Гарри Поттер и новая семья. Третий курс (СИ)

Люпин изменился в лице, схватил ее за руку и поволок за собой.
— Урок окончен, к понедельнику напишите сочинение о боггартах, — бросил он на ходу.
— Ну вот, — огорченно произнес Гарри, — Эль как раз хотела навестить там Малфоя... Гермиона, как ты думаешь, это просто совпадение или она опять случайно предсказала? Гермиона?
Его подруга никак не могла выйти из класса незамеченной, но и внутри ее тоже не было.
  
========== Глава 5. Уж замуж невтерпеж ==========
4 сентября 1993 года
Элин со вздохом посмотрела на свою чашку и в несколько глотков прикончила оставшееся в ней лекарство.
— Никогда бы не подумала, что можно получить передозировку, — с горечью произнесла она, — но факт есть факт. Отныне я официально ненавижу шоколад. Примерно на месяц. Или даже на два.
— Ты еще жалуешься? Посмотри, что приходится пить мне! — проворчал Драко, демонстрируя выстроившийся на его тумбочке ряд флаконов. — И до того, как срослась щека, эту дрянь вливали мне прямо в горло через воронку.
— Зато теперь у тебя есть очень мужественный шрам, и тебя любит половина девушек школы, — Элин кивнула в сторону соседней койки, заваленной открытками и коробками со сладостями. — А парни уважают за то, что ты не испугался и успел быстро среагировать. Уверена, что за храбрость тебя уже приняли в почетные гриффиндорцы...
Она хихикнула и увернулась от запущенной в нее подушки.
— Нет, серьезно, — продолжала Элин, как ни в чем не бывало подкладывая подушку себе под спину, — ты ведь знаешь, какой репутацией пользуется ваш факультет, а ты ее здорово поправил. Готова спорить, что Дамблдор в честь тебя еще и речь произнесет, когда ты в Большом зале появишься.
— Ты проиграешь, — пожал плечами Драко. — Господин директор не будет меня хвалить, он изволил обидеться на моего отца из-за Хагрида.
— Договор! — предостерегающе подняла руку Элин.
Обсуждение этого вопроса было для них табу. Малфой-старший и лорд Гринграсс уже подали официальные жалобы, и Драко искренне надеялся, что профессор Хагрид в скором времени перестанет быть профессором. Причем не столько даже из личной неприязни, сколько из чисто практических соображений: он записался на этот предмет, рассчитывая, что будет учиться у Кеттлберна, который большую часть времени посвящал не столько уходу за магическими существами, сколько получаемым от них ценным ингредиентам и их рыночной стоимости. Хагрида же интересовали магические существа сами по себе, и о том, что те же гиппогрифы ценятся прежде всего за их когти, сердце и печень, он, скорее всего, вообще не знал. А если бы узнал — пришел бы в ужас и никогда ни за что не стал бы об этом рассказывать.
Пожалуй, где-то в глубине души Элин даже готова была согласиться с Драко в том, что директор выбрал не лучшую кандидатуру. У лесничего был огромный практический опыт, но ведь практика — это еще не все, а в теории Хагрид, не сдавший в свое время даже СОВ, откровенно отставал. Вот если бы профессоров было два, и практические занятия Хагрида дополнялись бы теоретическими у второго преподавателя... Но пока что Хагрид был один, и для Элин он был в первую очередь не профессором, а другом. А выступать против друга она, будучи закоренелой пуффендуйкой, просто физически не могла.
А поскольку ни Драко, ни Элин не хотели устраивать холодную войну в одной отдельно взятой палате, они практически сразу договорились, что о Хагриде спорить не будут.
— Добрый день, мистер Малфой. — произнес директор, входя в палату. — Позвольте узнать, как ваше здоровье?
— Очень плохо, — Драко искренне старался изобразить страдание. — Раны от когтей гиппогрифа плохо заживают.
— Ну да, ну да, — покивал Дамблдор. — Вот и ваш батюшка говорил о том же... Он даже позволил себе усомниться в квалификации мадам Помфри и настоял на обследовании вашего здоровья независимой комиссией из Мунго.
Драко торжествующе улыбнулся.
— Забавный факт, — как ни в чем не бывало продолжал Дамблдор, — как раз накануне больница получила щедрое пожертвование от анонимного благотворителя и наняла несколько специалистов... Но я не могу позволить, чтобы вами занимался неизвестно кто. Вашим обследованием займется сам доктор Рикман.
Улыбка на лице Драко погасла.
— Что-то не так, мистер Малфой? — Дамблдор был само участие. — Думаю, вы должны быть довольны, профессор — самый известный специалист по травмам, полученным от магических существ. Большая удача, что он вернулся из своей африканской экспедиции на две недели раньше срока... Ну а пока профессор не прибыл, надеюсь, вы не будете возражать, если я немного поговорю с вашей соседкой наедине?
Не дожидаясь ответа, он раздвинул разделявшую палату ширму и очертил палочкой круг тишины.
— Пока не забыла, — Элин достала из тумбочки лист пергамента, — это пророчество произнесла при мне профессор Трелони после первого урока. Она просила не говорить, но... Я не думаю, что пророчество имеет смысл скрывать. Тем более, что я-то его уже услышала.
— Очень любопытно, — Дамблдор развернул пергамент и быстро пробежал глазами текст. — Вы правильно поступили, что сообщили мне о пророчестве, мы обязательно им займемся. Но это потом, а сейчас есть более важное дело. Вы можете рассказать, что именно произошло на уроке защиты? Мне, признаться, сложно поверить, что вас так сильно напугал обычный магловский автомобиль.
— Когда мне было четыре года, меня сбила машина, — Элин отвела глаза. — Я и не подозревала, что это, оказывается, мой худший страх, пока боггарт мне его не показал. Я-то думала, что боюсь потерять близких... Хорошо, что рядом была Гермиона, которая мне помогла.
— Детский страх, говорите... — Дамблдор внимательно посмотрел на Элин, но та тщательно избегала его взгляда. — Ну что ж, всякое бывает, и наши детские страхи порой оказываются сильнее всех прочих... Думаю, после того, как вы узнали о том, чего боитесь, справиться с боггартом вам будет намного легче. Во всяком случае, я очень на это надеюсь, хотя на всякий случай все же закуплю для школы несколько запасных шкафов. Но вот ваша главная проблема, увы, так просто не решается. Вы снова использовали свою силу без заклинания, мисс Олсен, и хорошо, что в этот раз вы сразу отправились к мадам Помфри. Но что если в следующий раз это произойдет не в школе? Вы ведь понимаете, что легко можете умереть от отката?
— Понимаю, но что я могу поделать? — виновато произнесла Элин, — Я честно стараюсь себя контролировать, но в тот момент я просто ни о чем не думала. Я и правда очень сильно испугалась.
— Надеюсь, что занятия окклюменцией помогут вам лучше контролировать свои эмоции, — ответил директор. — Иначе в один не самый прекрасный момент это плохо кончится. Ну а пока...
Дамблдор сунул руку в карман и вытащил из него тонкую серебряную цепочку с небольшим украшением в виде треугольника, внутрь которого был заключен глаз с крошечным голубым опалом вместо зрачка.
— Наденьте его и никогда не снимайте, — велел он. — Кулон невозможно ни потерять, ни снять без вашего ведома, но если вы снимете его сами, он может потеряться, а мне бы этого не хотелось. Много лет назад он принадлежал очень дорогому для меня человеку.
— Меня приняли в вольные каменщики?[11] — не удержалась от улыбки Элин.
— Почти, — засмеялся Дамблдор. — Этот амулет сделал мой старый друг, который в молодости увлекался историей тайных обществ. Но форма значения не имеет, важнее его суть. Если вам будет грозить истощение, амулет нагреется, предупреждая об опасности, а также подаст мне сигнал и позволит вас найти, где бы вы ни находились.
  
— И все? — подозрительно спросила Элин.
— Он не позволяет подслушивать, читать мысли или как-то вас контролировать, — ответил Дамблдор. — И я не собираюсь использовать его... гм... для предотвращения нарушений дисциплины, свойственных студентам Хогвартса. Амулет нужен лишь для того, чтобы спасти вас от опасности отката, больше ни для чего. Если хотите, я могу в этом поклясться.