раз? Ну, что они были красивыми? Мне казалось, что да, но сейчас я не помню. Значит, не говорил, а надо было говорить.
И ей надо было говорить обыкновенное «спасибо» за все, что она делала для меня. Этого было много. Но, опять же, я говорил? Тоже не помню. Я очень много работал — это хорошо помню. Как давал ей деньги и дарил подарки тоже. Мне казалось, что так я выражаю все то, что выражать словами не научился, но может быть, надо было? Чтобы не оказаться в такой дерьмовой ситуации, где я вынужден пускать на нее слюни через экран?
А я пускаю.
Полина выглядит шикарно. У нее новая прическа с пышной укладкой. Сделала челку, да и волосы теперь короче. Разной длины. Думаю, так сейчас модно, потому что с похожими прическами я видел много женщин, но ей она идет больше остальных.
А платье…
Черт…
Оно не развратное. Я не вижу ее сосков, как видел соски Лолы. Но оно заводит еще больше, потому что в случае с моей Полиной, там грамотно соблюден баланс между похотью и элегантностью. Тайной…да, в ее образе много тайны. Оно приталенное, у него открытые плечи. Оно дает обзор на ее плечи и тонкие линии ключиц. Оно подчеркивает ее талию. Оно ниже колена. И оно, сука, красное!
Твою мать…
Красная тряпка для быка, у которой нет ни одной возможности остаться незамеченной. Как, в принципе, никогда и не было…
«Куда же ты смотрела?...»
Полина
Я танцую под хорошо знакомый трек. Народу — просто море! Таких же...как я. Женщин, которых бросили? Да, возможно, их здесь много. И все такие красивые…взять хотя бы Лару. Боже! Когда я впервые услышала от нее, что Дима изменил — не поверила! Она выглядит великолепно! Стройная, высокая, глаза — озера небесной воды! Волосы шикарные, темные и густые. Стильная, умная, веселая...Вот что тебе не хватало, да?! И я никогда не поверила бы, что это не шутка, но Ян хмуро подтвердил.
Хмуро подтвердил — сейчас это смешно. Знаете? Мне тогда в который раз стало тепло на душе, потому что мой муж не такой! Он не такой мужчина, который будет заводить отношения на стороне. Ему не позволит совесть, его принципы, мораль. Ха! Аж до слез смешно сейчас, и я останавливаюсь, смотрю в потолок и молюсь дать себе сил, чтобы не разрыдаться.
Трек сменяется другим.
До смешного похожего на то, что я сейчас чувствую. Нет, вы только вслушайтесь в слова:
У меня опять война с самой собой
Моя гордость под огнём на поле боя
Нельзя ни верить, ни бояться, ни просить
Ведь если ты придёшь, то чтобы отомстить
Мне лишь остаётся молить богам
Пока я люблю своего врага
Ты не испытание, ты – беда
Я жду тебя, даже когда в бегах
Усталая ночь, температура
Я снова пишу тебе, как дура
Зачем я сдаю координаты
И вновь по тебе разлетаюсь на атомы?
Ночь накрывает, и снова меня ломает
Так сильно меня ломает, ты – моя мания
Вновь добиваешь, я снова всё обрываю
Я правда всё понимаю, только как выстоять?
Ломка, ломка, ломка, ломка
Я как будто на иголках
Ломка, ломка, ломка, ломка
Я не выдержу так долго*
Как смешно…и как точно.
Как, сука, точно! Ты — мой главный враг, самый подлый и родной мой человек…Мой Ян, который оказался не таким, каким я его видела всю жизнь.
А я видела его другим.
Надежным, сильным. Мужчиной, за спиной которого ты всегда можешь позволить себе чувствовать…безопасность. Женщины редко могут чувствовать себя в безопасности. Лара далеко не первая, кого предают мужья даже в моем кругу, а сколько их еще? Вон, целый клуб…
Я оббегаю глазами толпу и вижу, что не только я на этой песни залипла. Не только мне, значит, она бьет точно в мозжечок.
Вот так.
Все мужчины, видимо, жестокие, да? Все похожи, пусть и различаются во всем, но это их общая черта: жестокость по отношению к своим женщинам…
Мой точно жестокий.
Он завел себе роман, который даже не думал скрывать! Просто ради приличия или ради меня. Мы не развелись, а он уже ходит по ресторанам и сосется с этой псиной! На глазах у всех! Как будто это нормально…и плевать на все! И на то, что у него жена еще есть, и на то…
Господи, «еще есть». Какая отвратительная формулировка, и как же больно это вдруг. Понимать, что реальность такова: от тебя ушел муж, и ты «еще есть» только на бумаге. А там уже совсем другая история у него…
Интересно, они сейчас вместе?
Нет, Поля, не смей! Не смей думать, господи! Не смей о них думать…и о нем…не смей вспоминать, как он может быть нежен. Как может быть страстен. Не смей вылавливать из омута памяти обрывки вашей жизни, где пусть он не мог мне чего-то сказать, но всегда делал.
Совершенно по-особенному смотрел. Улыбался лишь слегка! Так неуловимо, но таинственно. Это была только моя улыбка, которую получала лишь я одна. А теперь и она, да? Ты даришь ей такую же улыбку? Совсем мимолетную, как будто ее и нет вовсе, но которая стоит больше всех высокопарных слов.