Увиденный: ЛЕКС (ЛП)

- Когда я ем, это… некрасиво. - Когда Гидеон не ответил, я занервничал и добавил: - Я перестал есть в присутствии других после того, как однажды пообедал с потенциальным инвестором в одном очень эксклюзивном ресторане. Я все пытался наколоть еду вилкой, но каждый раз, когда я клал ее в рот, она оказывалась пустой. Я думал, мне просто не хватает того, что лежит на тарелке, но оказалось, что большая часть того, что я брал с тарелки, оказывалось у меня на коленях, а я и не подозревал об этом. Когда я встал, чтобы сходить в туалет, я убрал салфетку с колен и услышал шлепок. Я понятия не имел, что происходит, пока официант не объяснил, что по всему полу разбросаны овощи из моего салата. - Мои щеки горели, пока я ожидал, что Гидеон что-нибудь скажет. Когда он этого не сделал, меня охватило желание поскорее уйти. Гидеон, должно быть, почувствовал, что я собираюсь встать, потому что его пальцы крепче сжали мои.
  
 - Прости, - хрипло сказал он. - Моя голова оказалась у тебя на коленях.
 Я уже собирался спросить его, о чем он говорит, когда он вдруг выпалил:
- Мои мозги! Мои мозги на твоих коленях… У тебя на коленях! Мои мысли оказались у тебя на коленях.
 Голос мужчины звучал так взволнованно, что я не знал, что с этим делать. Я также понятия не имел, о чем он говорит. С какой стати его мозги оказались у меня на коленях?
 Я поймал себя на том, что улыбаюсь, потому что на самом деле мне было все равно, что он пытается сказать. Я уже понял, что он был крупным, жестким, властным мужчиной, поэтому слушать, как он пытается донести свои мысли, было просто забавно. Мне нравилось осознавать, что не я один сталкиваюсь с неприятным словесным недержанием.
 - Ешь, - проворчал Гидеон, хотя в его словах не было злобы.
Он явно отмахивался от этой проблемы, но не так, чтобы казалось, будто он считает, что я веду себя как ребенок. Я воспринял его ответ скорее как то, что он решил, что это не проблема.
 Поскольку этот человек, по сути, видел меня в самом плохом состоянии, я решил, что если он еще не поджал хвост и не убежал, то и не собирается этого делать. По крайней мере, я не ронял еду себе на колени и не ел с пустой вилки. Когда я приступил к еде, нервы все еще были на пределе, но что-то в том, как Гидеон наслаждался своей трапезой, помогло мне немного сосредоточиться не столько на процессе приема пищи, сколько на вкусе блюда.
 Когда мое зрение стало меняться, я был вынужден нанять повара, чтобы он готовил для меня. Хотя мне и нравились блюда, которые он готовил, в них всегда был определенный уровень стерильности… как будто они были слишком изысканными. Это было похоже на то, как если бы я каждый вечер ел в ресторане. Но, сидя за маленьким столиком с моим грубоватым соседом, я испытывал странное чувство близости. Еда была деревенской и незамысловатой, но в то же время вкусной.
К тому времени, как я очистил свою тарелку, я понятия не имел, была ли она покрыта соусом или ко мне прилипли овощи, но мне было все равно. Я был приятно сыт. Я откинулся на спинку стула и прислушался к звукам, с которыми Гидеон поглощал, предположительно, вторую порцию.
 Я снова задался вопросом, как он выглядит. Не то чтобы это имело какое-то значение, потому что мое тело, особенно нижняя часть, было более чем удовлетворено тем, что мужчина был рядом со мной. Было странно обнаружить, что меня влечет к мужчине, которого я не вижу. Я подумал обо всех мужчинах, с которыми в прошлом у меня что-то было. В первые дни, когда я только начал заниматься сексом, те несколько мужчин, с которыми у меня было что-то, просто клеили меня и вели за собой. Я так отчаянно нуждался в интимной связи с кем-нибудь, что не был разборчив.
 Шли годы, мое состояние росло, и я обнаружил, что круг доступных мне мужчин становится все больше и больше. Они становились красивее и обаятельнее, но в постели все оставалось по-прежнему. Поскольку в сексе я обычно был снизу, это означало, что большинство моих любовников не особо заботились о моем удовольствии. Лишь изредка я находил парня, который продолжал трахать меня после того, как кончит, чтобы я мог кончить без помощи своей руки. Ничего особо не изменилось даже после того, как я заработал свой первый миллион.
 Богатство и то, что я был открытым геем, привели к тому, что мужчины стали появляться из ниоткуда, но я быстро устал от этой игры. Я встретил только одного мужчину, с которым, как мне казалось, у меня были настоящие отношения, но эти отношения закончились катастрофой.
 Когда мое зрение стало падать, я не хотел, чтобы кто-нибудь узнал об этом, поэтому встречаться с другими мужчинами стало невозможно. По правде говоря, я был слишком занят, пытаясь доказать, что мои врачи ошибались, чтобы даже подумать о том, чтобы найти себе партнера. Так что было странно, что находиться рядом с кем-то вроде Гидеона, который, во-первых, не в моем вкусе, а во-вторых, даже не гей, было так расслабляюще. Я напомнил себе, что не могу привыкать к подобным моментам.
 - Хочешь еще? - Спросил Гидеон. - Здесь еще полно.
 Я покачал головой и автоматически потянулся за своей тарелкой.
- Нет, спасибо. Очень вкусно, Гидеон.
 Рука Гидеона остановила меня.
- Не волнуйся, я уберу, - сказал он.
 Я знал, что было бы разумнее просто позволить ему взять блюдо, но я не хотел быть благоразумным. Я хотел быть нормальным. Я хотел доказать себе, что могу быть нормальным.
 - Правило гласит, что если ты готовишь, то не обязан мыть посуду, - сказал я, вставая, не давая Гидеону возможности мне возразить.
Я крепко держал тарелку обеими руками, поднимаясь со стула и обходя стол. Я знал, в каком направлении находится раковина, но теперь, когда встал и двинулся вперед, я сразу же почувствовал себя дезориентированным. Я был вынужден остановиться, когда понял, что понятия не имею, в какую сторону идти.
 - Сюда, - сказал Гидеон у меня за спиной, и затем его большие руки мягко обхватили мои плечи.
Я чуть не подпрыгнул от этого прикосновения, но не потому, что оно испугало меня. Я позволил Гидеону довести меня до места, а затем его руки сомкнулись на моих предплечьях. Мое дыхание участилось, когда Гидеон прижался к моей спине. Когда Гидеон стал объяснять, где находится кран и ручки, все, на чем я мог сосредоточиться - его пах, прижимающийся к моей заднице. Его теплое дыхание овевало мою шею, это заставило меня приступить к мытью первой тарелки. Это все, что я мог сделать, чтобы не выронить чертову штуку и не повернуться в его объятиях.
 Он натурал. Он натурал. Он натурал. 
 Я мысленно повторял эту фразу снова и снова, пока мыл тарелку и аккуратно ставил ее на полотенце, которое, по словам Гидеона, лежало рядом с раковиной. К счастью, он отошел от меня и убирал со стола. В обычной ситуации я бы предложил убрать самому, но решил, что и так испытываю судьбу. Пока Гидеон складывал тарелки в раковину, его рука время от времени касалась моей, и все эти маленькие восхитительные ощущения пробегали по моим рукам. Определенно, это был первый раз, когда мытье посуды вызывало у меня жар и волнение.
 - Чье это правило? - Спросил Гидеон. Он был где-то справа от меня.
 - Что? - Спросил я, не совсем понимая, о чем он говорит.
 - Ты сказал, что это правило. Тот, кто готовит, не обязан мыть посуду.
 - О, - начал я. - Моей семьи.
 - Так ты женат? - спросил он.
Я посмотрел в его сторону и увидел темную фигуру, но поскольку она не двигалась, я не был уверен, что это он. Я покачал головой.
- Нет, не женат.
 Гидеон молчал, но я практически слышал, как крутятся колесики в его голове.
  
 - Извини, просто ты сказал, что у тебя нет родителей... - начал было он, но тут его голос неловко оборвался.
Обычно я ни с кем не разговаривал о своем прошлом, особенно с незнакомцами. Я мог пересчитать по пальцам одной руки, сколько людей знали о моем прошлом, и каждого из этих людей я считал своим братом.
 - Нет, - подтвердил я. - Я вырос в приемной семье. Но у меня есть братья. Четверо. Все старше.