Мы больше не проснемся (СИ)
-Реакция этого Каресбиуса. Не хочешь объяснить?
Гарри замер.
-Это… Не знаю, что ему там в голову взбрело. Мне нужно на пару, Том, я могу опоздать!
-Опоздать на пару? - Реддл вдруг расхохотался. - То есть тебя совершенно не волнует, что вопрос, который задал тебе Лорд Волдеморт, останется без ответа? Ты решил меня проигнорировать, я все правильно понял?
Мальчик похолодел. Он не ожидал подобной реакции. В сердце что-то надломилось, но вовсе не от страха. Он пристально взглянул в глаза мужчины, и на этот раз на лице Поттера действительно не отразилось ни единой эмоции. Это был взгляд взрослого человека.
-Ты угрожаешь мне? - голос был так же спокоен и тих.
-А что, если да? Что ты сделаешь? - Том заинтересованно подался вперед, жестко ухмыльнувшись. Было что-то новое в глазах мальчика, что-то, что Реддл собирался с жадностью поглотить. - Неужели ты думаешь, что сможешь всегда обращаться ко мне как к мягкотелому подростку, что и свое прошлое не мог вспомнить? Или проявлять неуважение, переча мне и повышая голос? Гарри, ты день за днем продолжаешь испытывать мое небезграничное терпение. Не боишься достигнуть предела? Ты ведь можешь представить, что с тобой произойдет в конечном итоге, Гарри. А не предательством ли твои тайны пахнут? - конец фразы перешел в мягкое змеиное шипение.
“Я знаю что со мной произойдет в конечном итоге.” - Лишь одна мысль шевельнулась в пугающей ледяной пустоте. Слова Тома причиняли боль, били в самое сердце, подрывали доверие. Но Гарри оставался все так же спокоен - он не боялся смерти, а ползать и лебезить перед Волдемортом не собирался никогда. Он полюбил Тома Реддла, а не психопата, что скрывался в нем. И потакать его явной провокации не собирался. Поттер полностью развернулся в его сторону и спокойно ответил:
-Если ты хочешь пыток за мое непослушание, пытай. Если ты решишь убить меня, убей. - Гарри не поменялся в лице, а вот Том ошеломленно отступил назад, совсем не ожидая подобных слов. - Ты знаешь, что я никогда тебя не предам. Знаешь, но все равно говоришь такие вещи. Становиться подобно Пожирателям Смерти я не намерен. У меня есть свое мнение и свои чувства, Том. Если ты хочешь, чтобы я встал перед тобой на колени и поцеловал мантию, подобно тому лживому предателю, то лучше сразу убей.
Гарри отвернулся, с безразличием одернув мантию, не замечая хмурой растерянности в бордовых глазах. Мальчик уже не мог заметить собственных изменений, не мог увидеть, как сильно мог походить на Темного Лорда, на хоркрукс, что находился внутри него самого. Он чувствовал эту боль, эту пустоту в душе - все разом навалилось, отняв и смущение, и гнев, и стыд. Может, на его поведение повлияла встреча с лжеРеддлом в подсознании - тот стал еще более размытым, постепенно объединяясь с душой мальчика. Призрачный Волдеморт почему-то последними словами обругал Первый Хоркрукс, разозлившись на него даже больше обычного. А это вновь вернуло Поттера к терзаниям о собственном будущем. Скоро его состояние ухудшится, а потом и вовсе застынет на месте, без возможности на избавление. Гарри знал, что станет чем-то иным, отличным от самого себя, схожим с тьмой хоркрукса. Но он даже не догадывался, что эти изменения уже происходят, постепенно заполняя его, перемешивая чувства. Холод этого хоркрукса, его пугающее безразличие к миру, подкрадывались неслышными кошачьими шагами, мягкими акварельными разводами, что постепенно превращали теплый исходный оттенок в фиолетово-бурое месиво. Гарри считал, что после слияния он резко изменится, а хоркрукс с легким хлопком прекратит свое существование. За всеми своими переживаниями мальчик и подумать не мог, что эти изменения пройдут мимо него незамеченными.
-Что на тебя нашло? - прохладно спросил Реддл. - Что еще за разговоры? Тебе бы научиться следить за своими словами, несносный ребенок.
Теперь Гарри почувствовал злость. На Реддла, на себя, на весь остальной мир, что сделал с ним такое. Устыдился собственных мыслей, что наговорил подобное Тому, не сдержав престранного настроения.
-Я не знаю. - Еще тише ответил Гарри. - Прости.
Вздохнув, Том рывком притянул его в свои объятия. Мужчина уже пожалел, что захотел рассмотреть все грани Поттера. Похоже, они ранят не хуже его собственных зубов. И он напоролся на них, раскрыв не виданный ранее цветок холода и гордости. Кто бы мог подумать, что вечно влипающий в неприятности, вспыльчивый и беззаботный мальчишка станет настолько взрослым? Реддлу не понравились слова Поттера, они сбивали с толку. Темный Лорд и представить не мог, что непредсказуемость гриффиндорца может зайти так далеко. Что мальчик способен на подобную стойкость к его явной угрозе. Теперь в сердце Реддла закралось подозрение, что с его Гарри что-то происходит. Что-то неладное. То, что нужно скорее исправить, пока не стало поздно. Том всем нутром чувствовал, что упускает нечто очень важное, нечто, что касается и его самого, и Поттера.
“Что это было? Непокорность? Он так выражает свой подростковый переходный возраст? Такого быть не должно. Я не должен чувствовать в нем подобную эмоцию, это не нормально для его типа личности. Поттер обязан был разгневаться, начать ссору, испугаться или же доверчиво рассказать все как есть. Откуда столько взрослой серьезности в этом наивном гриффиндорском недоразумении? Так быть не должно.”
-О чем ты думаешь? - внезапно спросил Том. Он успокаивающе поглаживал гриффиндорца по спине. - Ты стал более сдержанным, раз обрывки мыслей не долетают до моего разума, как оно было раньше.
-Я… - Гарри поморщился. Он будто медленно выныривал из глубокого сновидения.
Ситуация повторялась. Он вспомнил, как не мог поведать о своих чувствах Тому, когда они разговаривали в Выручай-Комнате, ведь тогда хоркрукс еще находился в “спящем” состоянии, считая себя обыкновенным подростком. И вновь мальчик не мог рассказать Тому о всех своих тревогах, о боли, сказать правду. И это приводило к страданию. Тряхнув головой, Поттер несильно стукнул мужчину в грудь раскрытой ладонью, отстранившись. Гарри вернул себе на лицо немного печальную усмешку.
-Ты удивил меня. - Гарри чуть склонил голову в бок. Против воли он начал ворчать. - Оказывается, ты можешь быть еще большим тираном. О, Мерлин, сплю и вижу, как достигнуть “предела” твоего терпения! Сам-то себя слышал? Что еще за мания величия? Тебе что, твоих Пожирателей Смерти недостаточно? Реддл, это уже слишком! Разве я дал повод сомневаться в себе?
Том только закатил глаза, заметив привычную реакцию недовольства мальчишки.
-Ты сомнительный в крайней мере, так и знай. Но только не думай, что я оставлю твое поведение как есть. - Реддл стал серьезным. - Ты не сможешь скрыть свои странности от меня. Разве не помнишь, что случилось в прошлый раз, когда ты вздумал утаивать от меня правду?
-Чуть не сиганул с Астрономической Башни, да помню я, помню. - Поежился гриффиндорец, раздражаясь от настырности Тома. - Но на этот раз ты превзошел самого себя, Реддл. Думал, я обрадуюсь твоим словам? Вот и получил такую реакцию.
-Из крайности в крайность. - Пробормотал Волдеморт.
-Кто бы говорил.
-Иди уже на свою пару, Поттер. Но наш разговор состоится. Мы еще вернемся к Каресбиусу.
-Как скажете, мистер Реддл. - Закатил глаза мальчик, распахивая тяжелую дверь Больничного Крыла.
Золотое Трио с непониманием смотрело на совсем разошедшегося профессора по ЗОТИ. Тонкс заливалась соловьем о темных проклятиях, и как проще их остановить. Но по большей части она расписывала любимые заклинания авроров, в том числе и технику боя Аластора Грюма. Она не выглядела подавленной или усталой, хоть внешний вид и говорил об обратном - под глазами залегли глубокие тени, а лицо будто истончалось на глазах. Волосы поредели и тускло свисали в тонюсеньком хвостике за спиной. Тощую фигурку молодой волшебницы было не скрыть за широкой и явно дорогой мантией. Волшебница будто угасала на глазах.
-Извините, профессор Тонкс. - Спросил кто-то с задних рядов. - Моя мать работает в Министерстве и… Она сказала, что на нашу школу будет наложено Укрытие. Это правда? Это из-за того, что отсюда уедет профессор Дамблдор?