Искупление злодейки

Я сглотнула ком.
– Я… я могла бы вас покормить, – прошептала я.
Кажется, такой ответ его удивил. Он коротко зло усмехнулся. Зазвенели потревоженные цепи, и мужчина скорчился от боли в раненых руках. А потом выдохнул слова вместе с паром:
– У тебя сердечко колотится, как у испуганной пичужки, айла. Ещё и человек… Лучше улетай отсюда, пока крылышки целы.
– Н-но… вы должны поесть, – упрямо сказала я. – Тут печёная репа и сухари…
  
– Если приблизишься, откушу твои маленькие пальчики, – грубее рыкнул он. – Спорю, они будут повкуснее репы.
– …ваша раса ест человечину? – опешив, спросила я.
– Конечно. На завтрак и ужин. А ещё заражаем скверной через взгляд. Так что лучше беги.
Я нахмурилась.
Я знала, что про взгляд – это неправда. Такая же, как то, что я краду бинты ради крови. Ведь иначе все солдаты бы уже болели. А у Тии отец не смотрел никому в глаза, и всё равно заразился.
А раз неправда, значит, и про человечину он соврал. Или пошутил… Значит, он шутит со мной? Это ведь хорошо, верно?
Я не была уверена, как к этому относиться.
В любом случае уходить так просто я не собиралась.
– Пожалуйста, – вслух сказала я, – вы ведь голодны. Позвольте мне вас покормить… господин ирбис… Вам же от этого будет лучше.
И сделала крохотный шажок вперёд – он дался мне с трудом. Ледяной взгляд оборотня пробирал до костей. Зрачки мужчины сузились в точки, будто наводя прицел. У меня заныла шея – ровно в том месте, куда каждую ночь опускается лезвие его острого меча.
– Надеешься отравить, айла?
– Нет, я не собираюсь…
– Тогда что это? Мнимая доброта местных святых сестёр? А ты, значит, самая чистенькая из них? – с отвращением рыкнул он.
“Он не знает, что я осуждённая преступница”, – мелькнула мысль. Она предала мне сил. Я снова сделала крохотный шажок вперёд. В конце концов – он ведь обездвижен. Мне ничего не грозит…
– Птичка сама летит в пасть зверю, – прокомментировал это пленник. – Знаешь, хоть кто я?
– Да. Вы… вы арх Дейвар.
– … – он сощурил синие глаза.
– Я лишь хочу поступить правильно.
Шажок.
– И облегчить ваши дни здесь.
Ещё шажок.
– …чтобы не множить зло.
Снова шажок.
Я судорожно выдохнула – пар дыхания развеялся облачком. До пленника их оставалось ещё как минимум два шага… Но тут он резко дёрнулся, что-то обвило мою лодыжку, и я потеряла равновесие. Ахнула, тарелка выскользнула из рук, а сама я полетела на мужчину. Упала на его горячую грудь, упёрлась ладонями, и тут же ощутила, как мою спину крепко оплела рука… Но как?! Он что, вырвал её, несмотря на гвоздь?!
Я была поймана.
– Откуда ты знаешь моё имя? – рявкнул монстр, опалив моё ухо раскалённым дыханием.
– Откуда ты знаешь моё имя? – рявкнул монстр, опалив моё ухо раскалённым дыханием.
Жар чудовища будто проникал в меня через его кожу, в тех местах, где он соприкасался со мной.
Он прижимал меня к своему горячему твёрдому торсу так сильно, что я не могла вздохнуть. Теперь я и правда чувствовала себя пойманной птичкой – маленькой и слабой – которая по глупости угодила в лапы хищнику.
– Кто сказал тебе моё имя? – повторил ирбис. Это был не просто вопрос, а приказ того, кто привык править. И от силы этого приказа что-то задрожало внутри меня, жалобно зазвенело, и острая тяга подчиниться – сказать всё-всё – схватила мою душу ничуть не слабее, чем мужская рука, что держала мою спину.
Я не смогла ответить, лишь потому, что мой язык онемел от испуга.
– Если не скажешь, то я, пожалуй приму твоё предложение пообедать, Потому что ты права, птичка, я ужасно голоден. Для начала попробую на вкус твоё ушко.
И я почувствовала, как полузвериные клыки царапнули мочку моего уха.
Нервы у меня сдали.
Я взвизгнула от страха, дёрнулась изо всех сил, пнула ногами и видимо попала в рану, потому что мужчина глухо зарычал, а его хватка ослабла. Я кубарем свалилась на сырой пол и тут же отпрыгнула к дальней стене.
Застыла, судорожно хватая ртом воздух и прижимая ладонь к горящему уху.
Дейвар сцепил зубы, выпрямляясь. Теперь, когда он стоял на ногах – высокий, подавляющий своей внутренней и внешней силой – я снова ощутила себя как во сне – ощутила, будто надо мной безжалостно занесли смертоносный меч.
Сердце в груди замерло, по привычке готовое, что сейчас его стук оборвётся. Но ирбис не приближался. Не мог.
Мужчина был полностью в человечьем обличии. Обе ладони он уже сорвал с гвоздей, из жутких сквозных ран по его пальцам стекали ручейки крови. Но антимагические цепи на запястьях и щиколотках не позволяли монстру отойти от стены и напасть на меня.
Я была в безопасности… но всё во мне кричало об обратном.
– Я слышала ваше имя от военных! – вырвался из горла запоздалый ответ.
Дейвар окинул меня пронзительным ледяным взглядом.
– Неужели? Уверен, никто моего имени не знал.
– Я… я говорю правду… – голос у меня сипел. И я сглотнула.
На самом деле это была “полуправда”. Солдаты и правда говорили при мне имя этого ирбиса… но то были вражеские солдаты в моём сне.
Наверняка сейчас Дейвар прислушивался к стуку моего сердца. Так оборотни могут определить, если им говорят уж слишком откровенную ложь. Но что он определил по поводу меня – было не ясно.
Стряхнув кровь с ладоней, мужчина дёрнул уголком разбитых губ. И снова я не смогла определить, что это значит. Не верит? Усмехается?
– Зачем ты принесла еду, птичка? – спросил он, не сводя с меня взгляда.
– Чтобы помочь…
– Какая в ней отрава? Что-то хитрое без запаха…
– Никакой! Я могу доказать. Съесть и…
– Зачем тебе это?
– Я хочу облегчить ваши дни!
– Чушь! – рыкнул Дейвар, заставив меня вздрогнуть.
“Ты дура, если думаешь, что я тебе поверю”, – читалось в свирепом выражении его лица.
От тяжёлого запаха крови, от напряжения у меня закружилась голова. Я больше не могла тут оставаться – мои внутренние силы кончились ещё в тот момент, как ирбис схватил меня и прижал к себе.
Мой план провалился на первом же шаге.
Дейвар не верит мне. Считает врагом. И еду не примет, как и моё предложение помочь. А ничего другого я сейчас предложить не могла. Любые мои слова он воспринимает как ложь и ловушку. Чтобы я сейчас не сказала – похоже, сделаю лишь хуже.
– Я, пожалуй, пойду… – пробормотала пересохшими губами.
– Лети, птичка… пока можешь, – с оскалом выдохнул пленник. Глаза его холодно сверкнули. Цепи звякнули, и моё сердце пропустило удар.
Одновременно я услышала шаги снаружи. Кто-то спустился к темницам! Возможно Янтар или его напарник. Я не стала больше задерживаться, торопливо вышла из камеры, повернула ключ в замке, повесила связку на стену и, придерживая зелёную юбку, побежала к выходу.
У подножия лестницы стоял Янтар. Разгоняя сумрак, над его плечом светился магический огонёк.
– Ну и видок! Ты что, с ним обнималась? – увидев меня, пошутил оборотень.
Его шутка попала в точку, но я помотала головой, отрицая. Сердце всё ещё стучало в груди слишком быстро, и наверное Янтар это услышал – потому что у оборотней слух куда лучше, чем у людей.
– Всё в порядке? – как будто заволновался он.
В порядке ничего не было.
Горло сжал спазм.
Я вдруг поняла ясно как день – изменить будущее будто совсем не просто.
Почти невозможно…
Но так и должно быть. Испытание на пути искупления и не может быть простым. Я должна найти путь – как бы хорошо он не был спрятан.
Но одно дело – решить, и совсем другое – сделать…
 
Глава 5
 
Так началась череда непростых дней.
Снова и снова я лишала себя обеда и носила еду пленнику. Но он только окидывал меня пронзительным взглядом, от которого кровь стыла в жилах. А потом вовсе опускал голову, переставая реагировать, будто меня не было в камере. Если я всё же пыталась протянуть тарелку, то ирбис грубо отбрасывал её – печёная репа неизменно оказывалась на полу.