Неприятности с любовью (ЛП)

Остин Картер.
Не пытаясь привлечь излишнее внимание к ситуации, я благодарю Уилла и прощаюсь с ним. Он не выглядит обеспокоенным, быстро отворачивается и быстрым шагом идет к машине. Полагаю, у него есть какая-то женщина, которой нужно заняться, учитывая, что вчера вечером я помешал его стилю, завалившись к нему в квартиру пьяным в «Cosmo».
— Ты здесь, — говорю я, делая шаг назад, чтобы еще раз осмотреть его. — Но как?
  
— Я сел на поезд сегодня рано утром, — отвечает он, глядя на меня через плечо. — Кто, ты говоришь, это был?
— И ты здесь на целый день?
— Я уезжаю последним поездом сегодня вечером, — заключает он, странно глядя на меня. — Ты не ответил на мой вопрос?
Я качаю головой, притворяясь, что забыла, хотя на самом деле надеялась, что мы сможем обойти тему Уилла.
— Он сын моей тети Никки и дяди Рокки.
— Твой двоюродный брат?
— Да, ну, вроде того. На самом деле мы не кровные родственники, но моя мама - его крестная мать и провела время, воспитывая его вместе с моими тетей и дядей.
— Ты никогда не упоминала о нем раньше.
Я поджала губы, изо всех сил стараясь не показать, что мне неинтересен этот разговор: — Да и упоминать-то особо нечего. Мы провели много летних каникул вместе, когда были детьми, но он старше, и ему наскучили мои детские выходки. Он поступил в колледж, а потом занялся бизнесом. Компания моего отца вложила деньги в нее или что-то в этом роде. Я точно не знаю. Честно говоря, я не особо обращаю на это внимание.
Я прекрасно понимаю, что мой бред длится дольше, чем я намереваюсь. Постепенно выражение лица Остина меняется, и он обхватывает руками мою талию, притягивая меня ближе. Он наклоняет голову и прижимается губами к моим, когда в памяти всплывает его фотография в Insta.
Я отстраняюсь, создавая дистанцию, и делаю глубокий вдох, чтобы на мгновение избавиться от затянувшегося эффекта его поцелуя и обрести некоторую перспективу.
— Остин, вчера вечером, — я останавливаюсь на середине предложения, опустив голову и уставившись на свои туфли. — Я видела фотографию, на которой ты с какой-то девушкой.
— С какой-то девушкой?
— Брюнетка, обнимающая тебя...
— О, ты имеешь в виду Саммер?
— Ну, разве это не очень сезонное имя, — бормочу я, не в силах установить зрительный контакт.
Остин поднимает мой подбородок, и наши глаза встречаются, хотя я могу поклясться всеми фибрами своего существа, что между нами происходит что-то странное. Это не похоже на наши обычные флиртующие взгляды или влюбленные глаза школьника, который когда-то стоял передо мной.
— Тебе не о чем беспокоиться.
— Я и не волновалась, — утверждаю я. — Может, беспокоилась, потому что ты далеко.
— Я здесь и сейчас, — отвечает он с ухмылкой. — Может, покажешь мне свою комнату?
Я легонько похлопываю его по груди: — Лизель внутри, наверное, у нее адское похмелье. Заходи, пока я переодеваюсь. Мы можем пойти пообедать, и я покажу тебе кампус?
Остин заходит за мной, прижимается ко мне всем телом и нежно касается губами моего уха.
— Прошло уже несколько месяцев. Почему бы нам пока не пропустить ланч?
Его рука скользит по бокам моей грудной клетки, а затем легко перемещается к моей груди. Все в нем кажется знакомым, и, если не считать первого раза, когда мы занимались сексом несколько месяцев назад, с тех пор у нас не было близости. Видеозвонки были захватывающими, но ничто не сравнится с настоящим.
Мы медленно добираемся до моей спальни и закрываем за собой дверь. Остин не теряет времени даром, притягивая мое тело к себе и зарываясь головой в мою шею в теплых поцелуях. В уединении моей комнаты ощущения совсем другие, чем во время секса на одеяле для пикника под открытым небом.
Наши поцелуи становятся торопливыми, настоятельными, когда мы, спотыкаясь, идем к кровати и падаем со смехом.
— Я скучаю по тебе, Милли.
— Я тоже скучаю по тебе, Остин, — шепчу я, пристально глядя ему в глаза.
Он проводит руками по моим бедрам, сдвигая платье вверх, заставляя меня сесть и снять его. На мне только черный бюстгальтер и трусики, и его глаза блуждают по ложбинке моей груди, его отражение мучительно, словно он чувствует боль. Медленно его пальцы движутся к застежке моего бюстгальтера, внезапный щелчок — и бюстгальтер швыряется на пол. Я выпуталась из трусиков одновременно с тем, как он снимает с себя одежду, и вот он уже стоит рядом со мной, совершенно обнаженный.
Мой взгляд блуждает по его телу, по его мускулистому телосложению, и я упиваюсь видом его члена, стоящего вертикально. Неосознанно я сглатываю комок в горле, понимая, что впервые вижу мужчину полностью обнаженным.
Остин возвращается на кровать и ложится на меня сверху, целуя мою грудь. Я стону от наслаждения, выгибая спину, и тихонько прошу его войти в меня. В отличие от нашего первого раза, он не двигается так медленно, а входит в меня в своем собственном темпе и сильно надавливает, когда он издает слабые хрипы.
Знакомое возбуждение зудит по всей коже, проникая в каждый дюйм моего тела, и поглощает мои мысли наслаждением. Мы погружаемся в поцелуи, наши руки удобно исследуют друг друга, и мы наслаждаемся этим моментом, когда мы просто остаемся самими собой, не беспокоясь о наших родителях.
Каждое его движение закручивает спираль удовольствия, и в тот момент, когда я предупреждаю его, что вот-вот кончу, он вырывается и одновременно изливается мне на живот, оставляя мой оргазм немного недотянутым. Мои глаза распахиваются, внезапная потеря становится все более досадной. Должна ли я что-то сказать? Ему не нужно было вынимать. Я принимаю таблетки.
— Я не забыл о тебе, — шепчет он мне на ухо.
Его ладонь опускается между моих бедер, потирая чувствительное место. Я снова закрываю глаза, а его тело перемещается вниз, пока он не раздвигает мои ноги. Затаив дыхание, он проводит языком по моему набухшему клитору, заставляя меня задыхаться.
— Шшш, — шепчет он.
Сжав губы вместе, я прижимаюсь к изголовью кровати позади меня, мое тело извивается, пока его язык так легко двигается вокруг моего клитора, и теплый прилив распространяется по всему моему телу.
Затаив дыхание, я чувствую, как он поднимает свое тело, чтобы лечь рядом со мной, и как простыни натягиваются на наши обнаженные тела.
Мы лежали так несколько минут подряд. Я могла бы поклясться, что если прислушаться, то можно услышать, как синхронно бьются наши сердца. Но, возможно, это было мое воображение, разрывающееся между тем, как потрясающе между нами, и реальностью, что он уедет всего через несколько часов.
— Плюсы жизни в колледже, — начал он. — Никаких родителей, которые бы нас доставали.
— Значит, фильмы и телешоу были правильными? — я смеюсь, положив голову ему на грудь.
— Похоже, да.
Придвинувшись к нему, я приподнимаюсь на локте.
— Остин, что будет с нами?
Выражение его лица меняется, счастье исчезает, и его охватывает мука.
— Почему тебе нужны ответы, Милли? Почему мы не можем просто наслаждаться сейчас?
Я обдумываю его вопрос. Может быть, он прав. Почему мне нужны ответы? Потому что ты обнажила свое тело и душу перед этим мужчиной. Я чувствую себя уязвимой, любя его так сильно, но зная, что иногда жертва порождает целый мир боли, которую любовь не может выдержать сама по себе.
— Ты прав. Ты голоден?
— Голоден.
Остин переодевается в свою одежду, а я подбираю что-нибудь более подходящее, чем мое вчерашнее платье-футляр. Прошлой ночи. Воспоминания об Уилле нахлынули на меня, и как легко я забыла об этом в присутствии Остина. Когда Остин отлучается в ванную, я отправляю Уиллу быстрое сообщение, чтобы поблагодарить его за вчерашний вечер.
  
Я: Спасибо, что доставил меня домой в целости и сохранности.
— Ты готова? — спрашивает Остин с порога.
Я киваю головой, убирая телефон в сумочку.
Мы находим местную закусочную, предпочитая сидеть в помещении, пока с неба падает дождь. Мы говорим о занятиях, и я слушаю, как Остин рассказывает о новых друзьях, которых он завел. То, как он рассказывает истории, заставляет вас почувствовать, что вы были там вместе с ним. Каждый из них кажется веселым, а поскольку все они учатся, чтобы стать врачами, мне нравится слушать об их жизни и о том, как они пришли к такому решению.