Наивная смерть

– Если не хотите лишиться этой руки, детектив, держите ее подальше от моей напарницы, пока не настанет ваше личное время.
– Извините, лейтенант. Ваша напарница лишает меня силы воли.
– Продолжай в том же духе, и я лишу тебя всех пальцев.
Ева прижала машину к тротуару.
В доме Уильямса не было привратника, но зато была отличная охранная система. Все три жетона прошли проверку, прежде чем парадные двери открылись и впустили их в небольшой вестибюль. Помимо пары кресел и искусственной пальмы, Ева заметила в вестибюле камеры наблюдения.
– Квартира Е-5, – сказала Пибоди.
Они вошли в один из двух лифтов и поднялись на пятый этаж.
– Убитый жил чуток скромнее, – заметила Ева.
– Уильямс преподает уже пятнадцать лет. К тому же у него есть магистерская степень. Зарабатывает раза в четыре больше, чем убитый. И это не считая репетиторства. Откуда нам знать: может, он дает частные уроки и налогов не платит? – Пибоди незаметно сцепилась мизинцами с Макнабом, но тут же расцепилась, как только лифт остановился на пятом этаже.
– Включить запись, – скомандовала Ева и вытащила универсальный электронный ключ. – Лейтенант Ева Даллас, детектив Делия Пибоди, детектив Йен Макнаб входят в квартиру Рида Уильямса согласно ордеру, выписанному и оформленному должным образом. – Она отомкнула замки. – Макнаб, проверь всю электронику, корреспонденцию, разговоры, сайты, которые он посещал, покупки по Интернету. В общем, весь набор.
Ева, хмурясь, оглядела квартиру. Гостиная была сравнительно невелика, но в ней уместилась бы вся квартира Крейга Фостера. Вид из окна нельзя было назвать впечатляющим, зато в комнате имелся широкий гелевый диван в блестящей черной коже и много хромированной мебели. Ева обратила внимание на создающий настроение экран с меняющимися картинками и на шикарный развлекательный центр.
Картины на стенах представляли собой примитивный модерн: круги и линии разных цветов на белом фоне. Защитные экраны на окнах были включены. Ева вошла в примыкающую к гостиной кухню. Тут тоже все сияло и сверкало. Белое, черное и красное. Оборудование начищено до блеска. «Небось, самые навороченные штучки», – подумала Ева.
– Возьми на себя кухню, Пибоди. Если он балуется ядами, ему хватит наглости и глупости держать их там. А я возьму спальню.
В спальне было на что посмотреть. Сам Уильямс, наверно, считал ее сексуальной. Еве в этой спальне стало жутковато. Центральным объектом была кровать – огромная, как бассейн, застланная переливающимся, мокрым на вид, красным покрывалом. На полу по обеим сторонам от кровати лежали черные ковры из искусственного меха.
Наклонное зеркало с подсветкой, закрепленное на потолке, показалось Еве смехотворно банальным. Картинки на стенах представляли собой рисунки с изображением пар, фантастически экипированных половыми признаками, в самых разнообразных позах.
Ева откинула красное переливчатое покрывало. Под ними обнаружились черные простыни, а под простынями – трясущийся, как студень, гелевый матрац.
Тьфу!
Ящики тумбочки у кровати скрывали целый клад сексуальных игрушек и приспособлений, включая пару запрещенных к употреблению психотропных веществ для свиданий с искусственным подогревом. Ева приобщила их к материальным уликам.
– Ну здесь ты упростил нам задачу, – сказала она вслух и двинулась к шкафу.
Его повседневная рабочая одежда была вся собрана в одной половине гардероба: пара костюмов, спортивные куртки, рубашки, брюки. На другой половине висело то, что он носил на досуге. Эта одежда была далеко не так консервативна.
Интересно, кому понравится вид взрослого мужчины в обтягивающем черном трико?
– Слушай, Даллас, ты бы только видела… – Макнаб запнулся на полуслове и присвистнул, заметив кровать. – Обалдеть. Вот это сексодром! – Он вгляделся в один из рисунков в черной рамке. – Вот у этих должно быть по паре запасных суставов.
Он почесал подбородок и согнулся под прямым углом, чтобы изучить рисунок с другой стороны.
– Что я должна видеть?
– А? Ой, извини, увлекся. Для этого парня секс – религия. Испытываешь прямо-таки нездоровое восхищение. Очень много времени проводит за компом: чаты, сайты, все о сексе. Заказывает кучу специальных игрушек.
 
– Да, у него неплохой запас. А еще порошок – немного «кролика» и немного «шлюхи».
Веселое настроение Макнаба испарилось.
– А вот это уже не вызывает восхищения. Даже нездорового.
– Переписка с убитым?
– Только не с этого компа.
– Поиск по ядам? Рицин или что-нибудь еще?
– По нулям. Может, закопано где-то поглубже, я возьму в управление и пороюсь. Его школьная работа тоже тут. Планы уроков, школьный журнал с отметками и так далее. По этой части ничего подозрительного нет. – Макнаб задрал голову. – Держу пари, там есть камера.
– Камера. – Ева, прищурившись, оглядела зеркало на потолке. – Интересная мысль.
– Два против одного. Хочешь, я проверю?
– Проверь. – Ева направилась в ванную. – Держись подальше от ящика с игрушками.
– Да ну вас, лейтенант. Вечно вы нам кайф ломаете.
  
Глава 10
 
Они не нашли доказательств, связывающих Уильямса с ядом или со смертью Крейга Фостера, но они нашли много такого, за что его можно было арестовать. Ева вызвала в квартиру бригаду экспертов-«чистильшиков», а сама вернулась в управление для допроса.
– Начнем с убийства, – условилась она с Пибоди. – Вопросы по стандартной процедуре. Он еще не вызвал адвоката. Слишком уверен в себе.
– Этот парень думает по большей части не головой, а головкой, если хочешь знать мое мнение.
– Это ты точно подметила. Вот и хорошо, мы это используем. Всего лишь пара девчонок. Макнаб нарыл отснятые им диски. Я только мельком просмотрела, но уже могу сказать: этот парень любит играть втроем. Начнем расспрашивать его о Крейге, потом пришлепнем наркотиками, обнаруженными у него дома, а потом опять вернемся к убийству.
«Надо сбить его с толку, – добавила она мысленно. – Не давать ему опомниться».
– Ну наконец-то! – набросился на них Уильямс. – Вы хоть представляете, сколько мне пришлось ждать? Вы хоть представляете, как это скажется на моей профессиональной репутации? Прислать за мной в школу двух полицейских костоломов!
– К профессиональной репутации перейдем через минуту. Мне надо официально зарегистрировать этот допрос. Зачитать вам ваши права и разъяснить обязанности.
– Мои права? А что, я арестован?
– Безусловно, нет. Но это официальный допрос. Есть процедура, специально направленная на защиту ваших прав. Хотите что-нибудь выпить, кроме воды? Кофе? Предупреждаю: паршивый. Может, газировки?
– Я хочу покончить с этим поскорее и выбраться отсюда.
– Мы постараемся работать в темпе. – Ева назвала дату и время, зачитала ему права. – Вам понятны ваши права и обязанности в этом деле, мистер Уильямс?
– Разумеется. И от этого мне ни капельки не легче.
– Да, я вас понимаю. А теперь давайте восстановим ваши передвижения в день убийства Крейга Фостера.
– Боже милостивый! Я ведь уже сделал заявление. Я с вами сотрудничал.
– Послушайте. – Ева села и вытянула ноги. – Это же предумышленное убийство, и оно произошло в школе. Травмированы несовершеннолетние дети. – Она подняла руки ладонями наружу, словно давая понять, что от нее ничего не зависит. – Мы должны уточнять, перепроверять все подробности. Люди часто забывают о деталях, а нам приходится повторять одни те же вопросы. Таков порядок.
– Мы сожалеем, что пришлось вас побеспокоить, – добавила Пибоди с сочувственной улыбкой. – Но мы должны работать тщательно, не упуская ни единой детали.
– Прекрасно, прекрасно. Но уж на этот раз постарайтесь записать все правильно.
«О, да, – подумала Ева. – Чертовски самонадеян и привык запугивать девчонок».
– Мы постараемся. Судя по вашему предыдущему заявлению, а также по свидетельствам других, вы виделись и/или общались с убитым по крайней мере дважды в день его смерти. Это верно?