Наедине с бывшим

 
Дина Данич
 
Наедине с бывшим
  
Пролог
 
– Баринов, ты понимаешь, что это статья?!
Бывший нагло ухмыляется и медленно, с явным удовольствием приближается ко мне, загоняя в угол.
– Да какая статья, Милан? Мы же с тобой любящие друг друга люди, которые решили уединиться на выходные.
  
– Статья за похищение человека! – продолжаю повторять свой главный аргумент. – Так же нельзя! У меня своя жизнь между прочим, дела опять же, работа…
– Конец года, детка. Отдыхать уже пора, – отмахивается этот гад. И я все больше убеждаюсь, что я попала по полной.
А ведь все так хорошо начиналось! Я была уверена, что этот Новый год я встречу по-людски – спокойно, в своей квартире, которую взяла в ипотеку. Какое-никакое, а новоселье собиралась устроить, подружек позвать.
– Я сама как-нибудь решу, пора отдыхать или нет, – цежу, заводясь все сильнее. – Ты мне никто! Если позабыл, то вообще-то это ты меня обманул и предал. А теперь что, совесть взыграла?
Взгляд Баринова наливается темнотой, а его темные густые брови сдвигаются так, что выражение лица вызывает неконтролируемое желание либо бежать как можно дальше, либо осесть на пол и больше не спорить.
– С этим мы тоже разберемся, Милан. Я ведь тебя так и не забыл, моя хорошая, так что свой шанс упускать не собираюсь.
Каждое его слово падает между нами словно приговор. Беспомощно оглядываюсь по сторонам – за окном падает снег, зима в разгаре. Но вместо того, чтобы готовиться к празднику, я здесь, в домике посреди леса, который находится непонятно где. Да еще и наедине с бывшим, который мало того что два года назад без сожаления разбил мне сердце, так теперь еще и похитил!
– Антон, мы же взрослые люди, давай как-то посерьезнее, – осторожно подбираю слова, решив еще раз попробовать договориться по-хорошему. – Отпусти меня, ну? В память о том хорошем, что между нами было.
– Мила, детка, – мягко улыбается Баринов, так сильно напоминая того себя, в которого я влюбилась без памяти, – ну куда я тебя отпущу на ночь глядя, да еще в лес? – вкрадчиво произносит он, пока я пячусь назад.
Упираюсь спиной в стенку и понимаю, что все, дальше бежать некуда. Баринов между тем все так же жадно смотрит на меня, словно дико голоден до женской ласки. Хотя я же знаю, что он тот еще кобель. Уверена, что у него и сейчас по паре девочек, готовых всегда его ублажить, на подхвате имеются. Теперь-то он наверное изменяет уже жене и возможно не так открыто, как раньше.
Стоит только об этом подумать, как во-первых в груди начинает противно ныть – сколько я пыталась забыть его?
А во-вторых, перед глазами встают кадры прошлого – он и та его невеста в одной постели.
Смаргиваю непрошенные слезы – не хочу доставлять бывшему удовольствие наблюдать, как мне плохо.
Правда, Антон все равно успевает заметить мою реакцию – хмурится опять, окидывает меня внимательно взглядом, в котором похоть уступает место настороженности.
– Детка, ты чего? Правда меня боишься? – протягивает, делая еще один небольшой шаг ко мне.
А мне кажется, что он просто играет со мной – так же как и два года назад. Потешается тем, что до сих пор я не умею прятать эмоции.
– Ты псих, Баринов. Конечно, я тебя боюсь, – фыркаю, складывая руки на груди.
Не успеваю даже глазом моргнуть, как Антон оказывается так близко, что теперь мне не сбежать – он занимает все пространство вокруг. Ловит в ловушку, которая захлопывается, отрезая меня от остального мира.
В его глазах – целый мир. Когда-то мне так казалось. Сейчас же мне так больно смотреть в некогда любимое лицо, вспоминать каждый наш день, каждый поцелуй.
– Отпусти, – прошу я. Голос дрожит, да и я сама тоже.
Тело все еще помнит, хотя я очень старалась вытравить предателя из памяти!
– Мы ведь можем попробовать снова, Милан.
– Я не…
– Дай мне шанс, детка, – нагло перебивает меня бывший, наклоняясь так низко, что между нашими лицами остается едва ли пара сантиметров. Его горячее дыхание опаляет мою кожу, обжигает, пробуждая то, что я тщательно прятала от самой себя все это время. – Только один шанс.
Мотаю головой, уже не пытаясь прятать слезы – Антону удается вскрыть тот панцирь, в котором я прятал свое сердце. Он беспощадно вскрывает его тупым ножом, причиняя мне боль, от которой невозможно закрыться.
Однако стоит мне подумать, что все, это дно, и больнее уже не будет, как Баринов делает контрольный выстрел, добивая меня:
– Я расскажу тебе все. Расскажу правду.
 
1 Милана
 
– Мил, ну ты скоро? – ворчит Аня, мой подруга и сменщица. – У нас перерыв так- то.
– Да-да, – киваю, а сама снова поправляю ленту на букете, которая никак не хочет ложится красиво. – Закончу, и пойдем.
– Ой, да брось ты этот перфекционизм свой. Кому это надо?
– Мне, – спокойно отвечаю, игнорируя ее нетерпеливый тон.
Анюта девушка неплохая, но иногда ее заносит на поворотах. Меня это раздражает, но я стараюсь не фокусироваться на чужих недостатках. В конце концов мы все неидеальны. К тому же именно благодаря Ане я смогла выплыть из той глубокой эмоциональной ямы, в которой оказалась, когда любимый мужчина предал и выбросил, как ненужную вещь.
Спустя пять минут я, наконец, заканчиваю и ставлю композицию на полку. Отойдя на пару шагов, удовлетворенно любуюсь результатом своей работы.
– Ну что, поехали, а? – снова ворчит Аня. – Как всегда красота, – протягивает она, тоже залипая на букете.
– Спасибо, – улыбаюсь довольно.
Для меня цветы стали своего рода спасением – когда два года назад мое сердце было разбито и выпотрошено и казалось, что жизнь закончилась, я встретила Аню.
Сидела на лавочке в парке, захлебываясь рыданиями и жалея себя, дурочку, я не заметила, как рядом присела незнакомая девушка.
Я помню, что мимо меня проходили многие, но остановилась и спросила, что со мной случилось, только она.
– Так, ладно, – хлопает в ладоши подруга. – Куда пойдем обедать?
Я не успеваю ответить, как хлопает входная дверь, и мы обе синхронно оборачиваемся.
– Чего стоим, не работаем? – мрачно спрашивает Лариса Петровна – владелица цветочного магазина, в котором мы работаем.
– Так у нас обеденный перерыв, – тут же отвечает Аня. – Вот, собираемся пойти…
– Стоять, – зычным голосом давит хозяйка и пальцем тычет в сторону Анюты. – Ты – идешь и составляешь список того, что нужно успеть закупить до конца года.
– Но..
– Премию хочешь? – подруга коротко кивает. – Значит, без разговоров. Поставщики как с цепи сорвались. Придется выкручиваться.
Аня тяжело вздыхает, но снова кивает и, развернувшись, идет в подсобку, где у нас хранятся списки всего, что есть в наличии и чего не хватает.
– А ты… – Лариса Петровна переводит взгляд на меня, – давай-ка сгоняй в доставку, забери для меня посылку.
За то время, что я здесь работаю, эта дама бывала в разном настроении. В целом она неплохой человек. Да, бывает срывается, вспыльчивой тоже может быть. Но это случается нечасто. К тому же платит она действительно хорошо – премии у нас бывают достаточно часто.
И вот сегодня похоже один их тех редких дней, когда у Ларисы Петровны что-то случилось, а значит, все вокруг тоже будут страдать с ней за одно. Такие моменты нужно просто пережить и поменьше с ней спорить.
– Хорошо, – соглашаюсь. – А куда?
– Витя скажет. Иди, он на улице уже ждет.
– А магазин?
  
Лариса Петровна рассеянно оглядывается, как будто даже теряется. Похоже, у нее вообще непростой денек сегодня – сама не своя прямо.
– Я побуду. Иди уже, Милана. Давай, шустрее.
Я больше не спорю и не пытаюсь ничего утончить – начальница сегодня явно не в форме.
На улице прямо у входа стоит темно-серый автомобиль Ларисы Петровны, а за рулем ее брат, Виктор.